Враг нации (СИ)
— Тебе в профессиональный бокс надо было идти, мужик. Цены бы такому ломовому лбу не было. А ты девок воровал, тьфу, стыдоба, — вместо краткой эпитафии обозначил свое мнение летчик.
Подняв свой автомат, осмотрел оружие.
— Вроде ничего не сломал, чертяка. Но вот я не понял, как он по мне не попал, как думаешь, Курсант? Эй, ты куда?
Котенок проигнорировал его вопрос. Он был занят важным делом. Спрыгнув с плеча друга, он поспешил к телу убитого дикаря и деловито слизнул несколько капель его крови.
— И вот зачем тебе это нужно? Кто увидит, скажут, что не кормлю мелкого. Некрасиво может выйти. И вообще это смотрится подозрительно. Учти на будущее.
Видя, что хвостатый откровенно игнорирует его вопросы, Март махнул на него рукой, переключившись на ту, ради чьего спасения они всю эту погоню с дракой и затеяли.
Он подошел к девушке, все еще лежавшей без сознания, осторожно похлопав ее по бледным щекам.
— Роза, очнись. Просыпайся, девочка… красная конница прискакала и наказала злодеев.
Глаза Бакановой распахнулись, обдав пилота волной сапфирного сияния.
— Где эти чудовища?
— Мертвые лежат неподалеку. Но это не точно…– заметив, как нервно дернулась девушка, добавил поспешно, — да шучу я, шучу. Твои обидчики наказаны, о прекрасная фройляйн. Поднимайся и айда к винтокрылу. Я есть хочу ужасно.
Роза, увидев практически обезглавленные тела в лужах быстро впитывающейся в землю крови, вздрогнула и заплакала навзрыд, прижавшись к груди своего спасителя. Он не слишком ловко приобнял ее за плечи левой рукой и помог подняться, бормоча, — Да чего там, не реви, это все в прошлом.
От чего девушка залилась слезами еще сильнее. Март, придерживая ее за тонкую талию, тянул бывшую пленницу подальше от места скоротечного, но такого ожесточенного боя, и постепенно Роза начала успокаиваться.
— Вот, совсем другое дело, — облегченно выдохнул Вахрамеев, когда всхлипы затихли.
— Спасибо тебе, Март, — прошептала она, высвобождаясь из его крепкой хватки. — Все, теперь я сама.
— Без проблем.
— А как ты думаешь, тот щеночек никуда не убежал? А мой букет и венок? Я хотела его доплести и тебе показать…
— Не знаю, о чем ты вообще. Но судя по количеству вопросов, тебе конкретно полегчало. И это хорошо.
За время, пока они добирались назад, привычная бодрость и жизнерадостность вернулись к Розе в полной мере. Она непрерывно восхищалась красотами природы, свежестью воздуха и, не умолкая, твердила про найденного «пёсика».
— Он такой милый. И совершенно беспомощный. Его надо отыскать и накормить.
— Интересно, а его мамаша не будет против? Обычно они яростно бросаются на всяких посторонних. Придется стрелять. И станет твой собакен сиротой по твоей же вине. Такой сценарий тебе в твою слегка ушибленную голову не приходил?
— Не знаю… — сбитая с толку, задумалась девушка, — а если его мать пропала? Он наверняка погибнет один.
— Вот еще, к слову. Обычно в помёте щенков несколько…
— Тем более! — продолжила упорствовать Роза. — Значит, уже что-то произошло, если он один выбрался к ручью, — пораженная новой догадкой она, волнуясь, схватила Марта за руку, — а если малыш утонет?
— Сомнительно. Хотя ты права, плавать такие мелкие еще не умеют… Ладно. Уговорила. Пойдем, отыщем твою потерю. А заодно постараемся найти логово. Глядишь, что-то прояснится…
— Спасибо, Март! Я знала, что ты, несмотря на свой суровый вид, в глубине души добрый и чуткий человек… — скосив глаза на его лицо, она добавила, — где-то очень глубоко внутри…
— Но это не точно, ты забыла добавить, — хмыкнул он, — Даже не знаю, что и сказать. То ли похвалила, то ли строго наоборот. Но это так… заметки на полях… Куда важнее другое. Мир этот дикий. Прекрасный и опасный одновременно. Мы тут всего несколько часов находимся и уже такие события. Тебя могли запросто сожрать. Или еще чего похуже… Что нас еще поджидает — вопрос открытый. Вывод? Надо соблюдать осторожность и не терять бдительности. Ты вообще как умудрилась проморгать двух этих бугаев?
— Сама не знаю. Увлеклась слишком и даже не оглядывалась по сторонам… — признавая свою вину, свесила девушка голову, так что длинная челка упала на лицо.
— Не делай больше так. Повезло, что они тебя решили живьем до стоянки тащить. А не сломали шею и не проломили башку первым делом.
— Я понимаю. И обещаю, что без твоего разрешения не стану никуда уходить.
Вахрамеев в ответ лишь молча пожал широкими плечами. Сам факт оставления боевого поста ради собирания гербариев оставался для него таким очевидным и эпического масштаба залетом, что даже говорить об этом не имело смысла.
— Кхм, да. Это было бы неплохо… Роза, а в вашей организации как вообще с субординацией и дисциплиной? Или вы вроде анархистов?
— У нас строгий порядок. Решения центрального комитета и съезда обязательны для всех.
— Ну, тем более, — не очень понятно для собеседницы подытожил Март. — Так, мы почти пришли, показывай, где тебя схватили. Начнем розыск детеныша.
Впрочем, искать пса не пришлось. Он сам выбрался к ним навстречу из зарослей. Забавно переваливаясь на крепких, широких лапках, он, скуля и повизгивая, заковылял прямиком к Розе.
Восторгам девушки не было предела. Она схватила щенка на руки и принялась целовать и тискать его.
— Видишь, — расплескивая небесную лазурь из полных незамутненного счастья широко распахнутых глаз, горячо зашептала она, — он запомнил меня!
— Спору нет. Пойдем, поищем теперь логово.
Погладив котенка, по-прежнему цепко державшегося на его плече, Март заметил.
— Видишь, Курсант, какие у нас тут приобретения. Ты его не обижай. Он еще совсем мелкий, хоть и втрое тебя больше. К слову, не хочешь своими ногами побегать?
Котенок согласно кивнул ушастой головой и лихо сиганул на землю, принявшись обнюхивать все вокруг. Март, рассудив здраво, что далеко щенок сам уйти бы не смог, огляделся по сторонам, отправился к ближайшему склону, у основания которого грудой лежали огромные замшелые валуны. В расщелинах между камнями запросто можно было отыскать надежное убежище даже для крупного зверя.
Так и оказалось. Несколько сильно погрызенных костей, стойкий, тяжелый запах крупной, никогда не мытой шампунем собаки, следы грубой, серой шерсти на ветках кустарника, прикрывающих вход в пещерку. Встав на колени, Март заглянул внутрь. Никаких признаков жизни. Только следы свежей, еще не запекшейся крови на присыпанном светлым песком каменном полу.
— Похоже, кто-то сюда наведался в отсутствие хозяев и сожрал пёселей. И случилось это совсем недавно. Будем считать — найденышу капитально повезло, что он вовремя свалил из дома в поисках лучшей жизни.
Роза, подошедшая следом с собакой на руках, тоже не удержалась и посмотрела на следы чьей-то жестокой трапезы. На глазах у нее проступили слезы. Щенок, понюхав воздух, тонко и пронзительно заскулил.
— Теперь все ясно. Больше здесь делать нечего. Пошли обратно к челноку. Я уже говорил, что от всей этой беготни оголодал немного.
— Как ты можешь даже думать о еде сейчас⁈ Ты бесчувственный чурбан, Вахрамеев! — не в силах сдержать возмущения, накинулась на него Роза.
— Война войной, обед по расписанию, — широко шагая, спокойно ответил Март девушке. — Зрелище, конечно, такое себе. Неаппетитное. Но за жизнь я и не такого навидался. И покруче намного. Взять, к примеру, недавно убиенных хлопов. Головы им разнесло как спелые арбузы… И ничего, ты над ними не рыдала. Рассуждала о красотах природы…
Возразить Бакановой на это было нечего, но и молчать тоже не хотелось.
— Это совсем другое…
— Да-да. Этодругин. Знакомо. У тебя сразу чувствуется европейское воспитание…
Девушка не уловила, в чем суть подначки, но отчетливо поняла, что в словах стрелка однозначно присутствовала изрядная доза сарказма.
— И вообще. Без качественного трех, а лучше четырех разового питания летчику никак нельзя. От этого он похудеет и перестанет выглядеть бодро и молодцевато. Опять же молодой организм требует своего.