Закогтить феникса (СИ)

—  Как алхимик, я считаю их путь тупиковым. Даже разлитая вокруг ци не является идеально чистой и содержит примеси. К счастью, чуждого в естественной ци настолько мало, что нет необходимости беспокоиться, но когда культиваторы поглощают ци из растений или минералов, они должны быть предельно осторожны и помнить о сочетаемости. Одно из важнейших искусств алхимии —  это искусство очищения. Пожиратели быстро накапливают силу, но сила остаётся чужой и размывает их изнутри. Любого пожирателя ждёт неизбежный жалкий конец. Почему госпожа ЮНи хотела, чтобы я сказал то, что госпожа знает лучше этого скромного старика?
—  Хотя пожиратели быстро находят смерть, пока они живы, они исключительно опасны, ведь, не задумываясь о сочетаемости, они надуваются от переизбытка энергии как мыльные пузыри. Иными словами, они сильнее совершенствующихся, идущих праведным путём и могут быть серьёзной угрозой. Разве клан Лю не желал бы избавиться от раздражающих пиявок?
—  Госпожа?
—  Я прибыла сегодня не только передать пилюли, но и сообщить, что скоро гнилое дерево будет выкорчевано. Клан Лю желает присоединиться к его высочеству принцу Юань? Я знаю, что клан Лю амбициям предпочитает деньги, но также знаю, что богатства любят крепкие отношения с надёжными друзьями.
—  Госпожа ЮНи, говорите ли вы от имени принца Юаня?
Я вынимаю из рукава пайцзу и заставляю феникса расправить крылья.
—  Его высочество… настолько вам доверяет? Госпожа ЮНи, вы верно заметили, что клан Лю не имеет амбиций, но всё же правильнее сказать, что мы не имеем мелочных амбиций. Правильно ли я понимаю, что вскоре пилюли исключительной чистоты станут обыденностью? Девушка А-Жун не единственная ваша ученица.
—  Расстановка сил скоро изменится, —  соглашаюсь я. —  Теневики принца Юаня удивляют, верно? Недавно они начали принимать мои пилюли. Со временем Дом Огня также достигнет высот. Для многих моих учеников исчезнет необходимость оставаться подле меня, и они создадут свои семьи, кто-то отправится на государственную службу…
Фактически я собираюсь взрастить преданных нам людей, способных естественным образом мягко выдавить из власти нынешних влиятельных чиновников. Министр Сян и прочая шайка постепенно лишатся своего влияния, отойдут от дел и станут обычными подданными, пусть и богатыми. Семейный бизнес —  вот их удел.
Если клан Лю к нам не присоединится, то тоже пострадает. Не потому что кто-то из нас будет вредить им нарочно, просто не выдержат честной конкуренции: кто купит плохую пилюлю, когда хорошая даже дешевле?
Уверена, господин МоРо уже не только беседовал со старейшинами клана, но и принял решение —  я ведь ничего нового не раскрываю, самые проницательные ещё несколько лет назад поняли, что принц Юань готовит на трон сестру. Со своими пилюлями я лишь удачно вписалась в существующий расклад.
Поэтому ответ я получаю ожидаемо быстрый:
—  Клан Лю прислушается к совету госпожи Шан в надежде приобщиться к её мудрости.
За красивыми словами скрывается вполне прагматичное предложение: клан Лю станет частью нашей фракции в обмен на свою долю пирога. Они хотят мои рецепты и техники.
Именно за этим я и шла.
—  Я была бы рада взять ученика из клана Лю, —  у меня есть техники и рецепты, которыми поделиться не жалко.
—  Госпожа ЮНи, я отдам пару распоряжений. Прошу меня извинить.
Я благосклонно киваю.
По моему знаку ЮЖун наполняет пиалу, и я улавливаю тонкий аромат жасмина. Я успеваю сделать всего пару глотков, когда господин МоРо возвращается. На языке тает лёгкая чайная горчинка.
Господин МоРо тоже берёт пиалу и заводит отвлечённый разговор о сортах. Я больше пью, чем говорю и между делом отщипываю с кисточки самые крупные виноградины. Господин МоРо замечает и тут же приказывает слугам послать виноград во дворец Юань. Я благодарю за заботу. ЮЖун понятливо моргает —  она проследит, чтобы дворец послал ответный подарок. Я же, хотя пайцзе снова скрыта в рукаве, от имени РенШена приглашаю господина МоРо.
Какое счастье, что РенШен избавился от трона и скинул его на сестру! В будущем я буду избавлена от необходимости быть дипломатичной и вежливой. Не важно, что господин МоРо приятный собеседник. Почему я должна тратить время на чай? Я могла бы медитировать или вернуться к боевым тренировкам, моё тело и духовные основы достаточно восстановились, чтобы заняться собой всерьёз.
 
Проходит около одной благовонной палочки, дверь открывается и слуга вносит искусно инкрустированный тубус. Господи МоРо забирает его у слуги и лично передаёт мне:
—  Госпожа ЮНи, здесь всё, что клану Лю известно о пожирателях, за исключением одного сообщения, которое я передам вам на словах.
—  Да?
—  Нам стало известно, что пожиратели тоже поняли опасность грядущих изменений. Они уверены, что наибольшую угрозу для них представляет дворец Юань и Дом Огня, по счастливому для них стечению обстоятельств, делящих одну территорию. Пожиратели собирают все доступные им силы для решительного сражения. Понимаете? На самом деле не будет длительного противостояния, победитель станет известен до завтрашнего утра, а проигравшая сторона будет уничтожена. Будьте осторожны, госпожа ЮНи, пожиратели умеют удивлять.
—  Я тоже умею.
Глава 56
Ехать во дворец Юань или быть послушной девочкой и вернуться к ЯнСи —  тень сомнений исчезает. Спешно попрощавшись с господином МоРо, я спешу к мужу. К мужу?! Когда это мой образ мыслей так переменился?! Не важно!
Я забираюсь в экипаж и через ЮЖун передаю приказ поворачивать в резиденцию РенШена.
—  Да, именно так и распорядился его высочество, —  соглашается возница. РенШен так хорошо меня знает… 
Хотя я по-прежнему не считаю пожирателей опасными для себя или РенШена, я боюсь, что многие наши люди могут пострадать или даже погибнуть.
Они осмелятся напасть открыто?
Надеюсь, РенШен развернул достаточно массивов.
—  Ты не должна высовываться и лезть в драку. Не пренебрегай собой.
—  Ученица понимает.
—  Надеюсь.
Поездка до дворца Юань занимает меньше времени, чем от императорского дворца до аукционного дома, но всё равно я успеваю потерять контроль над эмоциями, хвост вырывается из-под подола и… буйствует в такт эмоциям.
Я честно пытаюсь поймать его руками и усмирить.
Раньше я была лисицей, и мне просто не требовалось контролировать хвост! В прошлом я бы стегала всех окружающих, кто сунулся ко мне слишком близко, ибо сами дураки к взбешённой личе лезть. Но сейчас-то всё иначе.
Я кручусь, мех выскальзывает из пальцев. Собственный хвост будто издевается надо мной. А ЮЖун таращится, глаза круглые как солнышки.
—  Что? —  я раздражённо бросаю идиотские попытки. На ум приходит воспоминание о щенке, радостно гонявшимся за самим собой. Разве я сейчас была не его копия? Ар-р-р.
—  Н-ничего, учитель.
А то я слепая! Не вижу, как её глаза двигаются вправо-влево, вслед за кисточкой моего хвоста. И пальцы скрючены в хватательном жесте.
—  Нравится? —  неожиданно для самой себя спрашиваю я.
—  Да-а-а…
Серьёзно?
И что мне с её эти “да” делать?
Раздражение утихло.
Фыркнув, я оборачиваюсь, выпрыгиваю из платьев и приземляюсь к ЮЖун на колени. Девушка ахает. Я тыкаюсь носом ей в ладонь и принимаюсь топтаться по ногам. Сначала робко, а потом уверенно, ЮЖун запускает пальцы в мой мех, чешет за ухом. Её движения очень отличаются от движений РенШена. ЮЖун вроде бы нежнее, но РенШен не только приятнее, но и увереннее. ЮЖун скорее поглаживает, а он по-настоящему зарывается пальцами в мех.
Ур-р.
Я сворачиваюсь клубком. Пожалуй, надо почаще менять ипостась, истинный облик действует на меня благотворно.
Лишь когда экипаж останавливается, я возвращаю человеческий облик, буквально запрыгиваю обратно в платье, обращаюсь. Навык остался с прошлой жизни, не подвёл. Мне остаётся только чуть-чуть поправить платье и прикрыть лисьи уши шляпой, а лицо —  вуалью.