Развод. Не бывшие (СИ)

— Вы закончили. Идем. Я покажу тебе, что ты меня не разлюбила.
— И как же?
— Узнаешь дома.
Динар хватает меня за руку, и мне тут же хочется ее отдернуть, но чтобы не устраивать сцен, я все-таки держу лицо и сообщаю ребятам, что нам пора. Краем глаза замечаю взгляд Рустама, брошенный на наши переплетенные руки, и то, как он подхватывает на руки Надю.
— Крутой мужик, скажи? — хвалит его Динар. — Понял, что должен делать.
Киваю. О том, что именно собирается мне показывать Динар, не хочу даже и думать, потому что, если это то, о чем я думаю, особого выбора у меня может не быть, учитывая, что дома только няня и десяток спонсируемой им охраны.
  
Глава 43
 
Динар
Дома по моему приказу Ясмин ждет шикарный сюрприз. Часть парней, которых я нанял для охраны, успели все организовать, пока я отправился в парк, чтобы найти ее с детьми. Правда, стоило мне только добраться до детской площадки, как внутри разгорелась жгучая ревность.
Я сам отправил Рустама к Ясмин и приказал ему не отходить ни на шаг ни от нее, ни от детей, но то, как весело он резвится с моими детьми, неприятно отдает болью в сердце. На его месте должен быть я. Играть, бегать, смеяться, делать все то, что делают отцы мальчиков. А я занимался карьерой, метил выше и выше, совсем не боясь упасть.
— И куда мы идем? — осторожно спрашивает Ясмин по пути домой.
Она словно боится меня. С опаской смотрит, нервно дергается.
— Домой идем, — спокойно поясняю. — Хочу тебе кое-что показать.
Уже не уверен, что это хорошая идея и сюрприз ей понравится. Судя по тому, как она восприняла мое появление, скорее не понравится. Не удивлюсь, если Ясмин еще и обвинит меня в том, что пытаюсь ее вернуть.
— Пап, а мы в футбол побегаем? — спрашивают мальчики, пока идем к дому.
— Поиграем.
— А когда?
— Вернемся, вы пообедаете, отправитесь к себе, поиграете, и через несколько часов пойдем играть в футбол.
Краем глаза замечаю легкую усмешку на лице Ясмин. Не верит. Неудивительно, ведь раньше я не особо занимался детьми. Максимум — мы могли раз в месяц выбраться куда-то в развлекательный центр, или сыграть в настольные игры, или посмотреть мультики по телевизору. Вот и все мое внимание пацанам. Удивляюсь, как они не забыли меня за год и все еще хотят со мной играть, ждут и просят.
— Какие будут указания? — спрашивает Рустам, передавая мне в руки дочку.
— Оставаться снаружи. Ничего нового. Ваши обязанности — охрана.
Об остальном поговорю с ним позже. Не при детях и не при Ясмин.
В коридоре нас уже ждет Елена. Она любезно забирает детей сразу на второй этаж. Там для них приготовлен обед и подарки. Это должно занять их на несколько часов, которые я планирую потратить на Ясмин.
— Как ты будешь доказывать мне, что я не разлюбила? — спрашивает тихо-тихо.
— Идем.
Подталкиваю ее сначала к кухне, затем к террасе, где она целовалась с Артемом. Эта картина до сих пор болью отдает в сердце, но я не собираюсь транслировать это в мыслях всю жизнь. И Ясмин не позволю запомнить в этом доме другого мужчину. Я хочу, чтобы она помнила только меня.
Толкнув дверь, пропускаю ее вперед. Как бы невзначай обнимаю за талию.
— Ты приготовил обед? — то ли с удивлением, то ли с облегчением выдыхает Ясмин.
Когда она поворачивается, я подтверждаю то, о чем думал всю дорогу. Она боялась. Боялась идти сюда со мной, не зная, что ее здесь ждет.
Прибитый этим осознанием, несколько мгновений стою, не в силах подобрать слов. Я разучился вести себя с женщинами? Или конкретно с одной? С женой, которую никак не могу забыть, не могу вытравить из мыслей.
— Ты ждала чего-то другого? — заключаю я с сожалением.
— Нет, я просто не ждала обеда и… украшений, — обводит рукой цветы, которыми уставлена вся терраса.
Садимся за стол, молчим. Я приготовил столько всего для разговора, но после того, как понял, что Ясмин боялась идти со мной в дом, все эти слова потеряли смысл.
— Почему ты считаешь, что мы не должны разводиться? — осторожно спрашивает Ясмин, так и не прикоснувшись ни к одному блюду.
 
— А ты правда этого хочешь?
Надеюсь, что сегодня мы впервые поговорим нормально, без повышенных тонов и взаимных обвинений. Я, конечно, не так все планировал. Не разговор по душам, но беря во внимание реакцию Ясмин, другого выбора попросту нет.
— Наверное, — неуверенно говорит Ясмин.
Сомневается, и я понимаю, что есть надежда. Крошечная, совсем мизерная, но есть. Потеряно еще не все. Мне придется постараться, но со временем у нас получится. У меня — доказать, что я не нуждаюсь ни в одной другой женщине, а у Ясмин — забыть о том, что она видела меня и Карину. Меня и Анну. Забыть о том, каким мудаком я был, пока мы были женаты.
— Ты говоришь, что не хочешь разводиться? Почему?
— Потому что мне никто не нужен. Потому что ни одна женщина за год твоего отсутствия меня не заинтересовала. Потому что я все время думал о тебе и только о тебе. Потому что ты до сих пор в моем сердце. Я… наговорил многого. Того, чего не хотел. Что-то на эмоциях, что-то — осознавая, что не могу тебя вернуть.
Ясмин слушает молча и, как мне кажется, безэмоционально. Смотрит куда угодно, но не на меня, будто ей со мной больно сталкиваться взглядами.
— Ты понял, что ни на кого не можешь смотреть, а я впервые поняла, что могу смотреть на кого-то, кроме тебя.
Ее слова режут по живому. Задевают те раны, которые открылись, когда я увидел ее с этим адвокатом. Знал ведь, что ее могут увести. Могут у меня забрать. Что такая женщина, как она, может не остаться одна надолго.
— Это Артем, да?
Ничего хорошего о нем я сказать не могу. Собранные и полученные сведения раскрыли его не с самой благоприятной стороны. Он кто-то вроде альфонса. И при этом расстается с девушками так, что к нему потом никаких претензий.
И на момент его защиты в суде между ним и женщиной обычно нет никаких отношений, что лишь дополнительно его защищает.
Реши пострадавшая сторона отстоять свои права и уличить его в нечестной игре, ничего не получится. Впрочем, никто и не пытался. Возможно, это потому что женщины не в курсе, что кроме них было множество других таких же особенных и любимых.
Я думал вывести Артема на чистую воду через Ясмин, но если он ей нравится, я не стану лезть и отойду в сторону. Потом, когда он ее бросит, я буду рядом. Что, если это единственный способ ее вернуть? Дать ей возможность построить отношения с кем-то еще? Почувствовать, что она может это сделать, и разрешить ей отомстить мне? Может быть, моя боль — единственная цена, которую можно заплатить за измену?
— Как-то у нас не клеится, да? — говорит Ясмин вместо ответа.
— Ну, по крайней мере поговорить смогли. Впервые за долгое время без скандала.
— Расскажи мне, как ты решился на измену, — неожиданно просит она.
— Ясмин.
— Я хочу знать. Раз уж у нас все равно не сложится, мне интересно. Неужели дело действительно во мне? Я где-то упустила и чего-то недодала тебе?
  
Глава 44
 
Ясмин
— Все в порядке? — спрашивает Рустам, выходя на террасу минут через десять после того, как ушел Динар.
Вместо ответа я обнимаю себя руками, отодвигаясь к углу ограждения, и старательно смотрю в сторону, хотя уверена, что он не подойдет и не станет заглядывать в лицо. Ему не позволит военная выправка и вышколенность в работе.
— Да, все хорошо.
Отвечать стараюсь медленно и не шмыгать носом, но все равно не получается остаться равнодушной, когда чувствую теплую ткань на плечах. Пиджак. Судя по незнакомому запаху, принадлежащий Рустаму.
— Мне показалось, вы замерзли.
Почти сразу он отходит на безопасное расстояние. Я чувствую, что не остается стоять за спиной, но и с террасы не уходит. Молчит. И я молчу, утопая в теплой ткани и пытаясь собрать в голове все сказанное Динаром. Хочется выговориться, но отчего-то кажется неуместным говорить с охранником, нанятым мужем, о семейных проблемах.