Развод. Не бывшие (СИ)

Я незаметно трусь о воротник щекой, стирая влагу от стекающей слезы. Я не думала, что буду плакать. Не думала, что восприму слова Динара близко к сердцу, но теперь душа будто не на месте. Прокручиваю сказанное раз за разом.
“Изменил, потому что мог и хотел. Дико хотел, как когда-то тебя”.
Эти слова прозвучали выстрелом в моем сознании. Воистину правду говорят: “Не задавай вопросы, на которые не хочешь знать ответа”. Ответ себе я придумала давно. Тот, который меня устроит. Тот, в котором Динар прилично выпил, а сука-секретарша его соблазнила. Что-то такое и было, только вот он мог и хотел. Так же, как и меня.
— Вы не уйдете? — спрашиваю с надеждой, что мой голос не звучит жалко.
— Я могу вас оставить одну здесь?
— В каком это смысле?
— Вдруг вы решите прыгать.
— Я выгляжу настолько жалко, что вы сделали вывод, что я могу покончить с собой?
— Ни в коем случае, но реальную причину озвучивать охраннику не пристало.
— Вас уволить, чтобы вы сказали? — подтруниваю над ним, выдыхая.
Слезы высыхают. Жаль, с душой так не получается. Там, внутри, все еще кровоточит. Я хотела знать, что Динар изменил мне случайно. Поддался порыву, не смог сдержаться, а он, оказывается, давно хотел. И держал ту женщину рядом. Даже мысли не допускал о том, чтобы ее уволить. Он сказал, что был уверен в себе, знал, что справится с притяжением. Только вот не справился. Не смог устоять, так сильно хотел ее. Даже крепкий брак и трое детей его не остановили.
Что же тогда могло? Что вообще способно удержать другого человека от предательства, если не семья? Если не любимый человек и дети?
Мы все способны совершать ошибки и оступаться, но разве можно назвать предательство Динара ошибкой? Он ведь хотел ее. Не спонтанно, а длительное время хотел, смотрел, наслаждался фигурой, речью, сдерживал себя.
С силой сжав поручни ограждения террасы, смотрю перед собой словно сквозь пелену. Слезы застилают глаза от разочарования. Я всегда знала, что вокруг Динара будут соблазны. Красивые женщины, готовы на все, лишь бы он обратил на них внимание. И я всегда ему доверяла, считая, что мы оба — взрослые люди и способны справиться с соблазном. Оказывается, могла только я. В моей жизни ведь тоже были мужчины, которых я интересовала.
Деловые партнеры Динара, сосед по дому, случайный мужчина, заплативший за меня в кафе, потому что моя карта по какой-то причине не прошла, а налички у меня с собой не было. С каждым из них при желании я могла продолжить общение. Могла не отказываться дать свой номер и мило переписываться в мессенджере, успокаивая себя тем, что не перехожу грань, а всего лишь флиртую. Динар тоже флиртовал. Не в мессенджере, хотя, возможно, и там тоже. В реальности раздевал секретаршу или помощницу (я так и не поняла, кем она ему приходилась) взглядом.
Это я не позволяла себе и взгляда лишнего в сторону других мужчин. Не думала о них и знала, что никогда не позволю никому приблизиться, но реальность оказалась куда жестче. Муж изменил мне сам.
Потому что мог и хотел.
Зла не хватает.
— Вы изменяли? — спрашиваю неожиданно даже для себя.
Я не собиралась обсуждать это с Рустамом, но не могу сдержаться. Хочется с кем-то поговорить, услышать стороннее мнение, хоть умом и понимаю, что мужчину в этом вопросе лучше не слушать.
Готовлюсь к тираде о том, что это неприемлемо, что двое людей должны быть верны друг другу или расходиться. Что-то такое мне говорил Динар, когда мы только сошлись. Конечно, тогда я поверила. Хотела это услышать, и он это сказал. И что-то такое мне говорил и Артем. В другой формулировке, но очень заезженно. Настолько, что теперь кажется, что это было тщательно продуманной ложью.
— Было некогда, да и некому.
Забыв об осторожности, резко поворачиваюсь, внимательно глядя на Рустама. Он, если и замечает мои слезы, никак не выказывает этого.
— У вас не было отношений?
— Как-то не доводилось встречаться с женщиной.
— Вы… по мужчинам?
— Что?! Нет.
Я густо краснею от того, что позволила даже допустить такую мысль. Глупо ведь. Отворачиваюсь, не зная, куда деть взгляд.
 
— Я что, произвожу впечатление такого человека?
— Нет, но…
— Женщин в моей роте не было. По крайней мере таких, чтобы заводить с ними отношения дольше, чем на одну ночь.
— А вне роты? Никого не нашлось?
— Представьте, что вы очень-очень долго изолированы от внешнего мира, а затем вас выпускают. Все вокруг изменилось. Не до неузнаваемости, но достаточно для того, чтобы вы не знали, как коммуницировать с людьми.
Я задумываюсь над сказанным. То, что это определенно отличается от того, что мне приходилось слышать раньше, и так понятно. Непонятно лишь, что это значит. Что у Рустама не было постоянной женщины? Не было той, которая бы согревала домашний очаг?
— Вы разочарованы?
— Шокирована.
— А вы… изменяли?
— Вы первый, кто формулирует так вопрос.
— Как?
— Изменяла ли я.
— А что? Это невозможно?
— Нет, — произношу уверенно.
— Стало быть, вам изменяли? Муж?
Отворачиваюсь. Зачем только начала этот разговор? Легче от него ни на минуту не стало, а тяжелее — да. Оказывается, есть мужчины, которые не изменяют. Впрочем… как там сказал Рустам? Было некому?
Наверное, только так мужчина хранит верность. Не находит ту единственную, с кем связывает жизнь.
— Будете сочувствовать? — спрашиваю, не поворачивая головы.
— А вам это нужно?
— Вы сегодня будете делать все, чего хочу я? — интересуюсь, не в силах сдержать раздражение.
— Если вам правда интересно, что я планировал сказать, то я хотел вас поздравить.
— С разводом не поздравляют.
— С вашим — можно.
— Это почему же?
Разворачиваюсь так резко, что едва не переваливаюсь за ограждение. Падать тут недалеко, каких-то полметра до земли, но Рустам оказывается рядом молниеносно, тянет меня за руку, чтобы не свалилась. От шока делаю глубокий вдох. В нос ударяет уже знакомый запах духов. Они у него ненавязчивые, нейтральные, но очень ему подходят.
— С вами все в порядке? — спрашивает, отпуская и отступая.
Засматриваюсь на него. Не впервые с тех пор, как он появился в доме. И чем больше смотрю, тем больше он не выглядит устрашающим, как это показалось в первую встречу. Большим и суровым — да, но мне под его опекой спокойно и легко.
Я зачем-то тянусь за ним. Делаю шаг за шагом, подхожу практически вплотную, поднимаю голову. Понятия не имею, что он сейчас обо мне думает. Что я сошла с ума? Я и сама не могу дать определения своим действиям. Просто концентрируюсь взглядом на его губах. Мы почти соприкасаемся, я смотрю выше.
Во взгляде напротив пожар, который я без труда считываю. Но вместо того, чтобы сгореть в этом пожаре, Рустам трогает меня за плечи и слегка встряхивает, словно выводя из транса.
— Вы все еще замужем, Ясмин. А я не готов стать тем, с кем вы попробуете насолить мужу.
Его слова звучат как пощечина. Я резко отворачиваюсь. Его пиджак слетает с плеч к ногам. За спиной слышится стук двери. Рустам оставляет меня на террасе одну. Думать о том, что я окончательно запуталась. И жалеть, что поцелуя не состоялось. Наверное, это было мне нужно, чтобы успокоиться и, как и советовал Динар, забрать заявление и позволить ему войти в нашу жизнь снова.
Он очень хочет стать хорошим отцом и готов быть верным мужем. По крайней мере он убеждал в этом меня очень долго. Всеми возможными словами, пообещал предоставить доступ к телефону и геолокации. На последнем меня передернуло. Я никогда не хотела быть той женой, которая сутками сидит у телефона и смотрит за перемещением мужчины, пока тот находится вне дома. Для меня всегда было важно доверие. То самое, которое исходит изнутри. Я хотела тех отношений, при которых даже и мысли не допущу, что мой муж находится сейчас с другой женщиной.
По сути, Динар дает мне механизм для слежки за ним, а я хочу так, чтобы и мысли не возникло этим механизмом воспользоваться. Только вот кажется, что с ним это больше невозможно. Утраченное доверие не так-то легко вернуть.