В тени Алтополиса (СИ)
- Ну эти твои «великий князь и компания». Тайное общество за закрытыми дверьми, свечи, чтение вслух книг… прости, но это больше тянет на развод.
- И какой в этом смысл?
- Ну ты же сам рассказывал, что теперь работаешь на малажцев. Аж на самого Лукича – смотрящего за целым районом. А это значит через тебя можно получить доступ к сверхсекретной информации.
Мне показалось или в голосе девушки прозвучала ирония. Нет, не показалось, вон и лукавая искорка промелькнула в глазах. Эх, знала бы она, насколько близка к истине. Ткнув пальцем, угодила в самое яблочко. Имелся уже один охотник до тайн - ловкий стригун. Вот только неслышно его в последнее время, запропастился куда-то.
- Нет, это не аферисты, - уверенно заявил я. – Зачем разыгрывать сложную комбинацию, если существуют более простые пути. Да и не они ко мне пришли, я к ним.
- Угодил на тайную вечерю с великим князем во главе стола, - рассмеялась девушка. – Позволь спросить, что же они читали: Новый Завет, Жорж Санд или о ужас, запрещенного к изданию Герцена?
- Не скажу, - пробурчал я.
- Не скажешь, потому что не знаешь или потому что обиделся? - Арина состроила озабоченную мордашку. До того потешно получившуюся, что я с трудом сдержался, чтобы не улыбнуться в ответ.
- Не скажу, потому что без понятия.
- Хмм, полусумрак… свечи, - девушка сделала вид что задумалась. - Погоди, а может они вызывали красного беса революции. Точно – беса! Ведь не зря же в народе говорят, что они с нечистой силой знаются… Эй, кавалер, ты куда это собрался?
- Приду, когда будешь настроена на серьезный разговор, - бросил я через плечо.
- Ну хорошо-хорошо, я сдаюсь, - Арина задрала вверх руки, такие же худые и тонкие, как и она сама, - клянусь больше не шутить по данному поводу.
- Свежо предание, - проворчал я больше для порядка. Уж очень не хотелось уходить из уютной квартиры. Не портила общую картину даже разобранная постель, с которой поднял девушку – вон, до сих пор продолжает зевать, хотя до того и выпила кружку крепко заваренного чаю.
- Ну? Чего уставился, кавалер?
- Ты вредная.
- Да, я могу быть вредной, - призналась хозяйка, - но и ты пойми правильно. Заявился весь такой красивый посреди дня, разбудил бедную девушку, навел шороха: тайное сообщество, великий князь… Знаешь, сколько в истории России было самозванцев, одних только Петров Третьих с десяток наберется. А уж Лжедмитриев…
- Товарищ Ортега не такой. Он ни на что не претендует, наоборот сам предложил.
- Да-да, я уже слышала про место в Академии, - наигранно скучным голосом произнесла девушка, - а чего еще он обещал?
- Не он, а доктор.
- Ах да я забыла, был же еще доктор в ресторане. Напомни, как называлось сие заведение?
- Лячебича… или лячибичита, - я потер лоб, пытаясь напрячь память. – Блин, да не помню. Оно еще на Калюжке углом стоит, на входе лестница с ковром и швейцар имеется.
- Может «Ля шабишу»?
- Может и так, - не стал я спорить, – паштет гусиный у них и вправду отменный. Только на хлеб его почему-то не мажут, едят прямо так - с зеленью, и вприкуску с кислючим соусом.
- И бокалом Шардоне, - непонятно отчего вздохнула моя собеседница.
- Не-е, бокалов не было… Мы пили сладкий чай из фарфоровых чашек, а после доктор карточку всучил, - я извлек из кармана красивую визитку и не без гордости положил на стол. – Сказал, ежели надумаю сотрудничать, чтобы позвонил, но обязательно до декабря, иначе потом поздно будет.
- Надо же, похоже на настоящую, - девушка покрутила в руках визитку, - качество материала, золотое теснение… Аполлинарий Андреевич Стоцкий - ведущий специалист по челюстно-лицевой хирургии клиники Святого Пантейлемона… Х-м-м, мне кажется, или так называется одна из больниц в центре горда?
Я сроду не ходил в лекарни, потому и промолчал.
- Не возражаешь, если я оставлю визитку у себя. Хочу проверить кое-какую информацию.
- Да без проблем, - пожал я плечами. Пятизначный номер запомнился, а большего и не требовалось.
- Теперь по поводу твоей просьбы, - Арина на секунду замялась. Неужели кусок картона пошатнул уверенность девушки в том, что все случившееся афера или глупый розыгрыш? Похоже на то, иначе не стала бы она хмурить тонкие брови и отбивать дробь по столешнице острыми ноготками. – Предлагаю встретиться через неделю. Надеюсь, что к тому времени мне удастся раздобыть кое какую информацию. И если доктор действительно существует…
- … значит я оказался прав, - продолжил я за девушку. Рассчитывал получить ответную улыбку, но Арина нахмурилась только сильнее.
- Это лишь будет значить, что некоторым важным господам из верхнего города зачем-то понадобился ребенок.
- Я не…
- Помолчи!
- Но я не…
- Помолчи, я сказала! Или напомнить, сколько детей пропадает каждый год? Не все они тонут в озере или убегают играть в степь. Бывают случаи и похуже.
- Что я, девка какая, чтобы меня насильничать, - попытался я перевести все в шутку и снова неудачно. Настолько, что Арина чуть ли не силком выперла меня за дверь, строго наказав явиться через неделю, а до той поры никому не звонить, с подозрительными господами по ресторанам не шляться и вообще, вести себя тише воды, ниже травы. Будто я до этого только и делал, что шумел, да столовался по дорогим заведениям.
Целую неделю я не покидал пределы внутреннего двора. Не из-за слов Арины, не из-за опасения быть убитым или похищенным, вовсе нет… Другая причина держала меня.
Привел Лукич для моего обучения молодого казачка – Дмитрия, стало быть Митьку. Правда последний на простонародное обращение обижался. Требовал величать себя на «вы» и непременно мастером. Ну надо же, какие мы важные. У самого вместо усов цыплячий пушок, а требований вывалил целый вагон и маленькую тележку: от драки не убегать, палку в руки не брать, песком и камешками не бросаться, в низ живота не бить. Взял и лишил за раз всех козырей, а других в запасе не имелось. Трудно на равных драться с противником, который мало того, что старше, так еще и обучен хитрым приемам. Как он меня только не кидал: и через плечо, и через бедро, и закрутив волчком на месте. А один раз, упершись ногой в живот, перебросил через себя, запустив в долгий полет. О многом успелось подумать в те секунды, что находился в воздухе, в том числе и нафига все это нужно? В пушечное мясо хотите превратить для будущих бандитских разборок? А вот хрен вам – сбегу. Не к социалистам, так за Южные ворота. Сооружу лежанку в заброшенном гараже и как-нибудь перезимую. Не пугала меня перспектива остаться без крыши над головой, чай не в первой. Куда хуже виделось будущее, состоящее из сплошной череды тренировок.
Укатал меня мастер Митька, что сивку крутые горки. К концу недели я не только с постели вставал с превеликим трудом, но и конечностями шевелил еле-еле. На какой бок не повернусь – всё больно. Не осталось на теле живого места: всюду синяки, да ссадины. А этот мастер, растудыть его в качели, заявлялся чуть ли не каждый божий день. Ходил к нам в дом, как на церковную службу, и гонял, гонял, гонял…
Никакими увещеваниями его было не пронять, никакими жалобами. Дождик крапает на улице – обсохнешь, грязи во дворе по уши – отмоешься, рука болит – пройдет. Все у мастера Дмитрия было легко и просто.
Кажись, никогда в жизни так не изматывался. Ходил по дому живым мертвецом: не думал, не мечтал и ел только потому, что должен, не чувствуя вкуса. До раскладушки добирался, чтобы упасть и тут же заснуть. Даже забывал в туалет сходить. Просыпался посреди ночи с готовым взорваться от напряжения мочевым пузырем. Ох и тяжко мне было… тяжко.
Когда пришла пора идти к Арине, подумалось: «а может ну его»? Может лучше остаться дома и прикорнуть? Тем более что небо за окном снова заволокли свинцовые тучи, и принялся накрапывать противный дождик. Идти не хотелось, но я все же собрал остатки раскисшей воли в кулак. Накинул куртку на плечи и выбрался наружу или вернее будет сказать – выполз, а потом долго хромал по родным улицам поселка, припадая то на левую ногу, то на правую, до конца так и не определившись, какая больше болит. Раньше прошел бы это расстояние не задумываясь, а сейчас каждый поворот, каждый новый проулок отдавался ноющей болью.