Каменное сердце (СИ)
-Могильная Плита! — выкрикнула Тяньша, пытаясь спастись. Она понимала, что, наверное, это никак не подействует, но стоять и просто смотреть она не могла. А следом за Плитой кинула Кубик Алчущей Тьмы, все оставшиеся!
Могильная Плита даже не появилась. Истинная сила ушла в технику, но потом была просто сдута той мощью, что излучала паучиха. А Кубики ударились об хитиновый панцирь, свалились на камень и рассыпались пылью. Дождь Персиковых Лепестков, полетевший следом, просто не образовался, как и Плита. Неравенство в силах было слишком чудовищным.
-Ну как? Не получилось? — насмешливо спросила Акавиш и схватила Тяньшу передними лапами, но аккуратно, чтоб не убить.
— Акавиш, не надо! Давай забудем бывшие разногласия! — кинулся к девочкам Артайус, дрожа от ужаса. — Ну позволил я себе парочку шуток раньше, ну и что такого? Будь милостивой!
-А убитых моих детей тоже забыть? Ну неееет! Раз виноваты — то отвечайте! — чёрное тело поднялось на вытянутых лапах, а тело паучихи скрючилось. — Раз ты убивала моих детей, человеческая самка, то теперь вырасти для меня новых!
Из брюха высунулся небольшой, с полметра, острый шип и с размаху воткнулся в живот Тяньши. Она с ужасом посмотрела на себя и увидела, как он доходит до его Духовного Ядра, кончик раскрывается — и на Ядре появляется небольшое паучье яйцо. Зародыш в нём сразу же подключился к Ядру через корень и стал высасывать истинную сущность, питая себя.
-Мой ребёнок будет пожирать тебя изнутри. И чем сильнее ты будешь становиться — тем быстрее он будет расти! А потом он вылупится, пожрёт всю тебя и станет повелителем пауков твоего мира! — радостно проворковала Акавиш, с умилением глядя на Тяньшу. — А теперь — пошли вон отсюда!
Она взмахнула своей лапой-серпом, разрывая саму реальность, и выкинула Тяньшу с Артайусом в этот разрыв.
Глава 17. Неожиданность.
-Это ты виноват, проклятый волосолюб!
-Я?! Чего это?!
-Если бы ты её не высмеивал за лысость, то она бы не была такой жестокой!
-А что я такого сделал-то? Ну нет у неё шерсти, я просто это и сказал! Что, уже и сказать нельзя?!
-Нельзя! Видишь, что из этого вышло?!
-Да ты сама виновата!
-Как ты смеешь такое говорить, хомык-переросток?! Это ты её выбесил!
-А сегодня — ты! Кто канючил «Я тааааак пугааалась в своей каморке пауков, тааааак пугааалась» и побежал терроризировать местный выводок?! А?! Я, что ли?!
-У меня детская травма!
-И мозги, наверное, тоже!
-Хомяк придурошный!
-Сама дура!
Тяньша и Артайус разошлись в разные стороны и сели, повернувшись спинами друг к другу. Впрочем, долго это не продлилась — обвинения были просто попыткой «сбросить» напряжение, а не действительными отношениями.
-Эй, Артайус. А кто она? Ну, Акавиш эта твоя.
-Богиня Ночных пауков. Она появилась уже после меня, ну в смысле, я был старше и сильнее её.
-Почему именно ночных? А у дневных тоже есть своя богиня?
-Есть.
-Блин. — девушка пнула камень, возле которого сидела, и невидящим взглядом посмотрела вокруг. — И что теперь делать?
Дыра в пространстве, через которую их выкинула паучиха, привёл их к гряде невысоких каменистых холмов, оплывших, древних. Никаких гор не было видно, так что они явно далековато от леса с пауками. Даже было неизвестно, остались ли они в Мистической области или их закинуло наружу. Или вообще в другой мир.
-Что делать? В смысле — с богиней дневных пауков? — удивлённо обернулся медведь.
-Нет! С… с яйцом этим! Мне страшно… — Тяньша обхватила плечи руками, будто ей стало зябко.
-Ладно, давай сначала посмотрим, что там с ним. Рана от жала на животе большая? — Артайус вскочил и подбежал к хозяйке.
-А её вообще нет! Вот, сам посмотри. — Тяньша задрала одежду, показывая свой целые и здоровый живот.
-Хм, видимо, жало было нематериальным. — с видом знатока жал вынес вердикт Артайус. — Покажи, как он выглядит на твоём Ядре.
Тяньша взяла медведя за бока, посадила себе на колени и накрыла его глаза своими ладонями. Сама она закрыла глаза и обратилась внутренним зрением к своему Ядру, а через ладони видел это и Артайус.
Ядро из пяти вписанных друг в друга кубов было геометрически правильно и гармонично, но на верху внешнего куба появилось то, чего раньше там не было — маленький белый кокон, похожий на замотанное невесомой тканью зёрнышко риса. Небольшая пуповина от этого кокона уходила вглубь Ядра, пронзая все пять кубов до самого их центра.
-Мда. — Прокомментировал медведь это зрелище. — Истинной сущности много забирает?
-Около двадцати процентов сейчас. — с грустью пробормотала Тяньша. –Ты сможешь его убрать?
-Сейчас? Точно нет. Мне с Акавиш пока что вообще никак не тягаться. А ну, попробуй его ещё сильнее Ци накормить! Вдруг он лопнет?
-Ладно.
Тяньша стала дышать техникой Девяти Воплощений Ледяного Феникса, накачивая меридианы и Ядро энергией Ци, потом взяла почти половину Ци в ядре и мощным потоком отправила её в яйцо, загрузив всё буквально за секунду. Девушка с медведем напрягли внутреннее зрение, изо всех сил наблюдая за изменениями. Но минута проходила за минутой, а кокон также неподвижно сидел на Ядре и тянул Ци через пуповину.
-Да он сожрал всё и не подавился! Тварь поганая! — Тяньша в ярости заскрежетала зубами.
-Эй-эй, полегче! Ты мне так глаза вырвешь! — медведь постучал лапками по яростно скрюченным пальцам хозяйки. — Ну ладно, этот способ явно не подходит! Надо придумать ещё какой-то!
-Ну так придумай и избавь меня от этой сволочи! Ты ж бог!
-Угу, как злая — так я «хомяк придурошный», а как я нужен — так «ты ж бог».
-Что ты там бормочешь?! — медведь был встряхнут несколько раз, как погремушка.
-Ничего-ничего! Этот способ, видимо, неэффективен! Надо что-то ещё придумать.
Некоторое время они сидели и думали, глядя на кокон. Вокруг бурлила жизнь, птицы свистели и щёлкали в кустах, облепивших склоны холмов, кто-то с фырканьем лазил там же, шурша листьями, а лёгкий ветер порхал в высоте неба. Но мысли никак не шли в обе головы.
-Ничего не могу приду мать. — жалобно пискнула Тяньша.
-Угу. Мне тоже ничего в голову не приходит. Со мной такого раньше никогда не случалось!
-И что тогда делать?
-Что делать, что делать… Давай жить дальше. Может, потом найдём способ — пороемся в архивах этой секты Купающейся Цапли, может, там что-то есть. Или появится какое-нибудь сокровище, которое поможет. Мало ли.
-Не очень как-то надёжный план. — скривилась девушка.
-У тебя есть получше? Нет? Тогда не ной! Лучше становись сильнее — тогда я тоже верну свои силы, а я всё-таки бог! С божественной-то силой я смогу побороть это проклятье!
-Ладно. — девушка пару раз погладила медведя, с улыбкой доброй бабушки, которой внук рассказывает глупости «вот вырасту — и стану самым сильным!». — Куда это твоя приятельница нас закинула? Мы ещё в Мистической области?
-Да. — с шумом понюхав воздух, объявил Артайус. — Пространство то же.
-Тогда пошли искать других учеников. Видишь, талисман загорелся! — Тяньша подняла руку, на которой висела крохотная, с ноготь, нефритовая табличка на шнурке, а в ней светилась зелёная стрелочка. — Кто-то поблизости включил маяк.
Девушка поднялась, отряхнулась и зашагала в ту сторону, куда указывала стрелка на талисмане. Она не воспользовалась своим летающим артефактом — ей хотелось пережить последние события, чтоб река времени смыла их в прошлое, сгладить остроту страха и отчаяния. Она уже почти забыла то ощущение, которое испытывала в детстве, когда ничего не может поделать со своей судьбой. А тут ей снова напомнили, да ещё и таким способом. Ей даже казалось, что её живот горит в том месте, где располагался паучий кокон, горит тяжелым и злым огнём, будто кусок раскалённой лавы. Хотя она и понимала, что это просто воображение.
Постепенно местность преображалась. Россыпь каменистых холмов перешла в широкую, прям до горизонта, степь с зелёной травой, на которой росли редкие деревья с большими раскидистыми кронами. Местность была весьма оживлённая — небольшие стада четырёхрогих коров меланхолично пались, отгоняя хвостами насекомых, иногда в траве можно было заметить какого-то хищника, следящего, не отбился ли кто от стада. На Тяньшу все эти звери обращали мало внимания — только иногда какой-нибудь бык вскидывал голову и некоторое время следил за ней и всё. Видимо, людей здесь не знали долгие столетия и тысячелетия.