Хуже Дьявола (СИ)

Тем не менее, за тридцать лет победоносной войны, после того как её стали практиковать не только горстки культистов, большинство подводных камней было найдено.
Так что сейчас демонология уже была такой же естественной частью жизни, как одежда или рестораны. А тому, как правильно призывать, контролировать и использовать демонов, даже обучали в специальных магических академиях.
Как раз в такой академии, одной из лучших в империи, Арсиан и учился. Точнее, из такой академии он был с позором отчислен три года назад. Потому что так и не смог ни разу открыть свои врата Ада.
А без этого, хотя и был далеко не глупым учеником и на занятиях по классической магии показывал отличные результаты, безбожно отстал от других студентов.
После того, как его отчислили, Арсиан, тем не менее, продолжил поиски способов открыть-таки врата. В том числе не совсем классических и не самых безопасных.
У какого-то неизвестного торгаша, вероятнее всего шарлатана, он купил “особый” свиток призыва демона. И, когда попытался его применить, едва не погиб из-за неправильной формулы заклинания.
Его спасли родители, вытащив из эпицентра вихря демонической энергии. Вот только отец Арсиана погиб на месте, а мать скончалась спустя неделю от отравления демонической энергией.
Арсиан также пострадал неслабо, пролежав почти полгода в кровати. Тем не менее, в его случае отравление не стало смертельным и в итоге он сумел выкарабкаться. К сожалению, и так постепенно сдающая позиции семья после смерти главы и его супруги спастись уже не могла.
Клан Гремор быстро терял остатки влияния, связи, ресурсы и деньги. И усугублял ситуацию сам Арсиан. Он не оставил попытки открыть врата Ада, к тому же теперь, как глава клана, способный свободно распоряжаться семейным бюджетом, начал сливать на эти потуги огромные суммы.
Чтобы отыскать действенный способ, он влез в страшные долги, уже не обращая внимания на то, какие последствия это повлечёт для семьи. Собственно, результатом подобного бездумного заимствования и стал визит Курта с отрядом бойцов.
Младшие брат и сестра Арсиана, Астал и Наира, сейчас учились в академии и не имели права покинуть её стены до окончания обучения. А других достаточно авторитетных родственников, способных остановить безумие Арсиана, у него не осталось.
К счастью для клана и для меня лично, исчерпав все средства и уже не имея возможности скрыться от преследовавших его кредиторов, полностьью отчаявшийся Арсиан решился на суицид.
Убив себя, он одновременно освободил бы своих брата и сестру от уплаты части долгов, а также делал главой семьи Астала, к которому титул не мог перейти до смерти Арсиана. Так что в каком-то смысле он всё-таки поступил по-мужски, решив в конце концов, раз его жизнь никому не помогла, помочь кому-то своей смертью.
Правда, хотя умереть ему вполне удалось, ситуацию это не улучшило. Потому что на его место пришёл я.
В результате проблемы клана Гремор никуда не делись, просто Арсиану с ними уже не нужно было разбираться, они все легли на мои плечи. И так как кончать с жизнью я, разумеется, не собирался, заняться всем этим стоило вплотную.
Я мог бы, как в своей прошлой жизни и как довольно долгое время в Аду, остаться наедине с самим собой и двигаться к своей цели в одиночку. Это было мне понятно и комфортно.
Тем не менее, делать этого я не собирался. Потому как аристократический клан, даже загибающийся, мог предоставить мне базу для старта, какой я бы никогда не получил сам по себе.
Дело было в том, что этим миром в целом и империей, в которой я оказался, в частности, правили кланы, сформировавшиеся ещё во время великой войны и подмявшие под себя власть после неё. Обычным людям, не принадлежавшим к какому-либо знатному роду, было на порядок сложнее получать соответствующее их истинным талантам и навыкам обращение.
С учётом того, что до выполнения моей главной цели – убийства Дьявола, могло даже при лучшем раскладе пройти несколько десятилетий, я не мог упустить ни одной возможности. Тем более что эта конкретная была со мной изначально.
 
Это была первая причина моей заинтересованности в клане Гремор. Была и вторая.
Четыре дня, прошедших с визита Курта, до момента, как права на поместье перейдут к нему, я потратил на библиотеку. Хотя бы по верхам я должен был изучить этот мир и законы, по которым он жил, потому что и от моего родного мира, который я уже помнил очень смутно, и, разумеется, от Ада, он отличался слишком сильно.
И, разумеется, в библиотеке, принадлежавшей старому Арсиану, помешанному на открытии адских врат, я нашёл немало руководств по призыву демонов.
В моём родном мире магии в принципе не было, а в Аду призывать демонов было невозможно. Так что настолько неизведанная область знаний и магии меня, конечно же, очень заинтересовала.
Тем не менее, даже после сотни попыток, используя техники из самых разных руководств, я так и не смог получить даже намёк на открытие малых врат Ада. Это при том, что мои навыки контроля энергии и понимание демонов было несравнимо выше, чем у старого Арсиана.
Конечно, я мог бы, как и мой предшественник, продолжать пытаться, тоже начать вбухивать тысячи и тысячи в поиски новых решений. И, скорее всего, это ни к чему бы не привело.
В прошлой жизни, наполненной смертельными опасностями и безвыходными ситуациями, я выработал для себя свод определённых правил. В первый раз, когда я отступил от них, меня убили. Во второй раз – воскресили, оба раза не дав закончить дело.
Третьего раза не будет.
И одно из моих правил звучало так: “Не трать силы на взлом одной двери, имея возможность войти через другую”.
Я не был готов полностью отказаться от идеи открыть собственные адские врата. Как минимум потому, что это был самый прямой и быстрый путь в Преисподнюю, где меня до сих пор ждал живой Дьявол.
Тем не менее, силы свои оценивать нужно было здраво. Почти без денег, без ресурсов, без связей. Сейчас я не имел права привередничать, продолжая попытки решить неразрешимую задачу.
Тем более что у меня после Ада остался способ получить требуемое другим способом.
Я не мог призвать демона и заключить с ним контракт на предоставление мне силы, ладно. Это ведь не значило, что силу нельзя было получить иным способом.
Моя главная сила, моё оружие, мой козырь, позволивший мне из обычной, терзаемой низшими демонами души, в итоге превратиться в существо, которого боялся сам Сатана. Магия боли.
В Аду боль была всем. Мириады душ истязались ради того, чтобы демоны могли собирать энергию их агонии, используемую в Преисподней повсеместно, от освещения улиц городов до зарядки огромных машин войны. Фактически, в Аду боль была аналогом электричества.
И первые несколько лет я, как и тысячи тысяч других душ, был просто одной из таких “батареек”. Меня мучили ради того, чтобы цивилизация Ада могла жить в комфорте.
А потом я смог научиться использовать эту энергию сам. И этим разорвал бесконечный круговорот пыток, в котором должен был существовать тысячи и тысячи лет, пока моя душа просто не распалась бы, полностью истощённая.
Спустя триста лет, после воскрешения в этом мире, магия боли осталась со мной. И использовать силу боли можно было множеством способов, а вот получить – только двумя путями.
Первый и самый простой: причинить кому-то боль, либо просто находиться рядом с тем, кто боль испытывал. Подходила любая боль, как физическая, так и эмоциональная, с ними лишь нужно было чуть по-разному работать. И на людях, как я успел выяснить, это работало ничуть не хуже, чем на мёртвых душах и демонах.
Тем не менее, этот способ получения энергии боли был не слишком грамотным в перспективе.
Во-первых, из одного живого существа в любом случае было невозможно выжать какого-то огромного количества боли единомоментно. А значит подавляющую мощь я мог получить лишь на полях сражений.
Во-вторых, за редкими исключениями, боль, как демоны, так и люди, испытывали скорее вспышками. Качественной боевой силы с таким нестабильным источником энергии ни за что бы не было.