Тараканьи бега (СИ)

— У нас знак вежливости — пропускать дам вперёд.
— Забавно. У вас, наверное, очень безопасный мир. Здесь впереди идёт хозяин, показывая, что бояться нечего.
— Извини, — пожал плечами я.
— Как легко ты извиняешься перед женщинами, — качнула головой эльфийка.
Мне осталось только ещё раз пожать плечами. Кажется, у них всё ещё длится «Man's Man's Man's World»… Хотя в России он не прекращался тоже. Разве что обиходной вежливости стало больше.
В камере с личинками она поначалу брезгливо поджала губки, скосила на меня глаза: «Это ты про это “мясо” упоминал?», но оглядела всё внимательно, особенно, когда наткнулась взглядом на вросшие в древо фигуры женщин. Аккуратно ступая, стараясь не наступить на серебристую корочку подсохшей слизи, подошла к одной, пригладила её плечи руками. Постояла, оглянулась, вздохнула, и опять же очень осторожно подошла к следующей и опять… Впрочем, на этот раз она коснулась щёк. Потом опять, опять.
Я не стал мешать, надоедать, идти следом, что-то указывать, объяснять. Пусть делает, что хочет. Тем более, что личинок и то, что вокруг них, она оглядела тоже. Рейнджер же. Ей, и без слов, всё должно быть, ясно. Я подождал её у перехода в нижний зал. Думал, она всё-таки что-то спросит — нет.
Да, слов ей было не надо: Катли её не удивила. Она обогнула меня, спустилась, подошла к древу, встала перед Катли на колени… Поднялась, повернулась ко мне:
— Я ночую здесь.
Подошла. В руках у неё появился полотняная сумка. И женщина поочередно начала показывать мне:
— Хлеб. Вяленое мясо, овощи, свежие фрукты. Вода есть?
— Да.
— До утра хватит?
— Да. А у тебя? Потому что, вон то… — и показал на мерно падающие капли.
— Помню. У меня воды в достатке тоже, — и она внимательно на меня посмотрела: — Ты продолжаешь удивлять. Это о тебе было оповещение? Про улыбку Катли?
Я кивнул.
— Ладно, потом поговорим. Сейчас ты уходишь и раньше, восьми завтрашнего утра здесь не появляешься. И ранее семи утра наружу носу не кажешь!
— Э! Это вообще-то моё дерево!
Я здесь хозяин! Она явно хотело ответить что-то достаточно резкое, но укротила себя.
— Твоё. И я почтительно прошу дать мне уединение на сегодняшнюю ночь. И почтительно прошу не испортить всё, высунувшись раньше времени прямо на затаившуюся летягу!
— Не испорчу, — хмыкнул я, повернулся и пошёл наверх.
Как ни странно, она пошла следом. И стоило мне выйти в зал с личинками, я понял, зачем: дверь за мною захлопнулась.
«— Эх, а мы затвора не увидели.
«— Да у неё опыта больше. Рейнджер! Куда смотреть — знает, что искать — знает.
«— Но ты её, хозяин впечатлил!
«— Интересно будет взглянуть на неё завтра. Точнее — не на неё, а…
«— Ага, сменит она свой балахон или нет?
«— Так сказать, для совместной утренней трапезы. Ради чего-нибудь вроде чайной церемонии.
«— Ну, да! Как можно “чайную церемонию” проводить не в облегающем платье с вот такенным вырезом!
Всё! — прервал я женский трёп. — Сколько мне до окончания действия напитка слёз?
«— Я слежу. Ещё семь минут. Только, господин. Посмотрите на сумочку, обратите внимание на вышивку.
Да, рисунок не был ярким, но глаза радовал.
«— Вот, давайте и мы порадуем глаза Катли. Мне показалось или в сумочке есть что-то вроде скатёрки?
Ей не показалось. Я поднялся совсем наверх, тоже закрыл двери на нижние этажи, запахи, тянущиеся от гор мяса, отсекло, а оставшееся постепенно рассеялось. Правда, поначалу несколько давили на психику дребезжащее повизгивание летяг, но и к нему я со временем пообвыкся.
И взялся за сервировку. Пара моих земных девиц — та актриса, к примеру, считали себя интеллигентными и умели морщить носы, когда на шашлыках на природе всё близко к природному и происходило. Кстати, обе люто ненавидели одноразовую посуду. Причем, вторая, которая не из театра, так та ещё ненавидела посуду мыть. Догадываетесь, на кого она это дело спихивала? Так что, не смотря на её четвёртый размер, долго она со мною не продержалась.
А вот другая… Во-первых, никогда не забывала артистично посудой восхититься, во-вторых, ночью побаловать уже меня, а в-третьих, утром принять деятельное участие в уборке… Жаль всё-таки, что она меня бросила. Нет, тут тоже — разыграно было так, что это я как бы от неё ушёл, но, когда заскучал, поговорил с её подругой — той ещё ехидиной! — и она мне всё по полочкам разложила.
 
Ладно… Это я к тому, что помимо скатёрки, нашлись ещё и столовые приборы. Три разные вилки, скажем — это вам не хухры-мухры!
Я выложил всё и потребовал: подсказывайте!
«— Господин! — изумилась японка: — Можем!
Оказывается, их через канал эльфийки пустили на ещё один сервер, то есть открыли доступ к местной библиотеке, и они, пошарившись в ней, растолковали мне, как эти вилки-ножи расположить на столе, (на скатерти) и которой из них, можно подцепить фрукт (почти банан), каким — разрезать овощ (пареная репа, только чуть с кислинкой), и как разделать этот вид вяленого мяса. Там надо ножом (с черной ручкой) сделать надрез в ломтике мяса в торце, а потом, помогая узкой двузубой (мясной) вилкой, отделив волоконце, намотать его на вилку словно спагетти.
Ел я, не спеша, но паузы делать приходилось — девчонки искали соответствующий пункт застольного этикета. Напоследок я с них потребовал, чтоб за ночь они его насквозь проштудировали. Уж больно не хотелось припозориться перед эльфийкой.
«— Да, может случиться, что она не из простой семьи.
«— “Может”! Может, уже случилось! Тут, конечно, темно, но вот тот бугорок на всех вилках ничего никому не напоминает?
Я встал, подошел поближе к лохмоту светящегося мха, присмотрелся… Да, на всех приборах, в одном и том же месте имелось нечто вроде дубового листка.
«— А скатёрка?
И на скатёрке — он же.
Без подсказки оглядел сумку. Металлический дубовый листочек нашёлся на застежке внутреннего кармана.
М-да. Что-то мне подсказывало, что, если у этого “рейнджера” имеется носовой платок, то и на нём тоже дубовый листок вышит. Крестиком.
«— Скорее гладью, господин.
Что этот дубовый лист — герб догадываюсь. Чей?
«— Хозяин, это не дуб, однозначно. Ну, и тут библиотека небогатая… Больше по местным делам. По эльфийским родам информации нет. А куда ещё — так у нас с нею низший уровень прозрачности! — больше никуда.
«— Господин, надо инициировать уровень. Может, тогда сможем прорваться повыше не через неё, а напрямую.
А уровень-то я добил?
«— 15*40 эксп/2 =300 эксп, господин. А нам не хватало только 50.
«— О, мы почти половину следующего должны сделать! Конечно, если эта аристократка нас не кинула.
«— Вот, давайте и проверим.
«— И, если что — утром с неё спросим!
До утра ещё дожить надо. Я вспомнил, как прошлый раз очнулся едва ли не вниз головой, так что лёг, подложил под голову свой мешок, повозился, устроился поудобнее… Ну…
Давай!
И мне дали! Саму мутацию пережил спокойней, чем прошлый раз, правда по внутренним ощущениям — дольше, гораздо дольше! зато потом… Како-о-ой ка-а-айф!..
И меня из него насильно вырвали. Э, три минуты обещали! Что за дела?!..
«— Алексей, это я!
Загрыз бы!
«— Извини, срочное сообщение. Еле придумал, куда вклиниться. Твоя спутница — из очень непростой семьи. Проблемы у неё тоже непростые. Но об этом не буду. И некогда, и нельзя. Но знал бы ты, какие ставки на тебя пошли! Что срочно — это про твои самоделки. Оценил? — моя подмога. Но, чтоб эльфийка или ещё кто догадались о внешней поддержке, ни тебе, ни мне не надобно. Достанет — намекай на Катли. Впрямую не ври — она, да вся её семья тоже, неправду нутром чуют. А Катли ты впечатлил — по такой мелочи прикроет. Всё, кайфуй дальше!
Ка-а-йф…
Жаль недолгий… Как водой окатило — раз и отрезано.
Потом минут пятнадцать приходил в себя. Только секунды на таймере менялись, да мигала рядом с ним красная звёздочка.