Антидемон. Дилогия (СИ)
Идти мы продолжали, как ни в чем не бывало – нельзя было дать сигнал тем, кто нас отслеживал, что мы заметили угрозу.
– Может, и не грабители, может, за мной пришли! – высказал предположение я. – Помнишь, я говорил про свои проблемы!
– Да мне без разницы, это наш район, и никому тут шустрить не позволено! – тихо, но зло сказал Бретер. – Да, ты был прав, за нами кто‑то крадется! А вот спереди никого не слышу! Но если что, мои задние, а твои те, что появятся спереди!
Я даже не успел ответить, как ситуация прояснилась сама собой – короткий топот, и на улице, не таясь больше, появилось пятеро мужиков в черных масках – трое спереди, двое сзади.
Тот, что стоял по центру перед нами, сделал шаг вперед.
– Ты, длинный, – сказал он, обращаясь к Бретеру, – нам не нужен, можешь идти! Нам только хромой пацан…
Договорить он не успел – Бретер развернулся, и метательный нож полетел в одного из тех, что сзади. Нисколько не сомневаясь в его способности сладить с двумя противниками, я атаковал пришедшихся на мою долю бандитов спереди – послал воздушное копье в того, кто стоял справа, он мне инстинктивно показался самым опасным, и выстрелил из самострела в того, кто стоял слева от говорившего. Попал в обоих, больше опасности они не представляли. Уронил разряженный самострел на землю и, выхватив меч, шагнул к тому, что предложил Бретеру уходить. В этот же момент услышал, как тренькнула тетива самострела, такого же, судя по звуку, как у меня. Сам припал к земле, почти упал на нее, но успел скастовать воздушный щит со стороны звука в направлении Бретера, прямо перед ним. Не ошибся – стреляли именно в него, стрела со звоном отрикошетила от щита в сторону. Не дожидаясь второго выстрела, запустил огненный шар на звук, в окно второго этажа, откуда и раздался выстрел. Шар еще не долетел, как единственный оставшийся спереди враг уже подбежал ко мне, занеся большую дубину. Стало полностью ясно, что я нужен нападавшим живым – и стреляли в Бретера, и с дубиной нападают, чтобы оглушить, а не убить!
Под звук взорвавшегося огненного шара, порадовавшего меня еще и коротким вскриком, я откатился в сторону, избежав удара дубиной, после чего рубанул мечом по оказавшимся в пределах доступа ногам врага. Меч проскрежетал по костям его голеней – вскрикнув от боли, нападавший отскочил в сторону. Вскакивая на ноги, я запустил в него свой меч с таким расчетом, чтобы рукоятка угодила ему в лицо. Получилось! Мужик рухнул навзничь, не издав ни звука. Нокаут!
Бретер к тому времени уже успел зарубить своего противника и примчался ко мне, совсем не запыхавшись. Он был в прекрасной форме, и из‑за такого короткого боя даже и вспотеть бы не успел!
– Спасибо, что поставил щит перед стрелой! – сказал он мне.
– Не стоит. Но хитры оказались – заранее посадили тут шестого с самострелом и вели нас до него! – сказал я. – Кстати, было бы неплохо убедиться, что он мертв.
Ни слова не говоря, Бретер метнулся к дому, выламывая ударом ноги калитку в заборе. Там было темно из‑за деревьев, и я не увидел, только услышал спустя несколько секунд, как треснула выбиваемая плечом дверь. Не беспокоясь за него, быстро обыскал двоих убитых – их кошельки перекочевали ко мне. Проверил, жив ли главный, – хотя и знал, что таким ударом вряд ли можно кого‑то убить, но мало ли! Он был без сознания, но дышал. Забрал и у него кошелек, избавил от двух кинжалов – того, что был на поясе, и того, что был в голенище сапога.
Раздался новый звук – из того самого окна, откуда стреляли, на улицу упало тело. Проковыляв к нему, обшарил – кошелька не обнаружил. Значит, Бретер ведет себя правильно – не выкидывает труп, пока не взял добычу.
После раздавшегося топота ног по лестнице из дома появился Бретер с трофейным самострелом в руках.
– Был только один, ты его подранил, я добил и потушил пожар, – сообщил он.
– Хорошо, – кивнул я, – поможешь дотащить их главаря до твоего дома? Нужно с ним кое‑что обсудить.
– Легко! – сказал Бретер и, наклонившись, взвалил оглушенного бандита на плечо.
Я перезарядил самострел и пошел за ним. На улице царила тишина – никто не спешил интересоваться шумом боя. Грабят, убивают – ну и что, это не дело горожанина, сидящего у себя дома. А ночная стража обычно попадается только тогда, когда в ней нет никакой нужды.
До дома Бретера добрались без новых приключений.
Я подхватил тело главаря, пока мой друг открывал замок, – наш пленник так и не пришел в себя.
– Хорошо ты его приложил, не факт, что вообще очнется! – сказал Бретер, снова подхватив его на плечо и занося в гостиную. – Так, сброшу его на ковер – он старый, давно пора от него избавиться!
И, не деликатничая, обрушил свою ношу на пол.
Руки мы его связывать не стали – я рядом, а он точно не маг, чтобы чем‑то удивить меня, что я не смогу предотвратить.
Выложив конфискованное у нападавших имущество на стол, стал открывать кошельки и высыпать монеты из них на стол.
– Ну ты жадный до трофеев! – усмехнулся Бретер.
– Это да, но не только в этом дело! – ответил я. – Пытаюсь понять, кто именно за мной охотится. Пока мне все нравится – если бы этих шестерых наняли, то у них бы точно было полно в кошельках золотых монет. Вряд ли бы успели аванс растратить. А у этих так, чепуха из серебра и меди!
– И что это значит? – удивился Бретер.
– Значит, скорее всего, они действовали по собственной инициативе! Что‑то слышали про хромого парня в маске и про то, что за него награду дают. И решили сами захватить подходящего по описанию, чтобы предъявить тому, кто ищет, в надежде получить хорошие деньги.
– Хм! – Бретер наморщил лоб. – Ну да, что‑то в этом роде получается! А, у меня же тоже есть три кошелька, давай посмотрим, что в них!
Брошенные им кошельки звякнули, упав на стол. Монеты из них я высыпал отдельно – не моя все же добыча. Туда же он положил и все остальное, что снял с нападавших.
– Ну, видишь, то же самое! Всякая мелочевка! – с облегчением выдохнул я. – Судя по другим трофеям, все верно. Кинжалы среднего качества, ни один охотник с таким в портал не пойдет, самострел очень старый. Никто бы не стал нанимать таких жалких исполнителей, явно это их инициатива. И это значит, что про то, что я шляюсь в этом районе, никто влиятельный не в курсе.
– Но если это так, и за хромого парня в маске объявлена награда, тебе надо что‑то делать, чтобы снова не оказаться в такой ситуации! – покачал головой Бретер. – Почему бы тебе не ездить на лошади, чтобы не привлекать внимание своей хромотой?
– Ты прав, что‑то я расслабился! – признал я. – Так и делал у себя в провинции, а тут что‑то перестал!
– Это кого же ты так разозлил, что за тебя аж в самой столице готовы деньги заплатить! – удивился Бретер.
Ответить я не успел – пленник застонал и резко сел. Нос у него был разбит рукояткой меча, под правым глазом налился синяк. Взгляд сфокусировался на нас. И только после этого он испугался.
Глава 22
– Значит, так, – сказал я жестко, – выбирай! Ты говоришь, зачем твоя шайка набросилась на нас, отвечаешь на все вопросы, и умираешь легко и быстро! Или ты вначале молчишь, потом говоришь, но умирать будешь долго и тяжело!
Пленник задержался с ответом, кинув взгляд на дверь. Вздохнув, я запустил воздушную стрелу ему в правую ногу. В мягкие ткани, подальше от любых артерий. Мужик завопил от боли, зажав рану. Я молча навел на него заряженный самострел – он тут же заткнулся.
– Десять секунд, чтобы заговорить, – сказал я, – потом заткну рот кляпом и буду полчаса срезать с тебя кожу ножом! И никаких шансов болтать до истечения этого срока не дам.
Помолчал несколько секунд в тишине. Пленник трясся от ужаса на ковре. Вздохнув, я взял со стола его же кинжал и шагнул к нему.
– Не надо, всё, я говорю! – дернулся тот. – Есть щедрый заказ, на хромого голубоглазого блондина в маске, лет восемнадцати – двадцати! Платят тысячу золотых, и только за живого, если притащишь правильного! Мне сказали об этом пару недель назад.