Чужая для монстра (СИ)

  
Невская Виктория
 
Чужая для монстра
   
Глава 1
 
— Итак, сколько? — голос Альбера, моего брата звучал приглушенно, из-за разделявшей нас стены, однако, мне не пришлось слишком сильно напрягаться. Зато вся ситуация в целом жутко нервировала.
— Простите, не понимаю? — слегка озадачился Эдвард. Мой неофициальный жених. Неофициальный, потому что о нашей помолвке не было объявлено. Он сделал мне предложение, неделю назад, в пустынном парке академии, встав на одно колено. Романтический жест я оценила положительно, впрочем, как и само предложение. Но… наше счастье было невозможным без согласия на брак Альбера Корвина, герцога Сальеро. Моего сводного брата, единственного сына герцога Рино от первого брака. Я же была рождена во втором, позднем и отца не помнила. Впрочем, как и мать. После их смерти моим опекуном, как и новым властителем герцогства, стал Альбер.
Эдвард всегда привлекал взгляды противоположного пола. Боевой маг, сильнейший потенциал, древний, хоть и обедневший род, соседствовавший с герцогством. Все годы, что мы обучались вместе, мне казалось, что такой парень даже не посмотрит в мою сторону. Он и не смотрел. Многочисленные недолгие романы, кутежи в тавернах и подпольные бои занимали большую часть его времени. Я же училась, упорно и тяжело. О факультете боевых магов нечего было, и мечтать, но мой небольшой потенциал силы компенсировался усердием, и, в конце концов, я смогла стать одой из лучших выпускниц факультета целительства. А после, по протекции моего брата, меня ждала недолгая стажировка во дворце под чутким руководством придворного целителя, магистра Нимансура. Хорошее, престижное место, забота опекуна, теперь еще и предложение того, о ком я втайне мечтала вечерами в академии. Но мне совершено не нравилось направление, которое принял их разговор. Мое сердце сжалось в тревожном предчувствии.
— Сколько вы хотите за то, чтобы исчезнуть из жизни моей сестры навсегда, — тон Альбера стал скучающим. Как будто обстоятельства вынудили его отвлечься от более важных дел, и теперь приходилось общаться с совершенно неинтересным человеком по поводу нестоящей проблемы.
— Как вы смеете! Я люблю Теону и никогда от нее не откажусь! А ваше предложение недостойно аристократа! — слегка повысил голос Эдвард. Судя по звукам, доносящимся из кабинета, мой жених так и остался стоять у стола.
Брат молчал, но я вполне могла представить себе его пристальный изучающий взгляд, которым он прожигает Эдварда насквозь. Взгляд, от которого порой, у меня дрожали руки, и я всегда лепетала какую-то чепуху, производя впечатление умственно отсталой. Ничего не могла с собой поделать. С детства робела перед Альбером. Хотя разница в возрасте между нами не была слишком уж велика — девять лет. Но теперь я была готова выступить против Альбера и отстаивать вместе с Эдвардом нашу любовь. Именно поэтому сейчас я стояла у тайного хода в кабинет герцога Сальеро и бессовестно подслушивала их разговор.
— Любите? Вряд ли можно любить одну женщину и в то же время жить с другой.
Слова Альбера заставили меня похолодеть. Да, я знала, что Эдвард никогда не был праведником, однако, за полгода наших встреч, он не давал повода усомниться в его верности. Мы всегда были вместе, и даже наши однокурсники, которые поначалу не верили в силу его чувств и в возможность наших отношений, относились к нам как к паре.
— Ложь! Как вы…
— Узнал? Видите ли, мой юный друг. Я имею привычку интересоваться всем, чем живет моя единственная сестра. Не думали же вы так легко войти в мою семью? На что вообще надеялись? Вы сумели втереться ей в доверие и стать частью ее жизни. Что ж, мне показалось, что небольшой опыт в отношении мужского коварства станет ей полезен. Она слишком наивна и добра, чтобы видеть то, кем вы являетесь на самом деле. Именно поэтому я предположил, что вы примите некую сумму компенсации и уберетесь, далеко и надолго. Моя же сестра излечится от разбитого сердца и попранных девичьих грез и станет смотреть на этот мир более прагматично.
 
— Она любит меня и не позволит нас разлучить, — категорично заявил Эдвард, и я подивилась такой категоричности. Неужели считает меня настолько слабовольной, что я приму и смирюсь с изменой?
— Вы так в этом уверены? — тон брат, тот особый тон, которого я всегда опасалась, и который заставлял людей говорить правду. Небольшая тайна нашего рода, хотя этой способностью я не обладала. Но это значит, что он ведет допрос! Полноценный допрос, отбирающий у него много сил. И в следующий миг от слов моего уже теперь бывшего жениха, мне показалось, что моя жизнь рассыпается на осколки.
— Да она с самого начала смотрела на меня своим телячьим взглядом и просто мечтала, чтобы я обратил нее внимания. Кто она — пустышка, никто. Слабая целительница, которую и во дворец взяли только лишь потому, что ее брат герцог. Но что поделать…
— Вы проигрались и решили поправить свое финансовое положение за счет моей семьи, — продолжил брат тем же тоном. — А после на вас вышли люди, которые настоятельно посоветовали ускорить ваши отношения и поторопиться со свадьбой. Что они вам предложили?
— Пограничные земли, которые когда-то принадлежали нам, — неохотно ответил Эдвард. Да, брату было невозможно сопротивляться, однако, допрашиваемый им человек, не имея возможности контролировать свои слова, чувствовал и понимал, что и кому он говорит.
Я даже не заметила, как в волнении сгрызла ноготь — дурацкая детская привычка, от которой, казалось, давно избавилась Теперь же… Слез не было. Лишь чувство глубокого разочарования. Мне так хотелось поверить в чувства Эдварда, что ему даже не пришлось прилагать для этого усилий. Наивная глупая пустышка, прячущаяся за спиной брата и не видящая окружающей действительности. У меня никого нет, кроме Альбера и дела, которому, казалось, я хочу посвятить всю свою жизнь. Меня хвалили преподаватели, пророчили завидное будущее несмотря на маленький резерв. Я много работала со своим руководителем, и мы вместе добились некоторых успехов в лечении нескольких редких и тяжелых болезней. Но что если это будущее, очередная сказка, в которую я поверила. Что если похвала — лишь дань моему титулу и происхождению?
— Контакты этих людей вы предоставите моей службе безопасности, — резко продолжал Альбер, вызывая охрану. В кабинет вошли люди, и в полнейшем молчании увели сопротивляющегося и выкрикивающего угрозы Эдварда. Слушая крики этого человека, у меня появлялось чувство, будто я только что извалялась в грязи.
— Ты можешь войти, Теона, — голос брата звучал мягко. А я вздрогнула при мысли, что все время, что я подслушивала его разговор, он знал о моем присутствии.
Тихо приоткрыла хорошо скрытую от чужих взглядов дверь и проскользнула в кабинет. Прошла к столу, села в кресло, повинуясь молчаливому жесту Альбера и молча, уставилась на него. Он смотрел на меня спокойно, без следов раздражения на своем красивом, будто скульптурно вылепленном лице. Трудно иметь красавца-брата, будучи брюнеткой, со смуглой кожей лица, с цветом глаз невнятного болотистого оттенка, и полным отсутствием родовой силы. Он же, пепельный блондин с зелеными глазами, высокий, сильный, обладающий родовой магией. Мечта придворных дам и мамочек, имеющих дочерей на выданье. Правда, Альбер не спешил связывать себя узами брака, впрочем, не пренебрегая женским вниманием. Мы были с ним совершенно не похожи, словно дети разных родителей, что, порой, служило причиной мерзких намеков, которые брат, с легкостью и довольно жестоко пресекал. Когда-то одна из его пассий прилюдно заявила, что как только они с братом поженятся, бастарду чернушке не будет места в этом дворце. Это было последнее заявление сделанное женщиной. По слухам в тот же день ее отправили в женскую обитель, замаливать грехи. Если верить некоторым слухам, то пожизненно. Думаю, брата взбесило не столько оскорбление, нанесенное мне, как то, что его свободой кто-то посмел распорядиться. Впрочем, я не вмешивалась в его дела, а учеба стала занимать много времени.