Заклинатель: Сила слова (СИ)

  
Часть 8
 
Алес распрощался с владельцем ломбарда и направился в ближайшее интернет-кафе. Он сильно жалел, что избавился от украденного смартфона по прибытию в Львов и утешал себя лишь одной мыслью: так было безопаснее. Мысль о безопасности заставила обеспокоиться сменой облика. В подвальном магазинчике разряда «second hand» он обменял украденные пальто и кепку на спортивную куртку и шапку, более удобные и подходившие ему по размеру.
По запросу «Роман Пархоменко, журналист» поисковая система выдала несколько ссылок на материалы различной степени давности, опубликованные не только в серьезных политических изданиях, но и в «желтой» прессе и даже в литературных журналах. Среди множества бесполезных статей о гонении евреев и ущемлении прав темнокожих Алес обнаружил две, касающиеся заклинателей. Одна описывала историю многовекового противостояния позитивов и негативов. Другая, по сути, была хроникой истребления нейтралов. Новак распечатал обе статьи, а затем просмотрел ленту новостей. Как он и предполагал, ситуация с каждым днем становилась все хуже. На границах снова и снова происходили новые стычки. Положение усугубляла не так давно объявившаяся экстремистская организация «Алое пламя». В прошлом месяце ее члены попытались взорвать автомобиль премьер-министра Италии. А вчера, по данным чешского информационного агентства ЧТК, группа террористов проникла в здание парламента в момент заседания и потребовала от всех членов правительства, кто имеет отношение к заклинателям, сложить полномочия. Ценою жизней троих представителей службы безопасности и одного полицейского группу удалось обезвредить.
Нужно было торопиться. Алес отправил журналисту письмо с просьбой о встрече и выбрал маршрут.
В Закарпатье менее рискованно было поехать и на автобусе, но поездом оказалось быстрее. На вокзале он взял билет до Мукачево, где планировал пересесть на пригородную маршрутку до Виноградова. В пути он успел немного вздремнуть, перекусить и просмотреть распечатки статей журналиста.
В Виноградове, выждав несколько часов до начала рабочего дня, Алес обзвонил редакции местных газет. По телефону, представляясь сотрудником кредитной организации, он выяснил, что из всех мест подобного рода, Гайчук работал на постоянной основе только в одном, да и то уволился больше года назад. Подробностей ему не сообщили, но дали номер домашнего телефона. Зная номер, узнать адрес было не трудно.
Новак подошел к железным воротам, отделяющим небольшой одноэтажный кирпичный домик и прилегающий к нему участок земли от внешнего мира, и позвонил в звонок. Некоторое время ответа не было. Алес занервничал. После второго звонка хриплый мужской голос из домофона спросил:
— Кто это?! — Вопрос был вполне безобидный, но интонационно звучал как «Пошел вон!».
— Роман Владиславович, я — Джозеф Гутник, корреспондент газеты «Трибуна». Я отправлял Вам мэйл с просьбой о встрече, — сообщил Алес, согласно заранее продуманному сценарию.
— Уходите! — отрезал Роман и едва не отключил домофон.
— Подождите! Пожалуйста, ответьте на пару моих вопросов, это не займет много времени, — впопыхах настойчиво прокричал Новак.
Повисло молчание. Очевидно, журналист размышлял над его предложением.
— Два шага назад! — скомандовал он, наконец.
— Что, простите? — не сразу сообразил Алес, а за тем его взгляд упал на встроенную в домофон видеокамеру.
Парень отступил на несколько шагов, позволив хозяину себя оглядеть, при этом всем своим видом стараясь излучать приветливость и обаяние. Рассмотрев молодого человека с головы до пят, и, по-видимому, решив, что тот не опасен, журналист впустил его в дом.
— Вы довольно молоды для корреспондента, — заметил Гайчук, закрывая за Алесом входную дверь. — Я в вашем возрасте только начал постигать естественные науки.
— Я учусь на факультете журналистике Вроцлавского университета и работаю, — пояснил Новак.
Алесу, наконец, представилась возможность, как следует разглядеть хозяина дома. На вид ему было чуть больше пятидесяти. Почти полностью поседевшие волосы отдавали желтизной. На покрытом глубокими морщинами осунувшемся лице проступали следы бессонной ночи. Очевидно, он все еще работал. Роман был почти на голову выше Алеса, отчего тот ощущал еще большее давление и взволнованность.
 
Журналист дал согласие на интервью, только при условии, что Новак не будет ничего записывать и фотографировать. Услышав об этом, Алес выдохнул с облегчением, поскольку ни для того, ни для другого у него не было технических возможностей.
Гайчук проводил Новака в гостиную, затем поспешно вышел в кухню. Судя по запаху дыма, там что-то горело. Алес окинул взглядом комнату. Ничем, в сущности, не примечательная, она полностью отражала холостяцкий образ жизни ее хозяина. Скупая обстановка, видавшая виды мебель, старая техника. Принадлежность Романа к его профессии выдавал, пожалуй, только его рабочий стол с компьютером, заваленный материалами и рукописями.
В ворохе бумаг Алес заметил изрядно потрепанный заламинированный полароидный снимок. На нем — еще не поседевший журналист Роман Пархоменко в форме с логотипом одного из крупнейших украинских изданий и ребенок лет десяти, веснушчатый с ярко рыжими волосами. Находка заинтересовала молодого человека. Он успел вкратце изучить биографию Гайчука и знал, что ни жены, ни детей у него никогда не было. А будь этот снимок случайным, вряд ли Роман стал бы утруждать себя заботой о нем. Надпись на обороте гласила: «Прица, апрель 2000г». Запечатлев в памяти картинку и надпись, Алес вернул фото в ту же кучу, откуда достал. Как бы невзначай взглянув на монитор, он обнаружил еще несколько фото. На них не было людей, только улицы неизвестного ему города. Они не были похожи на фотокорреспонденцию, качество снимков соответствовало камере мобильного телефона. Из воспоминаний он попытался выудить картины, схожие с запечатленными на фото, но не смог.
— Это София, — неожиданно произнес Роман из-за его спины.
Алес вздрогнул. Ему едва хватило самообладания, чтобы повести себя естественно.
— Как давно вы были там? — Он попытался развить беседу, чтобы сгладить возникшую неловкость.
— Не был ни разу, — усмехнувшись, ответил Гайчук. — Все никак не наберусь смелости сбежать от всего этого.
Он неопределенно махнул рукой.
— А как же фото? — искренне удивился Новак.
— PR-компания от Прицы, — задумчиво ответил он. И чуть погодя пояснил. — Мой друг, он сейчас живет там.
Помолчав немного, Роман пригласил Алеса присесть. Тот с благодарностью принял предложение и устроился на диване. Сам журналист расположился, напротив, в офисном кресле.
Алес сообщил Гайчуку о своей обеспокоенности конфликтами на польско-германской границе, сказал, что собирался написать статью об этом. Но для него важна была причина, так он, в конце концов, узнал о заклинателях. Испытывая необходимость в получении более подробной информации, он начал поиски материалов.
— И эти поиски привели меня к вам, — закончил свое вступление Алес. — Я прочел ваш очерк «Границы Света и Тьмы». Весьма впечатляющая работа. У вас довольно глубокие познания о заклинателях.
— К сожалению, эти познания не принесли мне ничего кроме неприятностей, — мрачно заметил Роман. — Я бы не рекомендовал вам лезть в это дело. Хотя понимаю ваше рвение, ведь сам когда-то был таким. Так или иначе, я сообщу вам то, что известно мне и подтверждено историческими документами. Думаю, для вас будет открытием, что на протяжении всей истории Европы власть над людьми прямо либо косвенно принадлежала заклинателям. Не из-за их способностей, просто каждый из них по природе своей лидер и завоеватель. Так что противостояние или, как вы выразились, конфликт между позитивами и негативами берет свое начало из древних времен. Первое упоминание о нем встречается в древнегреческих хрониках, датируемых 905 годом до нашей эры.
  
Часть 9
 
Новак поразился осведомленности журналиста. Ведь ему, человеку, было известно то, о чем Алес, будучи заклинателем, не знал. По словам Гайчука, во времена расцвета Западно-Римской империи влияние позитивов распространилось на территории от Северной Африки до Британии. На тот момент между негативами различных племен не было ни согласованности, ни вообще коммуникации. Они идентифицировали себя как часть своего народа, а не как отдельную расу. Кельты, германцы, фракийцы, сарматы… Каждый из народов стремился к независимости, потому отказывался заключать союзы, даже перед лицом общего врага. Ключевой фигурой в истории освобождения порабощенных народов от римского гнета стал король Аларих I, под командованием которого вестготами в 410 г была захвачена столица империи. Он доказал, что Рим, отнюдь не так величественен, как кажется. Получив контрибуцию рабами и ценностями, он оставил город. Позже вождь германцев Одоакр, некогда начальник германо-римских наемников, заставил римского императора Ромула Августа отречься от престола, что, по сути, являлось крахом великой Западно-Римской империи.