Пламя в темноте (СИ)

— Точно чокнутая, как и подумал, — скорее сам с собой продолжил говорить мужчина. — Сначала взывает к Шаале, потом Некметом обзывает, а после ещё предлагает к Некмету сходить. Явно не все дома. Если я и Некмет, то сам к себе сходить не могу.
— Это ты чокнутый, а я в полном здравии!! Откуда здесь взялся? Что тебе надо?! — полностью сбитая с толку, я начала карабкаться вслед за ним, не позволяя ему увеличить между нами расстояние.
— Давай-ка подумаем: ты оказалась в богом забытом месте и рьяно лезешь вверх уже несколько часов без передыха, утверждая, что в своём уме, — неожиданно свесившись и заглянув мне прямо в глаза, сказал мужчина. Я, которая только-только уцепилась за выступ, охнула от его цепкого взгляда, пригвоздившего меня к скале. Красные глаза мужчины пугали — я ни разу в жизни не видела радужку столь необычного цвета. Они притягивали, словно магнитом, но будто бы в то же время горели безумием. — И это я должен тебя спросить: что же надо здесь тебе, моя козочка?
Его глаза, всматривающиеся в мои, навевали ужас. Красивое лицо было ожесточено холодной усмешкой. А его черты… мужчина был греховно красив и явно не из шеррувимов.
— Явно то же, что и тебе, господин, — выплюнула прямо ему в лицо я, ощущая, как холодеют мои внутренности.
Да что я несла! С его-то силой и ловкостью, с какой он быстро взбирается по скале, ему не составит труда меня спихнуть! Не надо было этого говорить — и именно это я и прочла по лицу незнакомца.
Но вместо того, чтобы отправить меня в объятия смерти, мужчина долго смотрел на меня, явно что-то выискивая в моём дрожащем от напряжения естестве. А затем просто хмыкнул и продолжил карабкаться вверх, бросив мне:
— Тебе его не одолеть.
Сначала я глупо застыла, пытаясь понять, что он имеет в виду. А потом одёрнула себя за тупость: да он говорил о драконе!
Вскинув голову на преодолевшего довольно большое расстояние мужчину, я осознала, что и он явно здесь оказался не просто так. Значит, ему тоже нужен дракон. Мой дракон.
— Я его первая нашла!! — закричала ему в спину я, отходя от оцепенения и задубевшими от холода руками в перчатках продолжая подъем.
— Дура, не ори! — шикнул на меня незнакомец. — Дракона разбудишь. Да и с чего ты решила, что первая? Я на него уже неделю охочусь.
— Это мой дракон! — упрямо возразила я, цепляясь за те же уступы, что и мужчина. — Мой.
— Какая собственница, вы поглядите! Хотя… глядеть-то не кому, здесь только я да камень, — я была уверена, что мужчина закатил глаза. — Кто первый его заберёт, того дракон и будет, — рассудил он. — Что, козочка, думаешь сможешь меня обогнать?
— А ты думаешь нет?!
— Я думаю, что ты дрожишь от одного дуновения ветерка. И, кажется, вообще думать не умеешь.
Да как он смеет!! Нахал!
Злость придала мне энергии и силы, чтобы двигаться вперёд. Я упрямо карабкалась и цеплялась за выступы, приняв вызов незнакомца и пытаясь одолеть его в этой гонке. Мне нельзя было отступать! На кону стояло всё, что я имела!
— Ты точно чокнутая, козочка, — тихо фыркнул незнакомец, когда я следом за ним вывалилась на плато. От пещеры, в которой спал дракон, нас отделяло всего ничего.
— Не называй меня так!! — зашипела я, пытаясь незаметно потереть растянутую лодыжку. Некмет разрази этого нахала, из-за которого я потянула её!
Мои попытки потереть больное место не укрылись от незнакомца, на что он только предупреждающе шепнул:
— Сумасшедшая, оставайся здесь. Так и быть, за то, что развеселила меня и скрасила одиночество, я отнесу тебя на материк. Только ради всего святого, не мешайся под ногами и дай мне получить связь с драконом!
Ч-е-г-о?! Он собирается забрать у меня всё, ради чего я рисковала жизнью?!
Но, разумеется, мне хватило мозгов не произносить это вслух. На поясе незнакомца я подметила меч и кинжал и была уверена — он умеет всем этим пользоваться. И гораздо лучше меня.
— Хорошо, — выдавила я, хотя весь мой внешний вид скорее всего говорил об обратном. Что-что, а врать я никогда толком не умела.
 
— О Церут[3]! — мужчина вскинул руки к небу. На его лбу блеснул чёрный аметистовый ободок, исчезающий за тёмными волосами. — Что бы ты не затевала, ещё раз предупреждаю: сунешься к твари в пасть и сгинешь там сама. Доставать твои останки и хоронить по всем почестям шеррувимов не буду. Меня тошнит от ваших ритуалов!
Значит я была права, когда подумала о том, что он не шеррувим. Талласец?! Шаале меня убереги от такого знакомства! Это же равноценно измене Империи!!
— Не бойся, маленькая аэрукет[4], — хищно и многообещающе заверил меня талласец, видя страх, отпечатавшийся на моём лице. — Я не иду против законов Шеррувии, и если будешь хорошо себя вести, то моя дальнейшая помощь никак на тебе не отразится.
Ещё лучше. Даже не знаю за что я так нелюбима богом, что сначала мне пришлось добираться сюда через тернии, затем карабкаться по отвесным скалам и искать дракона, что запросто может меня убить и… Ради чего? Чтобы у самой цели встретить талассца, который захочет отобрать у меня последнюю надежду на помощь брату?
Стоп. 
Как он меня назвал? Аэрукет?
О Шаале…
Как он догадался?
[1] Бог у шеррувимов.
[2] Дьявол у шеррувимов.
[3] Богиня, которой поклонялись в древности на континенте до того, как единое государство распалось на отдельные Империи. Ныне ей продолжают поклоняться в Талласе, а также чтят языческие культы Шерруввии.
[4] Женщина-потомок фейри Сумрачного двора (шеррувимское наречие).
  
Глава 4
 
Я застыла на месте, не зная, как реагировать на такие слова. А талласец в это время решив, что я всё уяснила, ловко зацепился на горную породу и начал карабкаться к драконьей пещере, благополучно оставив меня на плато.
Дьявол, и что мне теперь делать?!
Подстрелить его, пока есть возможность? Или метнуть в него кинжал? А если он не сорвётся вниз, а успеет уцепиться? Что тогда? Дьявол, дьявол, дьявол!
Пока я лихорадочно соображала и перестраивала план действий, незнакомец уже практически достиг своей цели. Поэтому я просто напоследок решила махнуть на всё рукой и дать ему прекрасную возможность стать отвлекающим манёвром для меня и живой наживкой для дракона.
Сплюнув с плато на удачу и выждав несколько ударов сердца, я принялась тихо карабкаться за ним следом.
Пока он будет отвлекать дракона, я заберусь на него и тогда уже ему придётся молить меня о том, чтобы я его подбросила до континента! Если, разумеется, мужчина останется в живых.
Усмехнувшись своим недобрым мыслям, я высунулась из-за камня и оглядела пещеру, в которой скрылся талласец. На первый взгляд она была огромна и пуста, но я успела отметить небольшую груду белёсых косточек неподалёку. Обглоданных и старых.
Ещё раз убедившись, что никого нет, я тихо шмыгнула в пещеру, привыкая к полумраку — зажигать огонь я не могла ни в коем случае.
Продвигаясь наощупь вперёд, я молилась о том, чтобы талласец ушёл намного дальше, чем я. Не хватало ещё того, чтобы он прирезал меня в темноте!
Пещера оказалась очень длинной. Я шла и шла, пока впереди не показался просвет и не увидела фигуру талассца, что уже вышел на свет, льющийся из расселины горной породы. Затаившись, я позволила ему выйти из поля зрения, и лишь потом преодолела оставшееся расстояние.
То, что я приняла за пещеру, было лишь огромным коридором, что вёл в огромное помещение с уходящим в самый пик горы небосводом. Усеянная сталактитами и сталагмитами, а также костями различных животных и людскими черепами, пещера навевала ужас вперемешку с восхищением от красоты этого места. Голубые кристаллы светились в рассеянных лучах солнца, пробивающихся сквозь свод, как мерцал и снег, легко припорошивший устланный костями каменный пол.
Талассца и дракона я заметила не сразу. А когда увидела, у меня внутри всё опустилось от страха и того, насколько огромным был этот дракон вблизи.