Загадочный любовник (ЛП)

— Зачем тебе мои вещи? Куда мы едем? 
— Убираемся отсюда к чертовой бабушке. Может быть, ты готова встретить смерть, как христианская мученица, но я не хочу умирать во цвете лет. С меня хватит и одного раза. 
Его слова заставили Кэролин умолкнуть. Дрожащими пальцами она пристегнула ремень безопасности и вовремя ухватилась за ручку дверцы, когда Алекс рванул машину и на большой скорости помчался вниз по узкой аллее. Они проехали мимо разбитой тойоты, врезавшейся в выступ скалы, но Алекс даже не замедлил ход, он внимательно следил за дорогой. Кэролин с содроганием отвела глаза в сторону. 
Вскоре они выехали на основную трассу, которая выглядела пустынной, и Кэролин с ужасом поняла, что уже наступил полдень. Она потеряла чувство времени, не помнила, когда ела в последний раз и вдобавок ко всему ее похитил преступник. Или не похитил? 
— Да кто ты такой, черт побери? — возмутилась она. 
— А ты как думаешь? — спросил он, не сводя глаз с дороги. 
— Понятия не имею. Может быть, ты сам мне об этом поведаешь? Хоть разок в жизни попробуй сказать правду. 
По-прежнему не глядя на Кэролин, Алекс засунул руку в джинсы и что-то достал из кармана. 
— Держи, Кэролин. 
Бог знает, чего она ожидала, но послушно протянула руку. Она готова была увидеть все, что угодно, но только не маленькую кучку золота, которая лежала у нее на ладони. 
Это был ее золотой браслет с подвесками. Тот самый, который украл у нее Алекс в ночь побега, единственная дорогая вещица, которую она умоляла его не забирать. Браслет был таким, каким она его запомнила — все крохотные подвески, которые Салли выбирала на протяжении нескольких лет — остались на месте. Она смотрела на золотую вещицу не веря своим глазам. С той поры, когда она видела ее в последний раз, минуло целых восемнадцать лет — за это время Кэролин успела позабыть о том, как много она когда-то для нее значила. 
Прошло немало времени, пока она вновь обрела способность говорить. 
— Почему она все еще у тебя? 
— Я не смог забыть выражение твоего лица в ту ночь, — задумчиво произнес он. — Ты выглядела такой огорченной, а я не мог понять почему — то ли из-за того, что я решил тебя покинуть, то ли из-за того, что хотел забрать с собой твое самое дорогое сокровище. Я знал, что в то время здорово тебе нравился. И тогда я подумал, что если верну тебе браслет в целости и сохранности — не продам его и не заложу в ломбард — то может быть, ты признаешься, что я значу для тебя намного больше, чем проклятая кучка золота. 
— Да мне все равно, сколько стоит браслет. Это был подарок Салли, только поэтому я не хотела с ним расставаться. Ведь это она приняла меня в семью, заботилась обо мне, любила... 
— Неужели ты так ничего и не поняла? Макдауэллы никогда ничего не делают просто так, по доброте душевной. 
— Салли любила меня... 
— Возможно. Ты сама прекрасно знаешь, что она любила окружать себя красивыми вещами. Тем не менее она не нашла тебя на улице и не случайно привела в семью. 
— Что ты хочешь сказать? 
— Ты никогда не задумывалась над тем, зачем такой женщине, как Салли Макдауэлл брать на себя заботу о дочери какой-то бывшей служанки? Ведь она никогда не занималась благотворительностью. 
— Не говори так! 
— Почему ты ее сама не спросила? Неужели тебе не хотелось узнать, откуда ты взялась? Зачем она привела тебя в дом и сделала частью своей семьи? 
— Прекрати! — закричала она. 
Минуту он молчал, следя за дорогой. Потом бросил на нее быстрый взгляд. 
— Ну что ж, когда захочешь узнать правду, можешь спросить у меня, — сказал он. 
— Что-то ты не очень похож на поборника правды. 
— Но я могу ее распознать, если хорошо пригляжусь. Независимо от того, нравится мне это или нет. 
Внезапно Кэролин поразила одна мысль, настолько ужасная, что она не смогла от нее просто так отмахнуться. 
— Не хочешь ли ты сказать, что приходишься мне братом? 
Он откинул голову назад и рассмеялся. 
— Ошибаешься. Можешь мне верить, Кэролин, между нами нет ни единой родственной связи. О кровосмешении не может быть и речи. 
 
— Но если мы не родственники, в чем же секрет? 
— Я скажу тебе, когда мы приедем на место. 
— А куда мы едем? И зачем? 
— Я спасаю тебе жизнь, Кэролин, — cказал он и, немного подумав, добавил: — Да и свою тоже.
 
Глава девятнадцатая
На нее страшно было смотреть. Алексу не хотелось останавливаться по дороге на юг, но внешний вид Кэролин говорил о том, что силы ее на исходе, поэтому на границе с Массачусетсом он затащил ее в закусочную и почти насильно заставил поесть. Она глотала пищу автоматически, отказываясь смотреть на Алекса, вообще вела себя подозрительно тихо, ни на что не жаловалась, хотя раненые ладони до сих пор кровоточили, а на лице проступили синяки и царапины. Он даже начал подумывать о том, не отвезти ли ее в больницу, чтобы сделать рентген лодыжки, но потом все же отказался от этой затеи. Чем быстрее они доберутся до пункта назначения, тем лучше, к тому же Кэролин не очень сильно хромала. 
К тому времени, как они доехали до Лесной пристани, Алекс уже догадался, что они опоздали на последний паром. Пока Кэролин безучастно сидела в машине, он заказал места на утренний рейс. Она не сказала ни слова, когда Алекс привез ее в невзрачную гостиницу и снял номер на ночь. 
Она сразу же прошла в ванную, и вскоре оттуда донесся звук льющейся воды. Он уже проверил — в номере был всего один выход, так что Кэролин не смогла бы отсюда выбраться, приди ей в голову такая сумасшедшая мысль. В гостинице не обслуживали номеров, но ему удалось найти ресторанчик и заказать огромный перечень китайских блюд на вынос. Алекс как раз выкладывал коробки с едой, когда из ванны вышла Кэролин. Она облачилась в старую безразмерную майку и сильно смахивала на промокшую насквозь серую мышь. 
— Только не говори, что не голодна, — предупредил ее Алекс. — Тебе придется поесть, иначе я привяжу тебя к койке и насильно скормлю жареный рис. 
Кэролин даже не улыбнулась. Она села на табуретку у кухонного стола и взяла банку с содовой, купленную Алексом в автомате. 
Тарелок не было, так что он просто придвинул к Кэролин коробку с куриной лапшой, вручив палочки для еды, и принялся за собственную порцию брокколи с говядиной. 
— Может, тебе хочется яичного рулета, — предложил Алекс, нарушив тишину. — В начинке есть креветки. 
Последнее замечание заставило Кэролин откликнуться. Она вскинула голову и посмотрела на Алекса виноватыми усталыми глазами. 
— Зачем мы здесь? 
— Мы опоздали на последний паром. 
— Ты ведь знаешь, что я спрашиваю не об этом. Почему мы сюда приехали? Зачем возвратились в Виньярд? 
— Дело не закончено. Я хочу знать, кто в меня стрелял. Память о событиях той ночи к тебе так и не вернулась, и мне это не нравится, тем более сейчас, когда кто-то начал за тобой охотиться. Я надеялся, что смогу обо всем забыть и жить себе дальше, но оказалось, что даровать прощение не так-то легко. Особенно сейчас, когда преступник снова взялся за старые штучки. 
Кэролин машинально положила в рот немного лапши. 
— Что ты имеешь в виду? 
— Мне кажется, что тот, кто в тебя стрелял, а позже повредил тормоза в машине — это тот же самый человек, который пытался убить меня восемнадцать лет назад. Во всяком случае, такой напрашивается вывод. В ту ночь в Виньярде присутствовали все Макдауэллы, и маловероятно, чтобы два члена семьи оказались убийцами. 
— Но зачем меня убивать? Ведь я не имею к тебе никакого отношения! — недоуменно спросила она. 
— А разве это не очевидно? Мы оба представляем угрозу для того, кто надеется заполучить наследство Салли. 
— Но моя доля наследства настолько мизерная, что она никак не влияет на исход дела. По сравнению с миллионами Салли, это песчинка в море. Кроме того, все уже юридически оформлено, и моя смерть ничего не изменит, — она оттолкнула от себя коробку с лапшой.