Повелитель драконов (СИ)
— Да, стало быть, княже-то наш, Рорика послушал и всех от мала до велика, что меч в руках держать могут в небольшое войско то и собрал, сударь, — проговорил купец, отдав мне купленный сверток с мясом.
— Отчего же князю Рорику свои войска не отправить? Зачем собирать всех из приграничных городов и так еле сдерживающих напор Имперских сил? — не понимал я.
— Так, знаете, сударь, что слухи говорят? Нет? А вот, говорят они, что Рорик боится свою дружину посылать на Гамельфорт, чтобы самому перед драконом впросак не попасть, — продолжал торговец. — Потому и собрал войска ото всех ближних к Гамельфорту городов.
— Тю! Брешешь ты! — начал соседний торговец. — Ничего наш князь Рорик не боится! Вы, сударь, не слушайте смутьянов, что веру в нашего Освободителя ослабляют!
— Брешу?! Так от чего твой «Освободитель» сам на Гамельфорт не пошел? А? — прокричал первый торговец, а я начал понемногу отходить от прилавков, чтобы не стать свидетелем намечающейся потасовки.
— Так войско пожалеть нужно! Сколько лет нас защищают, дурья ты башка! — ответил ему криком второй. — Только вот такие нахлебники и могут жаловаться, а сами сидят в своей конуре и палец о палец ударить не хотят ради блага!
— Это я-то нахлебник? Ах, Дерас тебя покарай, я тебе сейчас покажу, какой я нахлебник! — крикнул первый из-за прилавка.
Второй ему что-то ответил и тоже начал выходить ему на встречу, но дальше я ничего не видел и не слышал, я скрылся в переулке и направился к таверне.
Дерек стоял в стойлах рядом с лошадьми. Они были ухожены, и по довольному виду было понятно, что сыты. Наша сбруя весела рядом. Не зря хозяину таверны было отдано два золотых на содержание. Завидев меня, кони заржали, а Дерек обернулся.
— Что там были за крики? — спросил он после.
— Два торговца устроили драку из-за того, что сами не могут понять хорошо или плохо поступает Рорик, — ответил я и, взяв седельные сумки, присел на деревянной скамье рядом.
Мы стали перекладывать поклажу в седельные сумки, затем взнуздали лошадей и вывели их из конюшни. Дерек прицепил свой клинок к седлу, а на спину водрузил лук. Оседлав лошадей, мы посмотрели вдаль, окинули взглядом улочки Ривермарка.
— Готов? — спросил я Дерека.
— Всегда! — усмехнулся он, и мы пришпорили лошадей.
Три недели мы потратили на преодоление пути от Ривермарка до Гамельфорта. Ехали мы лесными тропками и лишь изредка выезжали на тракт, чтобы свериться с правильностью направления. Я опасался ненужной встречи с войском Рорика, хотя никакого вреда они нам принести не могли. Поздней ночью 39-ого числа Солнцеворота мы подъезжали к Гамельфорту. Несмотря на время суток, было светло как днем: Пристенье полыхало. Черный дым от пожарища валил в небо, затмевая свет луны, и скрывался в ночи, где заканчивался свет огня. Запах гари наполнял все кругом. Мы пустили лошадей в галоп.
Могучий город Гамельфорт возвышался на трех холмах. Каменные стены защищали его от любых напастей и помогали держаться ему против дракона, которого пока не было видно. На самом высоком холме стоял необыкновенно красивый княжий дом, его огромный шпиль, казалось, врезался в небо. Ниже на двух других холмах стояли стройные домики жителей. А за стенами, что поднимались и опускались следуя рельефу холмов, расположился район Пристенье.
В нем мы оказались очень скоро. Стража в доспехах, поверх которых была коричневая накидка со знаменем княжества, бегала с ведрами и старалась потушить пожары, лекари и жрецы помогали раненым и на самодельных носилках поднимали их к городским воротам, где скрывались. Я, спешившись, побежал к группе раненых, что, по-видимому, оставались без внимания и лежали в грязи возле стен города. Все еле дышали, кто-то и вовсе был без сознания. Отдельные части их тел покрывали ужасные ожоги и копоть. Я склонился над тем, чье тело было в ожогах везде, куда мог упасть взгляд, и попытался излечить его раны. Свет засиял у меня на ладонях и мягким теплом окутал их. Потом спустился на ожоги и те стали подживать и уменьшаться в размерах до тех пор, пока вовсе не исчезли с тела. Раненый облегченно вздохнул, но в себя так и не пришел.
В этот момент прибежал Дерек и привел с собой лекарей. Они сложили всех кого могли на носилки, других взяли под плечо и повели всех к воротам. А пожар, гуляющий по деревянным зданиям Пристенья, и не думал утихать. Крики боли и страдания, истерический детский плач, вопли стражи — все это наполняло горящий район Гамельфорта.
Дерек не стал ждать, пока ему дадут работу, и побежал к колодцу, что стоял посередине Пристенья. Он стал помогать набирать ведра и отдавал их стражникам и, по-видимому, местным добровольцам, что решили тушить пожар. Я же побежал к полевому госпиталю, что наскоро и неумело соорудили местные лекари. Там я набрал бинтов и необходимых мне настоев и мазей и ринулся обратно в пожарище искать раненых.
В одном из переулков, что еще полыхал и жар от огня обжигал все тело, я нашел стражника, которого привалило балками обрушающегося здания. Он был без сознания. С помощью магии я приподнял балки и откинул их в сторону. В глазах уже стало мутнеть, а голова стала нестерпимо болеть. Подняв стражника, я вместе с ним направился обратно к госпиталю. Сильный запах гари не давал нормально вдохнуть и каждый раз, когда я пытался это сделать, меня настигал кашель.
Стражника я донес до госпиталя, осмотрел и обработал раны и ожоги и наложил повязки. Когда я собирался идти дальше, он закашлялся и вроде как стал приходить в себя. Довольный этим фактом я все же стал собираться. Но стражник схватил меня за руку и прошептал:
— Спасибо! — с усилием выговорил он и закашлялся.
Я нашел кубок с водой и напоил стражника. Потом когда он окончательно пришел в себя, спросил о произошедшем:
— Он налетел неожиданно, — ответил он и вновь закашлялся. — Все люди спали в своих домах, а те вспыхнули как щепки… Многие погибли, так и не поняв что произошло…
— Он разве не нападал ранее? Мы слышали о нападениях три недели назад, — спросил я.
— В дальних деревнях княжества его видели. Три он спалил. Местные стражники не верили в дракона, как и люди при дворе… Когда из спаленных деревень сюда пришли беженцы, их как погорельцев разместили в городе, но никаких мер по защите от дракона принимать не стали… Думали деревни сожгли люди предателя Рорика… А сегодня бестия тут объявилась…
Выслушав стражника, я снова напоил его и оставил на попечение лекарей. Они как раз собирались отправлять новую часть раненых за городские ворота.
В тот момент, когда я выходил из колышущихся на ветру палаток госпиталя, я услышал звуки похожие на взмахи крыльев, за этим последовали шипящие слова, знакомые слуху. Я резко поднял голову и окинул ночное небо, озаренное огнем. Но не успел я ничего заметить, как во все горло кто-то заорал: «Дракон! Он возвращается!» Стали отчетливее слышаться махи его крыльев, и вдруг он начал дышать пламенем, выдавая себя. Люди с воплями разбегались от волны огня. Серая чешуя дракона переливалась в отблесках пламени. На длинной шее расположилась рогатая голова, с зубастой пастью. Огромные крылья с тонкой кожистой перепонкой, натянутой между тонкими костями, держали змея в небе.
Зазвонил набат. За стенами стали слышны шаги латников. Именно в этот момент дракон полетел в нашу сторону. Я приготовился. Дракон, грациозно извиваясь, с грохотом приземлился между полыхающими домами, которые разломал окончательно своим шипастым хвостом. Он прорычал слово на драконьем: «Drad’cuunne» — и в один момент из его пасти в сторону госпиталя полилась струя яркого пламени. Я уперся ногами в землю и прочитал нужное заклятие, сопроводив его несколькими пассами руками и выставил их перед собой. Струя пламени ударилась о руки с силой, но не навредила. От места соприкосновения пламени и ладоней пошла синяя волна, которая куполом накрыла меня вместе с госпиталем. Дракон разозлился: он, дыша пламенем, стал продвигаться ко мне. Сила струи пламени стала сдвигать меня с места. Руки наливались свинцом, колени стали трястись, а на глаза настилалась пелена.