Повелитель драконов (СИ)

Но в тот момент, когда я чуть не потерял сознание, Дерек отвлек дракона на себя. Пламя прекратило угрожать госпиталю, и я опустил барьер. Дракон направился к Дереку и попутно разрушал своим массивным хвостом дома. Дерек был готов, и когда дракон оказался достаточно близко он проревел заклятие подчинения воли: «Daz’hazille oridrand». Но в этот момент открылись городские ворота и оттуда выбежали войска Гамельфорта. Дракон взлетел, а Дерек промахнулся. Град стрел обрушился на дракона, но они все ломались о прочную его чешую. В ответ разъяренный дракон пролетел над городом и стал поливать огнем все на своем пути. Черный дым повалил уже из-за городских стен.
Собравшись с силами, Дерек взялся за лук и нацелился на летящего дракона. Он как я успел заметить, прошептал что-то, скорее всего заклятия, и пустил стрелу, которая метко вонзилась дракону прямо в перепонку, пройдя насквозь. От боли дракон перестал дышать огнем и заревел. Теперь он нацелился только на Дерека, попутно отбиваясь от стрел лучников. Когда дракон подлетал к Дереку, чтобы вцепиться в него своими когтями на лапах, тот что-то вновь прошептал и выставил руку перед собой. Дракон остановился на месте, тряся головой, видимо, пытаясь прийти в себя. Но заклятие подчинения действовало. Дерек опустил руку вниз, и дракон последовал приказу, с грохотом приземлился. Я поспешил к тому месту. Дерек резко отвел руку и прервал заклятие. Дракон в сей же момент пришел в себя и яростно зарычал. Стрелы продолжали лететь со стороны войск Гамельфорта. Он махнул хвостом и раскидал стоявших позади лучников. Потом он развернулся сам и при развороте замахнулся хвостом. Дерек попытался увернуться, но не рассчитал и дракон хвостом откинул его.
Дерек отлетел в сторону. К счастью, я быстро успел подбежать к нему. Он был без сознания. На подбородке кровоточила небольшая рана, которую видно нанес шип на хвосте. Я вытер кровь и стал приводить в чувства Дерека. Очнулся он быстро, но был без сил. Я поднял его с земли и ринулся защищать остатки войск. Дракон раскидывал мечников в латах мощными мускулистыми лапами и дышал огнем. Все полыхало. Отовсюду неслись крики. Я решил отвлечь дракона на себя и, собравшись с силами, зажег на ладонях искрящиеся молнии. Одну я метнул в дракона. Она прошлась по его чешуе с характерным звуком и, судя по тому, как он зарычал, ему было больно. Оставив войска, он развернулся в мою сторону. И начал напирать, все на его пути разлеталось в щепки. Я ждал, когда он станет дышать огнем, но он медлил.
Когда он прошелся по расставленным ведрам с водой я быстро пошевелил пальцами и в момент вода, разлившаяся возле его лап, замерзла и стала льдом. Он не мог пошевелиться, и это на некоторое время могло сдержать его, пока Дерек приходит в себя. Тем временем силы мои подходили к концу: я еле переставлял ноги, отступая назад. Дракон попытался высвободить лапы изо льда, но я отвлек его, метнув еще одну молнию, которая прошла по всему его телу, и он завыл от причиненной ему боли. Это так разозлило его, что он разломал лед и начал взмахивать крыльями. Он взлетел, но продержался в воздухе не долго: Дерек вновь опустил его наземь с помощью заклятия. Дракон рухнул на землю и сотряс ее. Некоторое время он пытался подняться хотя бы на ноги, но было поздно. Войска окружили беспомощного дракона, и каждый пронзил его своим клинком. Кровь лужей налилась вокруг безжизненного тела дракона.
Дерек шатаясь, подошел к телу, я помогал ему держаться на ногах. Он взглянул в оранжевый драконий глаз, напоминающий кошачий зрачок, что смотрел на нас. Затем он еле слышно прошептал что-то, и вдруг из мертвого тела, в воздух метнулся сгусток энергии и скрылся в небе. Стражники, окружавшие дракона, наконец, поняли, кто помогал им в схватке со змеем, и зашептались по этому поводу. Но их перешептывания прервал чей-то громкий приятный на слух голос. Они расступились, и к нам вышел мужчина средних лет с длинными оранжево рыжими волосами и бородой. На нем была кираса, поверх которой была надета богато украшенная шуба с меховым воротником. А голову украшал скромный венец с вставкой из небольшого драгоценного камня. Я сразу узнал князя Девлара.
 
Он окинул нас взглядом, более пристально осмотрел еле державшегося на ногах Дерека.
— Ты спас мой город! — заговорил он и протянул руку Дереку. Тот пожал ее и князь продолжил. — Я видел, каким образом ты помог избавиться от дракона, драконий повелитель! — он склонил голову перед Дереком. — Я бесконечно рад, тому, что сам повелитель вступился за мой город!
— Князь, — обратился я к Девлару, — я прошу прощения, что прерываю вас, но нам еще нужно потушить пожар. А повелитель нуждается в отдыхе.
— Стража! — крикнул он, и к нему из толпы вышло несколько человек. — Проводите, повелителя и, как я могу судить, архимага Марета в палаты и разместите их там.
Стражник взял у меня из рук Дерека и, закинув его руку на свое плечо, аккуратно повел его к воротам.
— Я навещу вас позже, архимаг, и мы обо всем поговорим, — добавил князь, когда я последовал за стражником.
В княжьих палатах нас встретил управляющий. Он сопроводил нас в гостевые покои. Я попросил у него необходимые настойки и бинты. Их принесла невысокая девчушка в богатом платье. Она была испугана и, увидев лежащего на кровати Дерека с кровоточащей раной на подбородке, спросила:
— Дядя, а он, что… уми…умирает? — я заметил, что на ее глазах стали наворачиваться слезы.
— Нет, что ты, — ответил я ей и улыбнулся, она немного успокоилась. — Он сильно устал. Вот, дай-ка, — я протянул руку за бинтом и промокнул его в спиртовой настойке. — А это, — указал я ей на рану и стал подносить к ней бинт, — просто царапина.
Я стал протирать рану, и лицо Дерека сморщивалось каждый раз, как я подносил к ране бинт.
Потом девчушка, удостоверившись, что ничего плохого с Дереком не случиться, убежала, а я осмотрел Дерека. Руки, живот и спина были в ссадинах: одни, скорее всего, он заработал от удара хвостом, а другие — от падения после кратковременного полета. Чудом все кости были целы. Наконец, я хотел было отправиться помогать, но меня одолела усталость и, сам не помню как, ненадолго уснул. Проснулся я от того, что рука, на которую я оперся и уснул, съехала с тумбочки, и я ударился об нее головой. Я потер болевшее место рукой и магически снял боль.
Покинув предоставленные нам покои, я спустился в главный зал палат, через которые мы прошли в большой спешке. Главный зал был необычайно красив. На стенах висели коричневые знамена княжества с изображенным на них круглым сивильским щитом с профилем овцебыка на нем. Помимо флагов зал украшало большое количество картин с пейзажами и портретами. Колонны поддерживали высоченные каменные своды зала. Потолки были несколько выше, чем казалось снаружи. Посередине зала тянулся длинный дубовый стол, который готовили к какому-то застолью. Над столом висела большая богато украшенная люстра. Лестница, на которой я стоял, заканчивалась балконом, с которого хорошо был виден весь главный зал. С балкона же шло еще две лестницы, которые оканчивались на помосте, на котором стоял трон князя. Он был мастерски вырезан из дерева и был обшит мягкой, на вид, подстилкой. Подлокотники были выполнены в виде рогатых голов овцебыков.
Слуги под командованием управляющего накрывали на стол. Из боковой комнаты слышался детский смех. Я вышел на улицу. От входа в палаты до лестницы с холма шла длинная галерея. Она была выполнена из дерева и отлично подходила к каменному архитектурному стилю палат. Уже светало. Пожар благополучно потушили, и лишь черный дым поднимался в небо. Невыносимый запах гари все еще витал в округе. Отсюда виднелся весь город: «Великаний холм», второй по величине холм Гамельфорта, где расположились военные постройки; основной город, где до сих пор туда-сюда бегала стража и горожане-погорельцы; виднелись и остатки Пристенья, и тлеющие пожарища и громадный труп дракона.