Месть «Синдиката» (ЛП)

— Мы поможем вам найти нашу сестру. — Слава богу! — Но есть… условия.
Вот чёрт.
— Условие первое: вы трое следуете нашим правилам. Пока ты валялся в отключке, Джованни рассказал о проблемах, с которыми вы столкнулись в Сономе, и он будет работать с моим техническим специалистом, чтобы взломать системы. Условие второе: когда мы найдем нашу сестру, если ей понадобится медицинская помощь, мы контролируем, куда она пойдет и какие меры безопасности будут приняты. Условие третье: никаких секретов. Хотите вы трое этого или нет, она узнает об «Обществе «Трезубца». И наконец, условие четвертое: вы клянетесь нам в верности. В зависимости от того, насколько хорошо вы станете сотрудничать и помогать нам во время этой миссии, ваше звание будет либо повышаться, либо понижаться.
Я смотрю на ребят.
— Что скажите?
Деклан отвечает просто:
— Все что угодно для солнышка.
Джованни кивает.
— Уже говорил это раньше. Я сделаю для нее все, что угодно. И прежде чем ты спросишь, я уже поинтересовался, откуда она узнала о нашей песне. Виктор пел детям в детстве. Видимо, у него были причины напевать им это.
Я киваю и снова перевожу взгляд на Константина и Алексея. Встав, протягиваю руку.
— Константин. Алексей. По рукам, джентльмены. Давайте, черт подери, найдем ее.
  
Глава 9
 
Бетани
Десять дней спустя
— Ты уже готова сдаться, принцесса?
Боже мой, его голос чертовски раздражает.
Прошло уже больше недели с тех пор, как этот придурок вцепился в меня своими склизкими руками, и моя решимость потихоньку начинает ослабевать. В день я съедаю, наверное, три куска хлеба и, если повезет, стакан воды. У меня болит голова, желудок постоянно крутит, и у меня совершенно нет энергии из-за минимального сна. Он все время говорит, что как только я соглашусь, то смогу есть и пить по желанию. И все равно…
— Я уже говорила тебе, тупица. Возможно, подумаю, если ты скажешь мне, на что я соглашаюсь. Но твой маленький член все время мешает, так что ответ — иди на хер.
Удар по моему лицу не вызывает особого шока. Он уже много раз давал мне пощечины и бил об стену, когда не получал своего. А вот удар ботинком в живот? Это что-то новенькое и чертовски болезненное. Боль пульсирует в моем теле, я стискиваю зубы и заставляю себя не кричать от боли.
— Ты тупой… — Он начинает говорить, но стук в дверь останавливает Питера. Он быстро выходит и запирает дверь, и я слышу жаркие споры, пока пытаюсь успокоить дыхание.
Я хочу, чтобы мучительные боли прошли, но мозг и тело воюют друг с другом. Мой разум говорит: «Мы проходили через худшее, мы справимся!», в то время как тело возражает: «Я могу функционировать без еды только до того момента, пока не отключусь, идиот». Да, я определенно чувствую разницу с первого дня и до сих пор.
За последнюю неделю мой разум и тело прошли через целую лавину эмоциональных взлетов и падений. Застряв в этой дурацкой комнате, я получила кучу времени, чтобы позволить всему, что заблокировала за эти годы, обрушиться на меня с полной силой. Все ужасные воспоминания о голоде, холоде, страхе, издевательствах и миллионе других вещей продолжают сталкиваться с удивительными моментами, которые пережила с Декланом, Синклером и Джованни, в очередной попытке утянуть меня вниз.
Но каждый раз, когда ужасные воспоминания пытаются победить, я вспоминаю, как упорно боролась и что мне пришлось сделать, чтобы вырваться из этого дерьма. Я продолжаю сражаться и напоминаю себе, что достаточно сильна, чтобы пройти через это. Я пройду через все не только ради себя, но и ради парней. Мы много разговаривали, и со временем они все больше и больше посвящали меня в тот ад, через который им пришлось пройти.
Думаю ли я, что они были полностью честны? Абсолютно нет. Но была ли сама полностью честна с ними? Нет.
Я бы, наверное, лучше слизала грязь с тротуара, прежде чем признаться им, что кого-то убила.
 
Черт возьми. Теперь, когда думаю о парнях, глупые слезы снова решили пролиться. Я чертовски скучаю по ним, но в то же время так на них зла.
Где они, черт возьми, и почему я все еще торчу в этом новом аду?
Если бы не находилась на третьем этаже, где нет ничего, кроме бетонной площадки, которая могла бы остановить мое падение, я бы уже разбила эти чертовы запечатанные окна и спрыгнула бы вниз, чтобы надрать им задницы за то, что они так долго тянули. Потом потребовала бы, чтобы они трахали меня неделю подряд в качестве наказания. Есть плюсы в том, чтобы иметь трех парней. Когда один хорошо трахнет, остаются два других с длинными и толстыми, аппетитными пронзёнными членами, готовыми к работе. Я усмехаюсь про себя при этой мысли. И снова эти божественные ужасные эмоции.
В одну минуту я настроена решительно, как никогда, в другую — плачу, а теперь тихо смеюсь про себя и возбуждаюсь. Мне очень нужно, чтобы они приехали, пока я не сошла с ума.
Я, наконец-то, вернулась на кровать и прислонилась к стене, положив подушку между животом и согнутыми коленями. Вдруг дверь открылась, и вошел Питер. На моем лице нет никаких эмоций, так как знаю, что это только больше его разозлит.
— Что? Вернулся, чтобы избить меня еще раз, так как знаешь, что я не буду заниматься с тобой сексом?
Его пальцы дергаются от желания ударить меня снова, но по какой-то причине он просто засовывает руки в карманы, прежде чем заговорить.
— Я собираюсь дать тебе два варианта.
— Если в одном из них ты умрешь, то я приму его. — Наверное, мне не стоит острить, но не могу удержаться, чтобы не разозлить его.
Он не клюет на наживку, и я сужаю на него глаза.
— Все очень просто, принцесса. Либо ты выходишь за меня замуж, либо мы продаем тебя тому, кто больше заплатит. — Он пожимает плечами, словно выбирая между пиццей и мороженым. — Выбирай.
— Э… что прости?
— Я не собираюсь повторять, Бетани. Я дал тебе выбор, и теперь ты должна принять решение.
Я ошеломлена.
— И ты действительно думаешь, что я решу выйти замуж за тебя, тупица?
— Я гораздо более предпочтительный выбор. Даже несмотря на то, что мы могли бы получить за тебя неплохие деньги, поскольку ты — пропавшая наследница Братвы. Но я бы предпочел иметь тебя в качестве моей покорной маленькой шлюхи, готовой и желающей, когда захочу.
Хотя мне следовало бы задуматься, что он имел в виду, говоря о «пропавшей наследнице Братвы», в моей голове возникают лишь отвратительные образы в роли его жены, когда он таскает меня за собой, как какой-то приз. Он всегда ненавидел мою фигуру и говорил, что мне нужно похудеть. Он также настаивал, что я лучше выгляжу блондинкой и накрашенной. Итак, между всеми его предыдущими заявлениями, когда мы встречались, и его «выбором» сейчас… Перед глазами все темнеет от гнева.
У меня внутри все оборвалось, но я собрала неведомый прилив сил, чтобы соскочить с дрянной кровати и ударить его прямо в лицо. Его голова поворачивается в сторону, и он отступает на дюйм к двери, шок отражается на его лице. Я быстро наношу еще один удар, но Питер блокирует его и сильно бьет в живот. Я сгибаюсь пополам, и он использует это преимущество, чтобы толкнуть меня обратно на пол. Затем садится на меня и обхватывает рукой мою шею.
Это ощущение — воспоминание о той ночи, когда парни спасли меня, но на этот раз я не под действием коктейля.
Мое тело протестует, когда он начинает сжимать горло сильнее и кричать на меня, но я отключаюсь. Знаю, что Питер бросает оскорбления, но остаюсь неподвижной и закрываю глаза, чтобы позволить ему думать, что он победил. Как только он отпускает меня, я борюсь с собой, чтобы не сделать глубокий вдох и досчитать до трех, прежде чем открыть глаза и ударить его коленом прямо в пах. Когда Питер падает рядом со мной и начинает отплевываться, я быстро пытаюсь добраться до двери. Мне удается открыть дверь, но ее блокируют три огромных охранника.