Джек Сумасшедший король. Компиляция (СИ)

Увы, весь дворец был обнесен толстой каменной стеной без малейшего намека на дверь или ворота. В комнату вполз с докладом запыленный, но счастливый джинн:
– Я… успел… о несравненные розы… Враги не пройдут!
И Шелти, и Гюль-Гюль, и Сэм напряженно засопели, поджав губы. Лю-ля-ке-Баб блаженно улыбался, совершенно не понимая, чем могло быть вызвано недовольство его возлюбленных хозяек.
– Ров наполнен водой, колья вбиты в дно, крокодилы плавают на поверхности, стена – высотой в четыре ваших роста, толщиной в один, ни окон, ни дверей, звери загнаны в зоопарк, а по всей территории оазиса расставлены магические ловушки… – Тут до него наконец дошло, кого он видит между девушками. – О несносный белокурый шайтан! Сгинь, сгинь, рассыпься!
– Ишь, чего захотел! А вот я тебя! – Вилкинс угрожающе поднял заднюю ногу, но тут же опустил, устыдившись девушек.
– Вот что, Лю-ля-ке-Баб, – решила охотница, – во-первых, не нервничай. Вилкинс свой парень и тебя не тронет. Мы взяли его в плен, так что пусть поживет с нами до прихода хозяина. Во-вторых, ты почему ни одной двери в стене не сделал, балда? Когда хозяин придет, ему что – подкоп рыть?
– Хан ифритов и сквозь стену пройдет, зачем ему дверь? – напряженно буркнул джинн, косясь на болонку с неослабевающим подозрением.
– Мы тебя поняли, – кивнула Гюль-Гюль, обменявшись с подругой многозначительными взглядами. – А теперь пойдемте-ка пообедаем. Где тут наш чудесный дастархан?
* * *
А Джек с друзьями готовился к штурму дворца Саюмбамбея. Он полировал меч, проверяя заточку режущей кромки, Лагун спорил с Байрамом по поводу атаки с летающего ковра, и лишь миленькая Мейхани сидела тихо как мышка, задумчиво вглядываясь в облака.
– Вы переживаете за Сэма? – догадался Сумасшедший король.
– Да. Он хороший, но наивный, как ребенок, и вечно попадает в серьезные передряги.
– Мы с ним давние друзья. Порой Вилкинс и вправду слишком легкомыслен, но он очень верный и надежный товарищ. Были случаи, когда он рисковал из-за меня головой, а были – когда сам подводил меня под монастырь! Но вы правы, он очень хороший. И потом… мне кажется… вы ему нравитесь.
– Ну да! – резко отвернулась девушка. – То-то он все время талдычит о своей принцессе, луноликой дочери султана, несравненной Гюль-Гюль!
– Не горячитесь, – улыбнулся Джек. – Это всё слова. Женитьба на дочери марокканского султана – его розовая мечта. Не так легко расстаться с иллюзиями, но, по-моему, он уже понял разницу…
– Правда?
Сумасшедший король не успел ответить. Песок пустыни встал столбом, и через мгновение над путешественниками возвышался синий ифрит!
– Как вы посмели, ничтожные черви, столь близко подойти к неприкасаемому оазису великого хана Саюмбамбея?! – загрохотал великан.
Два старика смерили его недоуменными взглядами и вновь углубились в свою беседу. Ифрит решил, что его игнорируют. Не долго думая, он поднял над волшебниками ногу, намереваясь их раздавить, но Джек уже был там и его меч одним ударом отсек гиганту большой палец. Ифрит взревел от боли и ярости! Когда Лагун-Сумасброд решил вмешаться, было уже поздно… Взбешенный великан, подняв тучу пыли, топтал все, что попадало ему под ноги. Где Мейхани, где Сумасшедший король, разобрать было невозможно. Оба мага решили вновь соединить усилия, но молния, пущенная Лагуном, не попала в цель. Ифрит, ловя Джека, присел на корточки, и заряд пропал вхолостую. За пыльной завесой едва угадывались смутные очертания самого ифрита. Тогда колдун рассердился и атаковал противника сразу серией молниеносных ударов. После первого же взрыва из тучи пыли вылетела вопящая Мейхани и рухнула прямиком на старого Байрама. Толстый аксакал неуклюже плюхнулся на песок, опять сбив тюрбан себе на нос. Прошло немало времени, пока он встал, отряхнулся; пока девушка дрожащими руками поправила ему головной убор; пока Лагун своими молниями заставил врага выпрямиться – и тогда Байрам-Бабай отработанным заклинанием превратил его в камень. Тут-то Лагун нанес решающий удар, и с очередным ифритом было покончено. Когда пыль и песок, поднятые схваткой, немного рассеялись, друзья обнаружили Джека, закопанного в песок по самую шею!
 
– Это ты сам так спрятался? – поразился Лагун.
– Я бы не сказал… – буркнул Сумасшедший король.
Волшебники скоренько выкопали его обратно. По счастью, больше никто не пострадал. Мейхани отделалась перепугом и легкой глухотой на оба уха, но Байрам уверил, что это от взрыва и скоро пройдет. В некоторой нервозности, вызванной столь нежданным нападением, все решили идти за бархан и посмотреть, – может быть, желанный сигнал уже вывешен? Каково же было их удивление, когда они увидели посреди опустевшего оазиса настоящую крепость, внутри которой, как ядро в орехе, находился изящный дворец хана ифритов!
– Пойдем посмотрим поближе, – предложил восточный маг.
На границе оазиса он остановил спутников и, внимательно осмотрев землю, произнес напевное заклинание. В ту же минуту оазис опоясала зеленая пульсирующая полоса.
– Очень мощная магия, – признал Лагун. – Что-то вроде моей магической веревки, только обратного действия. Впускает всех, не выпускает никого. Любое существо, попытавшееся выйти из круга оазиса, буквально разорвет на куски пламенем! Теоретически, если мы войдем внутрь, то можем уже и не выйти.
– Я бы мог перенести всех за стену на ковре-самолете. Больше двух он не поднимает, так что за три рейса мы бы вполне справились, но… Мой уважаемый седобородый друг абсолютно прав: ни ему, ни мне не под силу снять заклинание с границ оазиса. Без помощи хана Саюмбамбея нам отсюда не выбраться.
– Станет он нам помогать… – заметила Мейхани. – Особенно когда узнает, что мы пришли красть его невест.
– Но одна из них – моя! – возразил Сумасшедший король. – И вообще, воровать нехорошо. Мы идем на праведное дело, к тому же там застрял Сэм. Надеюсь, с ним все в порядке.
– Мы все надеемся, – важно кивнул Лагун. – А пока давайте погуляем вокруг крепости, не переступая черту.
Путешественники начали не торопясь фланировать вокруг оазиса, рассматривая крепостную стену со всех сторон, задумчиво хмыкая и строя разные планы. На самом-то деле проблема была одна – как выбраться? Они столкнулись с одним из самых неприятных для специалиста видов магии, – когда снять наложенное заклятие способен лишь тот, кто его и наложил. Значит, нужно либо ждать, пока хозяин его снимет, либо надеяться дожить до его смерти, чтобы со смертью злодея исчезли и чары. Как вы понимаете, ни у кого не было так много свободного времени. Если Саюмбамбей умудрился прожить уже триста лет, то, кто знает, не намерен ли он разменять еще сотню-другую? Так что положение было трудным. Преодолев столько бед, опасностей и лишений – в самом конце оказаться нос к носу с неразрешимой загадкой… Но внезапно в одной из башен отворилось окно и кто-то приветственно замахал черной тряпкой.
– Почему черной? – возмутился Лагун-Сумасброд. – Мы же договаривались на белую! Опять этот негодник все перепутал.
– А если это другой знак? – предположила девушка. – Если он там узнал что-то, чего мы тут не знаем, и пытается нас остановить?
Это была правда. Каких-то полчаса назад джинн заявил пленницам, что у него новые известия, хозяин отложил дела и, движимый любовью, понесся сюда на всех парах. Шелти с принцессой плюнули на пол, но делать нечего… Придется защищаться самим, оставив своих спасителей за чертой оазиса.
– Не стоит их сюда звать, – решили подруги. – Пока они на свободе, им будет легче что-нибудь для нас придумать. Мы продержимся тут.
Белый пес в это время давал указания черному джинну насчет того, кто теперь хозяин в доме. Он настолько запугал бедолагу, что любое случайное движение песьей задней лапы Лю-ля-ке-Баб воспринимал уже как начало позорной казни. О приезде хана ифритов он и думать забыл. Джинн успел вылизать лишь десяток комнат, а в прочих тридцати даже сам шайтан сломал бы себе обе ноги. Правда, Сэм предполагал лично поводить Саюмбамбея по местам наиболее эффектного кавардака в надежде, что старичка кондрашка хватит. А пока дочь рыцаря, увидев в подзорную трубу своих друзей, гуляющих вокруг оазиса, раздобыла черное покрывало и стала махать им, высунувшись из окна. Она надеялась, что Джек поймет ее сигнал и спрячется, выжидая благоприятный момент…