Любовь и Гниль: Сезон 1 (Эпизоды 1-6) (ЛП)

И это было недалеко от истины.
Мою шею начало покалывать, и у меня появилось отчётливое ощущение, что за мной наблюдают. Я резко подняла глаза и встретилась с взглядом Хендрикса, который стоял на другом конце комнаты, просто наблюдая за мной. Мой взгляд словно застал его врасплох, и он не знал, что делать дальше.
После многих лет преследования зомби меня было не так-то легко запугать, но в его взгляде было что-то настолько откровенное, что я не знала, что с собой делать. Я вытащила ложку изо рта и нервно облизала губы, а он просто стоял и смотрел на меня.
Хейли слегка подтолкнула меня плечом, и я успешно отвлеклась. Я опустила взгляд на банку с арахисовым маслом и почувствовала, что мои щёки пылают от невразумительного румянца. Я задумалась, был ли Хендрикс таким странным в нормальном мире, или всё нормальное внутри него сломалось, когда мир покатился по наклонной.
А может быть, в мире до зомби он был таким же задумчивым и серьёзным. Если бы он был снят в моей зомби-версии «Дневников вампиров», он был бы Стефаном, тем самым братом, за смертью которого от чего-то гротескного и ужасного я бы хотела понаблюдать. Команда Деймона навеки вечные.
— Что это вообще было? — прошептала Хейли.
Она открыла пачку крекеров «Ритц», и мы обе принялись за еду, намазывая крекеры арахисовым маслом, прежде чем проглотить их, — это был настоящий пир.
— Понятия не имею, — хихикнула я.
— У тебя красивые волосы, — раздался позади меня тихий, безошибочно девчачий голосок.
Мы с Хейли повернулись и увидели Пейдж. Это определённо была Пейдж — тот факт, что она была маленькой девочкой и являла собой вылитый образ её братьев, выдавал её с потрохами. У неё были длинные тёмно-русые волосы, как у Хендрикса. Они завивались на концах и останавливались на полпути вниз по её изящной спине. Огромные, ярко-голубые глаза были широко распахнуты от любопытства, и полные, как у купидона, красивые губы, которые я уже посчитала семейной чертой. Ей было не больше девяти лет, и она напомнила мне фею. Черты её лица были великолепно преувеличены, а из-под завесы густых волос торчали самые красивые уши.
Я перевела взгляд с Хейли на Пейдж и только потом поняла, что она обращается ко мне, так как всё её внимание было полностью сосредоточено на моём лице.
— Спасибо, — я играючи улыбнулась. — У тебя тоже.
— Спасибо, — просияла она в ответ. — Очень приятно это слышать. А ты знаешь, что мальчики не умеют говорить «спасибо»? Мама научила меня, научила меня манерам и правилам вежливости. Но Вон говорит, что у большинства мальчиков не было такой мамы. И он говорит, что наша мама забыла научить моих братьев.
Мы с Хейли сделали всё возможное, чтобы не рассмеяться в ответ.
— Держу пари, твоя мама не забыла их научить, — я наклонилась вперёд, как будто рассказывала ей какую-то тайну. — Держу пари, они просто забыли научиться.
Глаза Пейдж загорелись от возбуждения, и она закачала головой вверх-вниз в знак согласия.
— Готова поспорить, ты права!
— Хочешь арахисового масла или крекеров? — спросила я, протягивая ей банку.
Она сморщила свой благородный маленький вздёрнутый носик и снова покачала головой, её блестящие волосы рассыпались по плечам.
— Нет, благодарю.
— Какие отличные манеры, — подбодрила я её, а потом преподнесла ей подношение в виде пакета с крекерами.
Она всё же взяла несколько штук из пакета и начала их грызть.
— Привет, Пейдж, — медленно поздоровался Хендрикс. Он присоединился к нам на импровизированной кухне, прислонившись к стене. Он недоверчиво прищурил глаза и с настороженным беспокойством оглядел сестру. — Заводишь себе друзей?
— Хендрикс, — серьёзно произнесла Пейдж, — у них хорошие манеры.
Хейли подавилась смешком, а я дерзко подмигнула Хендриксу. Похоже, он не знал, что со мной делать, и почему-то это меня окрылило.
— Думаю, Пейдж отказалась от мужского рода в целом, — объяснила я Хендриксу. — Как оказалось, мальчики во всем мире не в состоянии научиться хорошим манерам.
Щёки Хендрикса порозовели, и он опустил глаза на свои шаркающие ноги.
 
— Мы просто дразним её, — признался он.
— И весь мужской род погибнет в итоге, — проворчала Хейли. Потом шёпотом добавила: — Наверное, лучше не обнадёживать её.
— Так вот почему вы путешествуете вдвоём? — прервал разговор Вон, а за ним последовали остальные братья.
Нельсон выглядел искренне заинтересованным, но у Кинга и Харрисона был вид, словно им просто больше нечем было заняться.
— А с кем же нам путешествовать? — спросила Хейли с раздражённым ворчанием. — Все, кого мы знаем, мертвы.
— Кроме нас, — повторила я, явно для того, чтобы мы снова услышали это. Иногда в это с трудом верилось.
— Кроме нас, — прошептала Хейли.
— Как же вы, девочки, выжили? Как вы выживали так долго? — спросил Нельсон, нахмурив брови, и снова пригвоздил Хейли пытливым взглядом.
— Нам вроде как везло, — мрачно объяснила Хейли. — Вся наша жизнь развалилась за три дня. И когда парень Риган попытался съесть её, мы решили, что пришло время покинуть город и отправиться на юг.
— А откуда вы родом? — на этот раз спросил Вон.
Я приветствовала вопросы, но только потому, что у меня самой их было столько же.
— Айова, — сказала Хейли.
— Что значит, твой парень пытался тебя съесть? — настойчиво спросил Хендрикс.
Я запнулась. В глубине души я шутила по этому поводу, но на самом деле мне это уже порядком надоело. Не то чтобы у всех, кто ещё жив и не ест человеческую плоть, не было подобной истории, но Крис когда-то был человеком, когда-то был другом и потенциальным любовником.
Ладно, я съежилась от этого. Это звучало… неправильно. Неважно, был он зомби или нет.
— За два дня мы обе потеряли родителей, — я жестом указала на себя и Хейли. — До этого момента мы не воспринимали угрозу зомби всерьёз. Я имею в виду, кто мог знать, что зомби окажутся настоящими. Они должны были быть просто тварями в фильмах. Наши родители легко отделались. Они были на городском собрании вместе с большинством других взрослых, где они пытались понять, что делать с военными и новостными репортажами, и неожиданно на собрание напали. Некоторые из них были обращены в Пожирателей, но многие были просто убиты. Наши родители оказались счастливчиками, — мы все знали, что это означает, что они умерли на месте, но об этом не нужно было говорить. — Мы подумывали о том, чтобы остаться, сделать рай из того места, где мы прожили всю нашу жизнь, но когда Крис приехал, чтобы остаться со мной… — я замолчала, не зная, как закончить эту фразу.
— Он попытался её схомячить. Поэтому она ударила в его лицо разделочным ножом, а затем попрактиковала параллельную парковку на его теле, пока его голова больше не была прикреплена к шее, — драматично закончила Хейли.
Я вздохнула, не самый яркий момент человечности.
— Впечатляет, — присвистнул Вон.
— Это было необходимо, — возразила я.
— Безусловно, — согласился Хендрикс.
— А потом вы просто сорвались с места? — закончил за нас историю Нельсон.
— Сначала мы убедились, что ни одна из нас не добавила мозги в ежедневную пищевую пирамиду, а потом загрузили всё ещё окровавленный «Эскалейд» и гнали его, пока не кончился бензин.
— Но уехали мы не особо далеко, — добавила Хейли. — Для начала в машине только наполовину был заполнен бак, и к тому времени, когда нам нужно было заправиться, заправочные станции превратились в зоны военных действий. Мы бросили машину и пошли пешком.
— Очень умно с вашей стороны не рисковать заправиться, — заметил Вон.
И он был прав. К тому времени, когда мы с Хейли покинули наши родные дома, человечество, казалось бы, забыло всё цивилизованное и безопасное. Продуктовые магазины, заправочные станции и склады «Костко» [7], особенно «Костко», всё это стало полем битвы для смертельной версии «захвати флаг». Все поселения, которые мы видели по пути, были расположены вблизи скопления этих объектов. Несмотря на то, что сейчас, вероятно, запасы бензина и продовольствия были на исходе, эти здания всё ещё олицетворяли власть и богатство. Даже если поселения были относительно мирными, они однозначно не были такими поначалу.