Чужая (СИ)
Да, я могла знатно посмеяться тем же вечером, рассказывая друзьям эту историю, но лицо девушки... Оно выглядело потерянным, уязвимым и несчастным, что ли. Богатые тоже плачут? Именно об этом я и подумала, срываясь с места, чтобы уберечь туфли девчонки.
Нет, я не удивилась, когда она сначала посмотрела на меня свысока, дескать, какого хрена ты ко мне прикасаешься, да и ещё смеешь при этом дергать?
Я бросила выразительный взгляд на то, от чего её спасла, и девчонка тут же поменяла настрой. Присмотрелась ко мне внимательнее и через полминуты обескуражила вопросом:
— Ты здесь с кем-то? Не против моей компании?
Тот день эта сумасшедшая девчонка провела со мной и братом. И знаете, мы очень быстро нашли, о чём нам говорить, невзирая на разницу в социальном положении.
— О! Круто, что и ты здесь, друг, — возвращает меня в реальность появление Стаса.
Я озадаченно улыбаюсь, спрыгивая с подоконника, и подхожу к парте, за которую он усаживается. Сажусь рядом и спрашиваю:
— Наркотики? Твой проступок как-то связан с ними?
— Типа того, — морщится он.
Я вспоминаю наше знакомство и усмехаюсь:
— Опять играл треки в неблагополучном клубе? Жизнь ничему не учит?
— Нет... Я... — мнётся блондин. Отводит взгляд, пару секунд жуёт губы и выдыхает: — Я ими торговал.
— Ты — что? — не на шутку поражаюсь я.
— Я этим не горжусь, ясно? — раздражённо смотрит он на меня. — Связался не с той компанией, и пошло-поехало...
— Ты хоть представляешь сколько людей в мире умирают от передозировок? — цежу я сквозь зубы. — Получается, кто-то умер из-за тебя!
И этим кем-то вполне мог быть мой хороший приятель Миша, который так и не смог справиться со своей зависимостью...
— Я уже сказал, что не горжусь этим. Ты сама-то как на этом семинаре оказалась? Не такая белая и пушистая, выходит?
Я беру себя в руки и говорю холодно:
— Я всего лишь устроила вечеринку, на которую, возможно, такой же идиот, как ты, пронёс наркотик! — Поднимаюсь с места и выплёвываю: — Повезло тебе с родителями, да? Играешь в приставку здесь, вместо того чтобы быть там, где ты заслуживаешь.
Знаю, что мои слова бьют похлеще хлыста, но вернуть их даже не думаю.
Та беспечность, что мне так нравилась в Стасе, вдруг превратилась в зло. Именно такие, как он, ни на секунду не задумаются, что своими действиями причиняют людям вред.
Глава 7. Ева
После семинара я сразу же отправляюсь в свою комнату и нахожусь там вплоть до самого ужина. Читаю интересную книгу и стараюсь не думать о том, что больше не смогу общаться с блондинчиком. Я вообще стараюсь о нём не думать. Но нет-нет да ловлю себя на жжении в груди, очень похожем на грусть.
Ну вот зачем он связался с наркотиками?..
Просто... Просто слишком много мне доводилось видеть примеров их пагубного действия... Люди, которые потеряли самих себя, свою личность, надежды, ожидания. А некоторые из них потеряли саму жизнь.
Всё было бы иначе, если бы не существовало тех, кто распространяет эту отраву. И дальше по цепочке. Мир однозначно только выиграл бы от этого.
В столовую я прихожу одной из первых и занимаю самый дальний стол. Сажусь за него спиной к остальным столам, потому что не хочу ни общаться ни с кем, ни видеть никого.
Понимают ли мой намёк или не трогают меня по другим причинам, но за время ужина у моего стола не появляется ни единой души. Как раз то, что мне нужно.
Я ещё долго сижу, ковыряясь вилкой в салате с тунцом, который так и не попробовала, размышляя о том, что меня привело в конкретно эту минуту и в это место.
Если копать глубоко, дело в папе, его трусости и слабохарактерности. После смерти мамы он слабовольно решил угробить себя и возненавидеть нас с Ромкой. Тем самым вынуждая меня ответить ему взаимностью. Я ненавижу его запои, ненавижу безденежье из-за них. Ненавижу думать о том, что будь всё иначе, я могла добиться большего. Будь всё иначе, я могла избежать некоторых своих поступков. Будь иначе, мне не приходилось бы изворачиваться, чтобы поступить в желанный ВУЗ.
Мне. Нужны. Деньги.
Из-за моей школьной успеваемости ни один институт не примет меня на бюджетное место. Не объяснять же им, что я плохо училась, потому что мне часто в ущерб учёбе приходилось сидеть с маленьким Ромкой, или ухаживать за ним, когда он болел, или таскаться с ним же по соседям, прячась от буйного отца. Что я чаще всего из-за этого была невыспавшейся и вялой на уроках. Не делала домашние задания, занимаясь делами по дому. Не успевала за школьной программой, думая в первую очередь о том, где достать денег, чтобы завтра было чем накормить брата.
Приёмной комиссии на это плевать.
Всем вокруг на это плевать.
А я очень хочу поступить в машиностроительный, свалить из ненавистного дома и забрать оттуда Ромку, как только мне стукнет восемнадцать.
Вот так мы и возвращаемся к более тривиальным причинам моего здесь нахождения.
Моя хитрая подруга Эльвира Королёва из богатой семьи, не пожелавшая торчать целый месяц в исправительном лагере только потому, что её кто-то подставил.
Тех денег, что она мне заплатит, хватит на целый семестр в ВУЗе, в котором я мечтаю учиться. А дальше я обязательно придумаю, что делать. Главное, начало моей новой жизни будет положено.
Поэтому мне не стоит забывать о мотивации и отвлекаться на беспечных блондинов и эгоистичных брюнетов.
Я в принципе здесь не для того, чтобы заводить друзей. Да.
Осматриваюсь по сторонам и понимаю, что остаюсь в столовой в числе последних. Даже стол кураторов пустует, а они обычно приходят есть и уходят позже нас, детей. Поднимаюсь из-за стола и плетусь на выход.
Хорошо, что я нашла (или кто-то нашёл для меня) интересную книгу, в чтение которой можно погрузиться, забыв о всех тревогах. Кстати, ещё пару дней, и нужно будет подыскать себе новое чтиво.
— Эльвира, подойди к нам!
Мне требуется секунд тридцать, чтобы сообразить, что обращаются ко мне.
Чёрт.
— Эльвира Королёва!
Разворачиваюсь от лестницы, к которой шла, и вижу в диванной зоне куратора вместе с командой номер семь в полном составе. Досадливо морщусь, как можно незаметнее, и плетусь теперь уже к ним.
— Ждём одну тебя, Эль! — делает мне выговор Оксана.
— Извините, мой менеджер не сообщил о предстоящей встрече, — ворчу я, присаживаясь на подлокотник дивана рядом с соседкой. — Непременно уволю его, как только он у меня появится.
Мой комментарий вызывает смешки у некоторых ребят. Встречаюсь взглядом с блондином, на долю секунды, не дольше, потому что мы мгновенно отворачиваемся друг от друга. Кое-кто, сидящий напротив, замечает это и хмурится. Я закатываю глаза и смотрю на Станислава Викторовича, который, хлопнув в ладоши, берёт слово:
— Итак, моя команда. Предлагаю, подобные собрания после ужина сделать традицией. На них я буду сообщать вам о ваших успехах и промахах. Мы будем обсуждать новости, продуктивность минувшего дня и прочее. Начну первым, — потирает он ладони, оглядывая всех ребят лукавым взглядом. — Повторюсь, что вы меня сегодня порадовали, явившись полным составом на недельное занятие. Другие команды этим похвастаться не могут. Надеюсь, вы продолжите в том же духе. Но меня печалят стычки внутри вашего круга. Так быть не должно. Учитесь, пожалуйста, находить точки соприкосновения для здорового общения...
— Они её уже нашли, — насмешливо комментирует кто-то, вызывая смешки ребят. — Точку соприкосновения.
Мы с Громовым снова встречаемся взглядами, и меня вновь топит смущение, но я делаю над собой усилие и прожигаю убийственным взглядом Агеева, который вздумал рявкать в мой адрес.
— Завидуют только слабаки, знал? — насмешливо и неожиданно для меня интересуется Никита.
— Довольно, ребят, — примирительно замечает куратор и продолжает свою речь. — К здоровому общению так же относятся компромиссы, терпение и уважение чужого мнения и пространства. Впрочем, вы ребята не глупые и в конце концов отыщете способ общаться, не прибегая к унижениям, насилию и прочему в этом духе. Итак, кто выскажется следующим?