Обман (ЛП)

Смех Кармайна заполнил комнату, эхом отразившись от книжных полок и стен. Будучи внутренней комнатой, она не имела окон. Я никогда не думал, что это было случайно.
— Вспыльчива… хорошее слово. Она — Костелло. Нас называли и похуже, — он понизил голос. — Она призналась моей Розе, что хочет дочь.
Я не мог скрыть удивления на лице.
— Мы… мы говорили об этом.
— Иногда женщины говорят одно, а на самом деле имеют в виду совсем другое.
— Хотите, чтобы я подарил жене дочь? Я… я не могу обещать дочь. Даже если у нас будет еще один ребенок, это может быть мальчик.
Кармайн кивнул.
— Но ты готов… попытаться?
Какого черта?
— Нам следует обсудить это с Анджелиной.
— Да, следует. — Он наморщил лоб. — Но я уверен, что не должен говорить тебе… разговоры не дадут моей девочке дочь.
Я не знал, что сказать, и просто кивнул.
— Орен, у меня есть для тебя работа. Ты ведь хочешь, чтобы я был счастлив?
У него есть работа? Оплодотворение моей жены — это работа? Или это нечто больше?
— Сэр?
— Я хочу, чтобы ты сопровождал Винсента в Калифорнию.
Я стиснул зубы и тут же пожалел о своей реакции. Возможно, если я расслаблюсь, мое напряжение останется незамеченным.
Глаза Кармайна расширились.
— Или ты слишком занят, чтобы поехать с моим сыном?
Конечно, это не осталось незамеченным.
— Нет, сэр, я с удовольствием поеду в Калифорнию.
— Я никогда раньше не просил тебя помогать семье, но, сынок, мне нужно знать, в чем заключается твоя преданность. В конце концов, ты вел переговоры с другими, а не со мной.
Преданность?
— Уверяю вас, что моя преданность…
— Слова. Это все слова, пока я не увижу доказательства собственными глазами.
— Могу я спросить, — начал я. — В чем будет заключаться эта работа?
Кармайн пожал плечами.
— Это не семейная связь. Это долг — услуга. Человек, который однажды помог мне, попросил меня о помощи. Вот что мы делаем: мы помогаем нашим друзьям. Верно, сынок?
— Да, конечно.
— У этого человека, — сказал Кармайн, — возникла проблема, и он попросил нас помочь ему избавиться от нее.
Мой пульс участился. Его слова между строк звучали громче, чем те, что он произносил. Я жил вокруг этого, еще до Анджелины. В конце концов, мой отец работал в доках. Я знал счет. Я знал, что делается, но никогда не участвовал ни в чем подобном. Я организовал отмывание денег, даже позволил моему уважаемому бизнесу обслуживать эти потребности. Я собирал долги — финансовые долги, — но никогда не участвовал в убийствах.
— Сынок, тебе нужна моя помощь. Мне нужна твоя взамен. После ювелирных магазинов появятся другие предприятия, другие начинания. Я хотел бы предложить свою преданность. Мне нужно знать, что это взаимно. Это проблема?
Узлы в животе болезненно скрутились.
— Нет, сэр. Не проблема.
— Завтра.
Я оглядел кабинет, прежде чем мои глаза снова остановились на Кармайне.
— Завтра?
— Завтра вы с Винсентом поможете моему другу. Это будет выглядеть как несчастный случай, — тихо и быстро. Это должно произойти быстро. Эта проблема должна вернуться домой в Саванну через несколько дней, и если он вернется, ну, скажем так, мой друг не будет счастлив.
— Сэр, я никогда…
— Но на этот раз, Винсент, он научит тебя. Ты научишься. Вы будете свидетелями и участниками, — и тогда ты тоже будешь в долгу перед Костелло за их молчание.
Кармайну не нужно было произносить последнюю часть. Это было более, чем очевидно.
— Да, сэр.
— И, — добавил Кармайн, — когда ты вернешься, я не только рассмотрю твою просьбу насчет ювелирных магазинов, но и приготовлю подарок для моей Анджелины.
— Подарок?
— Не будем портить сюрприз. Иди. Возвращайся, когда закончишь. Будущее полно возможностей. — Кармайн встал и подошел к моей стороне стола. Положив руку мне на плечо, он улыбнулся. — Потому что, сынок, мы семья.
****
Я сидел рядом с Винсентом за столиком в баре отеля. Прислонившись спиной к стене, мы наблюдали за рыжеволосым ирландцем у стойки. Он не пил спиртного, как другие бизнесмены вокруг него. Вместо этого я услышал, как он заказал себе еду со сладким чаем. Глупые Южане. Алкоголь может стать причиной несчастного случая. В отличие от сладкого чая.
 
— Иди поговори с ним, — сказал Винни, наклонив голову.
Узлы от вчерашней встречи с Кармайном еще не распутались. Во всяком случае, они стали больше и плотнее. Мой взгляд вернулся к мужчине. Я не хотел ни разговаривать с ним, ни узнавать его, ни даже общаться с ним. Зачем? Зачем мне это делать?
У меня было так много гребаных вопросов, которые я никогда не смогу задать.
Слишком глубоко. Я слишком глубоко увяз.
— Поговорить с ним? Зачем? — спросил я.
— Потому что несчастный случай должен выглядеть как несчастный случай. Падение с самолета, если человек не летает, выглядит подозрительно. Нам нужно знать его симпатии и антипатии.
— Как гребаная служба знакомств?
Глаза Винсента сузились, напоминая мне глаза моей жены.
— Как работа. Ты же переговорщик, иди и поговори.
Это чертово слово — переговорщик. Это снова был Кармайн.
— Узнай, что ему нравится, — сказал Винсент, — что нам поможет. Что сработает. Я буду ждать здесь.
Я перевел взгляд с человека в баре на своего кузена в законе.
— Я не хочу этого для Леннокса.
Винсент нахмурился.
— У тебя есть яйца. Этого не отнять.
— Я серьезно. Я женился на Анджелине. Я высказал свои просьбы и амбиции. И не планировал однажды очутиться в большом доме с головорезами. Я не хочу этого для Леннокса.
— Такая жизнь — большая честь. Я пошел по пути отца, который пошел по пути своего отца. Это то, что сделает Лука. Дело чести. Ты не хочешь, чтобы твой сын был честным?
— Я хочу, чтобы у моего сына был выбор.
— Семью не выбирают, — сказал Винсент.
— Может быть. Это будет твой выбор.
— Тогда не разочаровывай ни меня, ни моего отца. Будущее не написано.
Это не было письменное обещание, но это было лучшее, что я мог получить.
Кивнув, я глубоко вздохнул и встал. Я окинул взглядом бар. Барный стул слева от мужчины был пуст. Пробравшись через переполненный бар, я с преувеличенным вздохом опустился на стул и кивнул в его сторону.
Когда бармен подошел ближе, я остановил его.
— Я возьму то, что у тебя есть.
— Да, сэр.
— Тяжелый день? — спросил рыжеволосый.
— Хуже, чем обычно, — ответил я.
Он оторвал взгляд от тарелки и посмотрел на телевизор над баром. Ярко раскрашенные машины кружили по трассе. Были огни и люди на больших трибунах. Где бы ни происходила гонка, была ночь. Звук был приглушен, но счетчик в верхней части экрана постоянно бегал с цифрами в порядке их кругов. Я никогда особо не увлекался гонками, особенно НАСКАР. У меня не было времени на такие развлечения.
— Кто ведет? — спросил я, изображая интерес.
— Гордон, но эта чертова осторожность только началась. Ненавижу, когда они заканчиваются с осторожностью.
Я снова посмотрел на телевизор.
— Любишь гонки?
— Да, чем быстрее, тем лучше. Как насчет тебя?
Я пожал плечами.
— Я не большой поклонник. Немного занят в последнее время.
Мужчина кивнул, повернулся ко мне и протянул руку.
— Рассел, Рассел Коллинз. Что привело тебя в Лос-Анджелес?
Я пожал ему руку.
— Орен. Я здесь по делам.
— Да, я тоже. Где живешь?
— В Нью-Йорке. А ты?
Рассел провел рукой по волосам.
— В Джорджии пока что.
— Пока что? — спросил я.
— Я не горю желанием возвращаться.
— Как, не собираешься? — небрежно спросил я, потягивая пиво.
— Нет. Чертово дерьмо всплывет наружу. Но прошло уже много времени.
Я сделал еще глоток, прежде чем поставить стакан перед собой.
— Я не эксперт, но ты можешь рассказать об этом. Моя жена говорит, что мне нужно больше разговаривать.