Портальный прорыв (СИ)

— Давайте, давайте Эдуард Валерьевич, поднимайтесь. Вас ждут великие дела.
Андрей вообще вёл себя по отношению к недавнему пленнику на удивление ровно и где-то с оттенками уважения. Даже странно как-то, особенно учитывая тот факт, что буквально вчера принимал активное участие в допросе с пристрастием. Впрочем, он с тем же невозмутимым спокойствием пристрелит своего собеседника, если поступит такой приказ. Профессионал, чего уж там говорить.
Эдик нехотя откинул плед, уселся на диване, глянул на стол.
— Что в пакетах? — без особенного интереса спросил он.
— Обновы. Минимум необходимого на первое время, — всё так же спокойно ответил Андрей. — С размером должны были угадать.
— Обновы? — удивился Эдик и, как был в одних исподних штанах, прошлёпал босыми ногами к столу, там пошуршал целлофаном, обернулся к Андрею: — Вещи мои старые где? Виктор Вениаминович обещали вернуть.
— Вот ему и адресуете свой вопрос в ближайшую встречу, — равнодушно посоветовал тот и, добавив убедительности в голос, попросил: — Не капризничайте Эдуард Валерьевич, приводите себя в порядок и пойдёмте. Кстати, там, в одном из пакетов, мыльно-рыльное: зубная паста, щётка и бритвенные принадлежности.
— Мне бритва без надобности.
Эдик тронул гладкую щёку, добрым словом вспомнив чудодейственный эликсир Аларока, и решил не продолжать спор, дабы не обострять отношений. Достал из коробочки тюбик с пастой, взял яркий блистер с надписью «Колгейт» и отправился совершать утреннее омовение. Полотенце и мыло он ещё вчера там оставил, чтобы постоянно туда-сюда не таскать.
В коридоре за ним увязался Колян. Эдик обречённо вздохнул, но ничего не сказал — увязался и увязался, главное, чтобы в душ за ним не попёрся.
Не попёрся. Хватило ума.
Водные процедуры не затянулись. Эдик с удовольствием почистил зубы, шумно поплескался под тугими обжигающими струями и словно заново народился. От разгорячённого тела исходил заметный парок, по чистой коже стекали хрустальные капли, морозное дыхание освежало пространство на метры вокруг. Сейчас бы ещё в чистое переодеться, и было бы совсем замечательно.
Эдик двумя пальцами поднял замызганные подштанники на уровень глаз. Покрутил. Понюхал. Брезгливо скривился.
— Совсем себя запустил — вздохнул он и без всякого сожаления отбросил их в угол.
Его оправдывало то, что он уже вторую неделю в дороге, но ещё немного и подштанники стали бы насыщенно-жёлтыми спереди, и умеренно-коричневыми сзади, а от запаха начнут дохнуть мухи. Никуда не годится. С этим он обтёрся по-быстрому и пошлёпал в своё обиталище. Голяком. Колян, естественно, следом.
Увидев своего подопечного в наряде Адама, Андрей поперхнулся.
— Ну, Эдуард Валерьевич… у нас здесь всё-таки солидное учреждение, а не стрип-клуб или пенная вечеринка, — попенял он.
Эдик сделал вид, что не слышал и, сверкнув голой задницей, прошёл мимо с независимостью истого лорда. Порылся в пакетах, нашёл трусы-боксеры с камуфляжным принтом. Натянул, с удовольствием щёлкнул широкой резинкой по телу.
«Давно не испытывал настолько приятного ощущения от белья», — подумал он и обернулся к Андрею. — Так нормально?
— Нормально, — проворчал тот. — Одевайтесь быстрее, нас уже ждут.
Быстрее не получилось. Во-первых, Эдик хотел насладиться давно позабытыми ощущениями от тотального шопинга, а во-вторых, его озадачивал выбор. Что надеть, подходящее случаю? И он принялся раскладывать предметы туалета по назначению.
Комплект камуфляжа в городской полицейской цифре, две чёрных футболки и берцы. Это для выхода в поле. Костюмная пара, классическая сорочка в полоску, галстук и туфли. Это для кабинетной работы, скорее всего. Джинсы, рубаха помоднее, футболка поярче, клубный пиджак с замшевыми нашлёпками на локтях, кроссовки и спортивный костюм. Это на все случаи жизни. Ну и запас трусов с носками, их мало никогда не бывает. Это в отдельный пакет.
Немного подумав, Эдик остановил выбор на джинсах и прочем сопутствующем — везде будет к месту, что называется: и в пир, и в мир. Сорвал бирки, хмыкнул, покачав головой — названия брендов ему ничего не сказали, но судя по ценникам, контора на нём решила не экономить. Влез в джинсы, вдел в шлёвки ремень, заправил рубаху. Накинув пиджак, подвигал плечами… вроде не жмёт. Наконец, нацепил кроссовки и прошёлся по комнате. Всё пришлось впору, не давило, не тёрло нигде, хотя ощущения необычные. Отвык от подобной одежды, за время, проведённое в Аркенсейле, но по большому счёту остался доволен. Более чем.
 
— Я готов, — сообщил он Андрею, завершив променад.
Тот не ответил, отвлёкся на телефонный звонок.
— Да, товарищ полковник, через минуту будем, — протараторил он в трубку мобильного и кивком показал на дверь. — Идёмте, Эдуард Валерьевич, вас уже заждались.
В коридоре к ним снова присоединился Колян и последовал сзади, словно безмолвная тень. Ну как безмолвная… Говорить-то он ничего не говорил, но сапогами громыхал, как стадо бизонов.
— Этот постоянно будет за мной ходить? — поморщился Эдик, недовольный обществом не совсем адекватного игромана.
— Все вопросы к Виктору Вениаминовичу, мы как раз пришли, — отделался дежурной фразой Андрей, прошёл чуть вперёд и толкнул дверь кабинета. — Я ещё нужен, товарищ полковник?
— Свободен, — вылетело изнутри.
***
Виктор Вениаминович нервно мерил шагами пол кабинета, распространяя вокруг ауру недовольства. Видимо, всё ещё злился за вчерашнее.
— Почему так долго? — бросил он вместо приветствия, исподлобья зыркнув на Эдика.
— И тебе добрый день, — лучезарно улыбнулся тот, прошёл к приставному столу, с грохотом отодвинул стул и уселся, не спрашивая разрешения. — Ну, чем сегодня займёмся?
При этом он не прекращал улыбаться и смотрел на хозяина кабинета преданными глазами любимой и любящей собаки. Виктора Вениаминовича перекосило от такого нарушения субординации, но он, каким-то чудом, сдержался и перешёл к делу.
— Документы на подпись, твоё служебное удостоверение и аванс, — процедил полковник, сопровождая слова рубящими жестами, показывая что, где и чего.
На столе дожидались своей очереди пластиковая папка-скоросшиватель, прямоугольный бейдж на синей ленте, и банковская карта. Эдик пододвинул к себе бумаги, открыл, пролистал… Трудовой договор, подписка о неразглашении, приказ о зачислении в штат, должностные обязанности, дополнительное соглашение …
«Толстая стопка... Когда только успели?», — Эдик в задумчивости забарабанил пальцами по столу и приступил к изучению.
— Просто подпиши, — раздражённо буркнул полковник и положил рядом ручку. — Документы стандартные, под твои хотелки никто ничего переделывать не станет. Давай не будем зря время терять.
Эдик посмотрел на него с недоверчивым прищуром — а ну как надуришь. Хотя…
На этот раз он задумался крепко.
«Федералы захотят надурить — надурят, как пить дать. В этом деле им равных мало. Я, даже если догадаюсь, помешать не смогу. Тем более что я сейчас — нет никто и звать никак. Но с другой стороны… на текущий момент наши интересы вполне совпадают. И полковник правильно заметил насчёт ресурсов конторы. Грех таким шансом не воспользоваться. Да и потом, с меня сейчас, кроме анализов, брать нечего… Ладно, подмахну, а дальше посмотрим».
Договорившись сам с собой, Эдик взял ручку и принялся выводить личную подпись там, где были проставлены галочки. На мелком шрифте дополнительного соглашения запнулся, душу царапнуло лёгкое беспокойство… Виктор Вениаминович не дал чувству оформиться.
— Чего замер? Не тяни, выходим из графика, — поторопил он, постучав по циферблату наручных часов.
Что за график Эдик не стал уточнять. Поставил последнюю закорючку, отдал папку полковнику и потянул к себе бейдж. На куске заламинированного картона была его фотография три на четыре, цветная. Ниже — Ф. И. О., должность и оттиск гербовой печати.
— Консультант при управлении по Оренбургской области, — прочитал он и, скривившись, продемонстрировал бейдж Виктору Вениаминовичу. — Это что за очумелые ручки? Нормальных корочек не нашлось?