Маленькая тайна (СИ)

Добираюсь до особняка и смотрю на машину копов, стоящую у ворот. Они меня всё-таки опередили.
Дом потихоньку пустеет.
Все расходятся.
Мда… Мне ещё долго будут припоминать эту подляну.
В следующий раз зарублю себе на носу, что ботаников приглашать не следует.
— В чём проблема? — спрашиваю я, приблизившись к полицейским, допрашивающим Длинного.
— Ты и есть хозяин дома? — с пренебрежением спрашивает один из мужчин в форме.
Мишка Гамми стоит рядом со мной, а неподалёку замечаю Золотоусова, который тут же бросается к нам.
Прибить бы его!
— Во-первых, детей я с вами не крестил, чтобы тыкать мне. Во-вторых, хозяин мой отец. И я не понимаю, что тут происходит. Здесь все совершеннолетние, и вечеринки у нас не запрещены по закону. Ничего такого у нас тут не было.
— Нам поступил анонимный звонок с сообщением, что в стенах вашего дома происходит изнасилование.
Я прыскаю от смеха.
Изнасилование?
Серьёзно?
Снова кошусь на Золотоусова: он опускает голову и мнётся с ноги на ногу.
Аноним, хренов.
Серьёзно думал, что никто не догадается, откуда щупальца растут?
И кого он думал насилуют?
Хотя…
Сложно не догадаться.
Паренёк упустил из виду Мишку Гамми и подумал, что мы с ней уединились. Судя по всему, он считал, что уединение случилось против её воли. Интересно, она уже рассказала ему, что со мной рядом находится вынужденно? Или он не догадывается?
— Изнасилование? Вы серьёзно? Можете обойти каждый уголок дома, заглянуть под каждую кровать и проверить каждую девушку здесь. Или парня?.. На кого вам там звонок поступил?..
Полицейские переглядываются и уверенно кивают. Они опрашивают всех, прежде чем выпустить, и проверяют, а пока устраивают шмон, я подхожу к Мишке Гамми и обнимаю её, потому что вижу, что она продрогла, и даже моя рубашка не спасает.
— Может, посидишь в машине, пока идут разборки? Или вызвать тебе такси?
— Нет. Такси не надо. Я не доверяю таксистам, — отрицательно мотает головой девчонка.
А это что-то новенькое.
Значит ли это, что она доверяет мне?
Спросить не успеваю, так как взгляд в это мгновение снова прилипает к Золотоусову.
Этот гад понимает, что накосячил, поэтому не решается подойти к нам, хотя я чувствую, что он хочет сделать это, чтобы убедиться, что его «подружка» в порядке.
— Погоди, — шепчу я, касаясь губами макушки той, что должна была стать моей сводной.
Подхожу к ботанику, и он буквально трясётся под напором моего взгляда.
— Золотоусов, тебя изнасиловать пытались, что ли? — спрашиваю ледяным тоном я.
— Н-н-нет. С ч-чего т-ты вз-зял?
— Да с того, что у тебя на лице написано, что звонок этот совершил ты. Всем уже известно, кто накрысятничал. Зачем тебе это потребовалось?
Парень молчит, словно язык проглотил, а я понимаю, что вразумительные ответы от него в это мгновение точно не получу.
— Запомни, Золотоусов, любого анонима можно вычислить. Стоить тебе заговорить с ними, — киваю в сторону копов, — как они сразу поймут, что это был ты. И за ложный вызов тебе светит серьёзное наказание. Может, лучше пойдёшь и признаешься, что решил пошутить, чтобы испортить всем веселье? По крайней мере, честно будет.
Парень опускает голову, но ничего не говорит.
Конечно, он не станет объясняться. Боится примерный мальчик, что мама за враньё дядям в погонах накажет. Как она его отпустила вообще на эту вечеринку?
Понимаю, что толку разговаривать с ним нет.
Угрожать не хочу — какой смысл?
Устал уже грозиться и изображать из себя супер героя.
Возвращаюсь к своей Золушке и снова обнимаю её, а она не противится и кладёт голову мне на плечо.
Тоже вымоталась.
Сегодня был непростой день.
— Всё чисто, — говорит один из ментов, — пожалуйста, поставьте подписи.
Беру папку с бумагами, которые он даёт, и внимательно смотрю на написанные там цифры.
Офигеть!
Да Золотоусов теперь со мной не рассчитается за этот штраф в кавычках!
  
Часть 15. Алекс
 
Расплачиваюсь с копами. Оставляю Длинного за главного, чтобы проследил, чтобы все разошлись тихо и ничего не пригребли с собой.
 
Бросаю злой взгляд на Золотоусова.
Мне не хочется разговаривать с ним в присутствии Мишки Гамми, потому что боюсь сорваться и набить ему морду.
Ну как могло хватить ума позвонить ментам?
Жаль, что они не «анонима» своего оштрафовали, а то я бы полюбовался, как этот пацанчик будет впахивать, чтобы расплатиться. Впрочем, там штрафы не такие большие, как сняли с меня, чтобы «батя ничего не узнал».
А он же по-любому узнает.
— Давай я отвезу тебя домой, — шепчу, склонившись к Мишке Гамми.
Она безмолвно кивает и с тоской глядит на своего приятеля. Бывшего. Сделаю всё, только бы Мишка Гамми перестала общаться с этим гадом. Бесит он меня и совершенно не подходит ей. Как можно доверять ему вообще?
В тишине везу девушку домой. В салоне едва слышно играет музыка, но её звучание перебивают мысли, роящиеся в голове. Я чувствую себя как-то слишком спокойно, когда нахожусь рядом с той, что могла стать моей сводной сестрой. Почему? Мне казалось, что это будет непростое задание — влюбить её в себя, но теперь вынужден признать, что с девчонкой приятно находиться рядом.
Она не зудит что-то о моде, не болтает ерунду, просто молча смотрит в окно.
Кошусь на девушку и отмечаю, что её веки сомкнулись.
Заснула?
Такая безмятежная, спокойная и почему-то как родная.
Стараюсь не гнать, чтобы не нарушить спокойный сон Мишки Гамми. На часах уже два. Наверняка её ждёт крайне неприятный разговор с матерью. И завтра девчонка выскажет мне всё, но сейчас она такая молчаливая. Одетая в мою рубашку, девушка кажется ещё более родной, но я отгоняю от себя эту мысль. Это всего лишь какое-то секундное помешательство, которое развеется, стоит нам встретиться с ней завтра.
Сейчас Мишка Гамми устала, заснула, бедная…
А завтра снова начнёт огрызаться и корить меня во всех своих бедах.
И не без оснований.
Доезжаю до подъезда Златы и какое-то время смотрю на девчонку, потому что мне жалко будить её. Даже украдкой фотографирую её и не могу перестать улыбаться.
— Если я тебя поцелую, ты проснёшься? — спрашиваю, и девчонка резко открывает глаза.
— Я тебя убью, Поздняков, — рычит она и легонечко потягивается словно львица.
— Мы приехали, Спящая Красавица. Тебя проводить, или сама дойдёшь?
Мишка Гамми зло зыркает на меня, цокает языком и выходит из машины.
— Спасибо, что подбросил!
Она уходит, а я не успеваю сказать, что эту рубашку мне когда-то подарила её мать. Привезла из Тайланда. Интересно, женщина узнает свой подарок? Или покупала не глядя, только бы задобрить своего возможного пасынка?
В машине становится до ужаса тоскливо с уходом Златы. Мне даже кататься одному не хочется. Внутри появляется какое-то стойкое отвращение к одиночеству, а в голову мгновенно лезут разные не самые приятные мысли.
Какое-то время я просто сижу и наблюдаю, пока в комнате Мишки Гамми не зажжётся свет. Вижу её силуэт в отражении окна. Жаль, что там висят шторы, и я не могу увидеть её саму. Раньше девчонка всегда казалась мне занудой. Что изменилось после одной прогулки? Да ничего, собственно. Она так и остаётся шилом в заднице.
Телефон звонит, но мне лень даже просто смотреть на экран.
Наверняка снова Длинный.
Следует вернуться домой и отпустить его восвояси…
Или посидеть с ним до утра и пожаловаться на жизнь?
В любом случае мне нужно как можно быстрее возвращаться домой. Именно этим и занимаюсь, выруливая из чужого двора.
Стоит мне только снова вкусить скорость, как все мысли о недоступной ненужной мне девчонке ветром вылетят из головы.
Оказавшись на главной улице, набираю скорость, но быстро сбрасываю её.
Раньше я не задумывался ни о ком, кроме самого себя, а теперь на мгновение в голове появляется мысль, что дорогу может перебегать человек, собака, кошка… И что тогда будет?