Бастард рода Неллеров. Книга 4 (СИ)

Кстати, а чего это Карл с Эриком припёрлись? Сказал же вроде доступно и разборчиво, всем спать, отдохнуть перед сражением. Нет же, показывают милорду Неллерскому свои почёт и уважение. Только мне-то сейчас от их присутствия не холодно и не жарко.
— Кому не спится в ночь глухую? — спрашиваю, садясь на стул с удобной спинкой — по моему чертежу изготовили — предлагая Сергию и гостям незваным поступить также.
Похабный ответ в виде эха не предполагается. На всех диалектах языка Итерики рифмы земным не соответствуют, иначе я бы мог тут перепеть всего Владимира Семёновича Высоцкого, и многих, многих других исполнителей, о поэзии и вовсе не вспоминаю. Хотя, если грамотно перевести, то… Что «то»? Дел мало?
У гостей в руках сумки. Чего это они принесли?
— Ты забыл латы, Степ. — вассал садится и приподнимает тяжёлый мешок, в котором грозно звякает броня.
— Точно! Вот же какая оплошность! — юродствую. — Карл, ты серьёзно? Зачем они мне? Кольчугу-то зря надел. Много она мне в прошлом сражении помогла? Здесь и подавно не требуется. Выкинь их куда-нибудь, прошу. А у тебя что? — спрашиваю сержанта. — Только не говори, что моя парадная сутана и золотой жезл аббата.
Плетение держу уверенно и посматриваю, как у источника постепенно восстанавливаются жгутики потраченных оттенков. По миллиметру, не спеша, но растут, растут родимые.
— Нет, не сутана с жезлом. — без улыбки отвечает разведчик, он на стул не садится, встав между охранниками. — Служанка миледи Юлианы попросила вам передать. В сумке еда, вино и посуда. Госпожа вчера посчитала, что сами вы не додумаетесь это с собой прихватить, вот и распорядилась.
— Миледи, значит, догадливая в отличие от её непутёвого брата? — чёрт, а ведь приятно, что кузина обо мне позаботилась. Правда, я бы предпочёл крепкий кофе, а не вино, да где ж его тут взять? — Тогда и про стол могла бы подумать. Ладно, выкладывай на свободный стул, они тут с запасом.
— Стол сейчас принесут. — также невозмутимо ответил разведчик. — Слышите?
Да у него и уши как у Чебурашки, не в смысле размеров, а по остроте слуха. Я вот ничего вначале не услышал, лишь через минуту раздалось пыхтение двух рабов и их шлёп-шлёп по той самой луже, в которой только что гостил милорд Монский.
Пока накрывали стол, мои энергетические нити восстановились до нужного размера — проверил вытягиванием их из источника на полную длину — и я продолжаю работу. В разговоры больше не вступаем — о чём говорить, когда и так всё ясно? — стараюсь делать без задержки.
На смену ночи уже пришёл предрассветный сумрак, и где-то в восьми милях отсюда полки виргийцев начали или вот-вот начнут своё движение. В темноте по нашим дорогам не поездишь, не рискнув переломать ноги коням, а вот, когда становится чуть светлее, то вполне, хоть и не спеша.
Прикидываю, часа два с лишним у меня есть. Успею создать удар. Сильный. Площадь поражения солнечным взрывом примерно такая же, как и у метеоритного дождя.
Предпочтение я отдал первому заклинанию из них не только по причине того, что в нём на два оттенка меньше используется, а и по причине его большего энергетического объёма.
Оттенков в нём меньше, а вот нитей, за счёт повторяющихся, больше, да и по длине они крупнее. Не оставляю надежды пробить защиты офицеров и магов, которые окажутся под ударом.
Такого же эффекта от своей атаки, как и у Тризненского озера не жду, и своих соратников об этом предупредил. Там-то я наносил удар по противнику, стоявшему в плотных сомкнутых строях, да ещё и равномерно заполнявшему почти всю площадь действия метеоритного дождя, а сегодня враг будет в растянувшихся колоннах.
По моим подсчётам, в самом благоприятном для нас — имею в виду защитников монастыря — исходе удастся прихлопнуть от пятисот до тысячи вражеских бойцов. Хорошо бы, если всё же тысячу, только и это ведь всего треть от численности прищедших сюда виргийцев, штурм монастыря это задержит, но вряд ли отменит. Слишком высока для них ставка — убить или пленить самого сильного мага королевства Кранц. То, что могучей меня нет ни в нашем государстве, ни у соседей кроме империи, теперь знаю достоверно. В который уже раз спасибо за информацию маркизе Неллерской. Я или моя тушка для врага самая желанная добыча, не говоря уж о том, что какой-то придурок им наболтал об якобы хранящейся у меня казне всей армии.
 
Чуть сбавляю скорость создания заклинания, чтобы не подготовить его преждевременно. Как раз бордовая и голубая нити восстановятся, пока поем балык с булкой — бутерброд, поданный Сергием.
Пока жевал, в монастыре началось движение. Все мои люди были предупреждены накануне, что шуметь не следует, да разве спросонья многие ли смогут хорошо себя контролировать, быть внимательными и аккуратными? Кто-то что-то уронил, где-то кому-то влетело от начальства, один чего-то не поделил с другим, плюс топот, звяканье оружия и доспехов, скрип дверей и лязг цепей колодцев, всё это рождало ровный гул, будто трансформатор заработал. В добавку куранты на главном здании и церковном куполе пробили четыре часа.
Точность — вежливость королей. Сразу же после четвертого удара вижу, как через плац к проходу между маслобойней и литейной мастерской в моём направлении движется Юлиана. Её сопровождают преднастоятель Михаил — вот же баронет, приклеился к миледи Неллерской как банный лист к попе — и Ригер с пятёркой гвардейцев. Бойцы-то эти на кой чёрт здесь нужны? Уже имеющаяся при мне охрана, и та, считаю, избыточна.
— Вот это да! — подошедшая кузина оценила магическим зрением сплетённое мною на три четверти заклинание. — Привет, Степ. — чмокнула в ухо.
Хотела-то в щёку, да я в этот момент стал подниматься, аккуратно, не теряя внимания к своему художеству. Да, чувствую себя немного художником, импрессионистом, Сальвадором Дали.
— Доброе утро. — обнимаю. — Выспалась? Угощайся. И спасибо тебе за заботу. Сидел бы сейчас голодным. Юль, как договаривались? — уточняю.
— Думаешь, за ночь что-то поменялось? — усмехнулась миледи Неллерская и схватила со стола кисть винограда. — Мы на стену. Милорд? — посмотрела на Карла, поднявшегося при её появлении раньше меня.
— Я давно готов. — сообщил милорд Монский.
Время, когда мне предстоит вознестись ввысь с помощью лебёдки и нанести удар, коллегиально должны определить они и лейтенант Макс, в данный момент наряду с офицерами копейщиков и арбалетчиков занимающийся более подробным интруктажом бойцов.
До самого последнего момента наши солдаты будут оставаться внизу за стенами, сгруппировавшись перед ступенями. Противник должен увидеть только редких караульных на площадках с баллистами и катапультами. Пусть считает, что его появление для защитников обители оказалось внезапным. Когда поймёт действительное положение дел, для него окажется уже поздно.
— Тогда пойдём. — распорядилась кузина. — Сержант, ты тоже со мной. — позвала она и Эрика. — Говорят, ты ловко и издалека распознаёшь перемещения людей по лесу? Вдруг вирги не только по дороге будут двигаться?
Да-да, идите все отсюда, не мешайте. Перекур закончился, продолжаю формировать магический удар.
Насчёт перекура, да, было время, дымил как паровоз. Пока не встал выбор — или бросай, или сразу в гроб. Бросил, но от преждевременного гроба своё тело не уберёг. Зато протянул года на три-четыре дольше.
На прошлой неделе приснилось, что я курю, с жадностью, одну сигарету за другой. Проснулся — отпустило. И хорошо. Никакого желания возвращаться к пагубной привычке нет, хотя возможность имеется — на материке Кольдер, населённом желтокожими людьми, табак выращивают и курят. К нам в Итерику тоже привозят, только покупают его лишь переселившиеся на наш континент кольдерцы, коренных жителей табак ничем не привлёк.
Да уж, лучше бы кофейные деревья где-нибудь произрастали. А может они есть, просто никто не додумался обжаривать их плоды, перемалывать и варить ароматный напиток? Ну, буду надеяться, что жизнь здесь мне предстоит долгая, и этот вопрос успею ещё выяснить.