Нано (СИ)

— Уже не так весело, — вкрадчиво спрашивает Красный Шест, — ты, мелкий паразит?
Ты слышишь внезапный смешок где-то рядом, но, во власти этого недвижного противостоянии, не смеешь повернуть голову на звук. Света?!.. Красный Шест практически повторил ее недавнюю фразу.
Камеры шлема помогают — Света не приблизилась к общему столпотворению, осталась прятаться за опрокинутым столом. И ты уже знаешь — это неспроста. Технический специалист Креста не присутствует на встречах лично, только если готовит что-то вроде пятитонного контейнера, зависшего над головами противника.
Ты приближаешь изображение, насколько можешь.
И видишь цифры на панели ее наладонника.
Отсчет.
 25. Консервы 
На том парне, которого убил Красный Шест, нет очков. Он не из Креста, доходит до тебя. Это приманка. И пока его тело лежит под ногой кровавого демона, эта приманка работает.
...человеческая бомба.
Оружие террористов. Взрывчатка под одеждой и промытые мозги — обычный ход смертника и обычная картина в войнах... но так было до того, как в ваш мир — пусть еще не в открытую — ворвались нано. Ты представлял это раньше, и теперь можешь наблюдать собственными глазами — вот он, главный страх как оружейной промышленности, так и всех обычных людей: бомба, нашпигованная умной электроникой, крохотной и еще не известной для датчиков и компьютеров, защитных систем и пакетов страхования.
По твоему позвоночнику ползут сороконожки.
Пауки.
Опарыши.
Кроме страха, ты осознаешь еще одну оглушительную мысль: у Креста действительно уже есть готовые, действующие нано. Их немного или они были созданы совсем недавно, только ради Красного Шеста, но они есть — и это значит, что ту «невидимую пулю», убившую Кристину и еще семь человек, вполне могла выпустить Амелия.
Но сейчас — бомба все еще тикает, цифры все еще меняются на планшете Светы. Амелия что-то говорит, но ты не слышишь, что. Счетчик застывает шестью нулями, и ты наконец-то отрываешь от него взгляд.
Улыбка Амелии становится еще шире и мелькает на мгновение, прежде чем скрыться под черно-белой маской. В ту же секунду из-под красного рогатого шлема вырывается резкий вздох.
Сип.
Хрип.
Это работает как команда — пусть сам Красный Шест не двигается, но его отряд тут же открывает огонь. И даже тот мужик, целившийся в тебя все это время, резко разворачивается, чтобы выстрелить в Амелию. Никто другой их больше не интересует. Неровно стоя и содрогаясь, Красный Шест вытягивает руку с мечом в ее сторону. Жест откровенно запоздалый — его люди явно ориентируются не на него, а на что-то другое, — но Красный Шест все указывает и указывает в ее сторону, и шлем-лицо, минуту назад устрашающее, теперь кажется испуганным. Вместо слов или крика ты по-прежнему слышишь только хрип. Ты сфокусирован на нем настолько, что он перекрывает даже выстрелы.
Крест бросается в разные стороны, Рут пытается увлечь за собой Амелию, но та бьет ее по руке и вырывается. Это понятный ход, раз все внимание сосредоточено только на Амелии, — понятный, но абсолютно самоубийственный. Ее бронежилет пробит в нескольких местах, по ее маске скрежещут пули, ноги быстро подгибаются, руки свисают плетьми.
Ты стреляешь так быстро, как можешь, вместе с Крестом избавляясь от отряда Красного Шеста, но этого недостаточно — Амелия уже мертва.
Должна быть мертва.
Даже вместе со всеми своими модификациями.
Красный Шест падает с последним из своих людей. Ты не видишь, что происходит под его броней, но тело конвульсивно дергается, через стыки пластин брони и из-под шлема на пол течет кровь.
— Останови это, — ты обращаешься непонятно к кому, — останови это немедленно. Нельзя повредить его мод.
Там может быть важная информация. Дракон отрубил Бумажному Вееру руки, чтобы сохранить их для себя. Бумажный Веер — руки. Красный Шест — сердце, сердце Триады. По крайней мере, так сказала тебе Бумажный Веер. Он тоже проходил операцию, но что там теперь осталось от его внутренностей?
— Они запрограммированы не трогать сердце, — отвечает Света, но ты все равно перелетаешь через стойку, чтобы убедиться в этом лично.
 
— Вот как это работает? — тихо спрашиваешь ты. — Вы уже умеете их программировать?
— Нет, это не... то, — Света неловко осекается. — Все не так просто, как кажется. Ты должен спросить Амелию, но...
Света наконец-то вылезает из укрытия — и стоит на месте. Она боится сделать шаг.
Ты переводишь взгляд на Амелию, плохо понимая, что происходит. Кроме верной Рут к ней бросаются еще два человека, но Амелия мотает головой, вцепившись в руку телохранительницы. Та буквально подтаскивает ее к телу Красного Шеста, и Амелия падает на колени. Его шлем вы снимаете вместе, Амелия хочет оттолкнуть твои ладони, но ее движения легче пера. На миг ее взгляд сталкивается с твоим — глаза в прорезях маски широко распахнуты, зрачки крохотные точки и... ужас.
Так смотрят люди в дуло пистолета прямо напротив своего лица. Ты видел это раньше.
И все-таки она жива — ее пальцы впиваются в лицо Красного Шеста, будто это единственная доступная опора. Его подбородок залит кровью, но лицо не обезображено, нано Креста явно работают не так грязно, как нано Дракона. Амелия, сгорбившись на трупом... плачет? Плечи дрожат, из-под маски слышатся всхлипы.
— Черт, — слышишь ты, — как больно.
— Тебе нужна помощь, — говоришь ты отстраненно.
И обычно ты бы помог. Хотя бы для того, чтобы Крест все еще считал тебя хорошим парнем, но сейчас — руки буквально не поднимаются.
Крест обманул тебя. При всем том, что Амелия успела тебе рассказать, она умолчала о главном — о том, что Крест тоже уже владеет технологией в полной мере и активно ее использует. И о том, что...
Рут садится рядом с Амелией на корточки, кладет руку на ее плечо, и это не жест утешения. Ее пальцы сжимаются, она готова оттолкнуть Амелию в сторону в любую секунду. Она смотрит на тебя. И пистолет в ее свободной руке направлен в твою сторону.
— Это вы, — медленно говоришь ты, — убили мою подругу?
За все ваше знакомство Рут произнесла едва ли с десяток слов и почти никогда не отвечала на твои вопросы. Но теперь говорит, уверенно, серьезно:
— Нет.
Но у тебя нет никаких причин этому верить.
— Черт, Вик, подумай сам — зачем бы нам ее убивать?! — Света подбегает сзади и хватает тебя за плечи. Опустив взгляд, ты видишь, что пистолет уже в твоей руке и направлен на Рут. — Мы говорили даже с Владом и его придурками, вместо того чтобы просто расстрелять их всех, зачем нам убивать ее?!
В этом и проблема, так ведь? Столько времени прошло, а ты все еще не знаешь, почему кто-то убил Кристину. В дело вмешаны корпорации, Триал, мафия, и колонии умных ботов готовы начать свое шествие по всему чертовому миру, и Кристина просто... тонет во всем этом.
Тает.
Но ты помнишь, зачем ты здесь, и... И это тоже проблема. У тебя уже больше одной причины разбираться со всем этим. У тебя есть ты — Восьмерка, шпион, о котором, как выяснилось недавно, «Эккарт» знает больше, чем следовало. Может, ты и справишься с Драконом, оставшись один, но если ты сейчас прострелишь Амелии или Рут череп, то точно не проберешься в корпорацию без поддержки Креста.
Глубоко вздохнув, ты убираешь пистолет. Рут медлит какое-то время, но тоже прячет оружие. И даже улыбается едва заметно. В другой раз ты бы удивился этому невероятному событию, но теперь... Шум медленно проступает в ушах, и ты понимаешь, что все это время не слышал окружения из-за стучащей в висках крови.
— Тебе нужна помощь, — говоришь ты уже нормально.
«И мне тоже нужна», — добавляешь про себя. Пальцы нашаривают карман и банку в нем, ты наощупь откручиваешь крышку и принимаешь таблетку, пользуясь тем, что всеобщее внимание сейчас сконцентрировано на Амелии.
— Я в порядке, — отвечает она. — Ну, я буду. Это просто... очень, очень, очень больно.
— С такими ранами люди не живут.