Чужая для монстра (СИ)

— Все слышала? — как ни в чем, не бывало, поинтересовался он. Я лишь кивнула, не в силах найти подходящие слова.
— Ты знал, что я за дверью? — решилась, наконец, подать голос.
— Знал.
— Почему не сказал раньше? Про Эдварда?
— Ты бы поверила?
— Да… нет… не знаю, не могу сейчас сказать. Мерзко, унизительно, стыдно думать об этом.
— Не стоит. Твоей вины здесь нет совершенно. Скорее, это мне нужно было вмешаться пораньше. Но я хотел, чтобы этот предприимчивый юноша вывел меня на серьезных людей. Поэтому, прости, что заставил тебя пережить все это. Хочешь воды?
Он спросил без перехода, словно эта мысль только что пришла ему в голову. Я лишь отрицательно помотала головой и поднялась с кресла.
— Мне нужно побыть одной.
— Понимаю, но прошу тебя, не замыкайся в себе.
Молча, пересекла кабинет и вышла. Чтобы словно в тумане пересечь коридор, войти в свои комнаты и, закрыв за собой дверь тяжело выдохнуть. Потом прошлась по комнате, без особой цели, осматривая ее взглядом. В последние годы я во дворце появлялась нечасто, проводя все время в академии и проживая в съемной квартире с охраной.
Наивная, бесполезная пустышка, без силы.
Подошла к секретеру и достала их ящика браслет связи. Несколько секунд колебалась, еще не уверенная что хочу так резко и быстро изменить свою жизнь. Нет, решительности было достаточно, но все же…
Больше не сомневаясь, я активировала браслет и дождалась, когда на маленьком экране появилось лицо моего учителя — магистра Нимансура.
— Теона! Не ожидал. Что-то произошло? — спросил сухонький невысокий старичок с добрыми глазами. Несмотря на свой возраст, магистр обладал огромным потенциалом силы и в молодости был боевым целителем, участвуя в прошлой войне. Давней войне, о которой многие уже и не вспомнят. Сейчас же над нашим миром нависла другая угроза. Неведомая, но оттого не менее опасная. Прорывы происходили по всему миру Адамантис и, хотя в нашем герцогстве пока не зафиксировано ни одного, было объявлено военное положение, и боевые маги постоянно патрулировали окрестности и границы.
— Магистр, вы предлагали мне уехать вместе с вами. Ваше предложение еще в силе? — с натянутой улыбкой я смотрела на морщинистое лицо своего учителя. Быть может, единственного, кто много лет назад поверил в то, что у целителя с малой силой может быть будущее в медицине.
— Конечно, милая. Ты изменила свое решение?
— Да, учитель, — горло перехватило спазмом, — изменила. Я хочу поехать с вами в тот отдаленный гарнизон. Я хочу стать настоящим врачом.
Гелик шел на снижение. Магия и технологии моего мира позволяли за недолгое время добраться в любую точку нашей планеты, что уж говорить об окраине герцогства, не очень большого. И хотя до сих пор мы не вышли в космос, многие ученые утверждали, что это время не за горам.
Да, у меня это получилось — заставить брата принять мою точку зрения и согласиться с тем, что хоть дворец одно из безопасных мест в герцогстве, но всю жизнь я в нем не проведу. Пора вылезать из скорлупы и познавать мир. И пусть это страшно, сложно, но я была готова. Альбер, после многих часов спора и пререканий, просьб и требований — смирился.
Я оглянулась на своих товарищей. Тех, с кем мне придется провести в этом уединенном, но не заброшенном месте почти семь месяцев. Харви, долговязый худой и нескладный, но очень добрый и талантливый парень, увлеченный ботаникой. На стажировке под чутким руководством магистра он должен был разрабатывать лекарство от гриппа, который в последнее время стал настоящей проблемой северных земель герцогства.
Николь, смешливая, румяная кареглазая красавица, с длинной толстой косой травница и зельевар. На нее засматривались не только парни из нашей группы, но и пара гвардейцев, сопровождавших нас по настоянию Альбера.
Толивер и Мет — братья обладающие магией стихий. Старший — работал с почвой, младший с воздухом. Дар у обоих был чуть выше среднего, они специализировались на возведении защитных укреплений, и сейчас ехали в гарнизон, чтобы совершенствовать свое мастерство.
 
Магистр Нимансур на время стажировки становился нашим наставником. В этой поездке я надеялась набраться практического опыта и оточить способности. Разумеется, во время учебы в академии у нас были занятия в больницах под чутким руководством учителей. Вот только самостоятельных операций мне пока еще никто не доверял.
На место мы прибыли в полдень. Нас встретил адъютант командира, проводил в выделенный нам домик, по ходу посвящая в детали гарнизонной жизни.
Домик нам понравился — на самой окраине городка, подальше от плаца и шума, который создавало большое количество людей в форме. Моим охранникам выделили домик поближе к центру городка. И время до конца дня мы занимались обустройством своего жилья, которое должно было стать нашим домом на несколько последующих месяцев.
— Как на счет поселиться вместе, а свободную комнату сделать лабораторией? — предложила мне Николь. Я охотно согласилась, хотя до сих пор ни с кем, ни разу не делила жилье. Но раз пришла пора меняться, нужно это делать резко. Тем более что комната на двоих на втором этаже оказалась небольшой, но светлой и уютной. Мы не брали слишком много вещей — лишь самое необходимое. Поэтому разобрав чемоданы, занялись лабораторией, под которую выделили самую большую из комнат на первом этаже, подальше от столовой и кухни.
Так, постепенно осваиваясь в чужом незнакомом городе, оторванные от остального мира, мы занимались делом, которое определяло всю нашу жизнь.
Под руководством магистра я приступила к работе в гарнизонной больнице — небольшом здании недалеко от казарм. К охране привыкла и научилась их не замечать. По уговору, они старались не попадаться на глаза и дежурили по очереди. Знаю, что раз в день они направляли отчет брату о моем состоянии. Сама же свела наше общение с Альбером к минимуму.
За месяц я вполне освоилась в больнице и уже ассистировала учителю на операциях. Чуть позже он доверил мне оперировать самой. Никогда не забуду того трепета и волнения, когда взяв в руки скальпель я сделала свой первый самостоятельный надрез. Пусть это была операция по удалению аппендикса молодому солдату, и в применении магии необходимости не было, я выходила из операционной возбужденной, раскрасневшейся от прилива адреналина и была счастлива как никогда раньше.
— Узнаю этот взгляд, — учитель похлопал меня рукой по плечу, — такая же сумасшедшая, каким и я был когда-то.
— Разве это плохо, учитель? — по лицу расползалась широкая улыбка, пока я наблюдала за тем, как санитары перевозят больного в палату, — быть такой же, как вы?
— На этот вопрос сможешь ответить лишь ты через много лет, дорогая Теона, — вздохнул магистр.
Время летело незаметно. Я с головой окунулась в жизнь гарнизонной больницы, проводя операции, разрабатывая совместно с Харви и Николь новые методы исцеления, при которых воздействие магии минимально. Чтобы не оказаться безоружными при наступлении холодов, делали все, чтобы жители гарнизона болели как можно реже, усиленно снабжая их противопростудными и противовирусными зельями. Постепенно начали замечать, что личный состав во главе с командиром стал нас немного сторониться.
До нашего приезда суровые гарнизонные вояки терпели недуги различной тяжести, мужественно стиснув зубы и не желая обращаться к лекарям. Сейчас же по настоянию магистра был введен обязательный медицинский осмотр, который солдаты почему-то невзлюбили. Но поделать ничего не могли. Особенно с тем, что нам становились известны их тайны и грешки, чего уж скрывать. Популярностью пользовались зелья, излечивавшие воспалительные заболевания мужской половой системы. Вот за ними мужское население гарнизона прибегало охотно, пряча взгляд и, краснея, благодарили за помощь. На наш с Николь недоуменный вопрос — откуда, Харви и сам немного помявшись, напомнил, что недалеко от гарнизона расположены несколько поселений, а в одном из них трактир, размещенный вдоль большой проезжей дороги. В этот трактир часто наведываются наши солдаты из тех, кто получает увольнительные. Вот там самые несознательные, скорее всего и цепляли эту хворь.