Триединый (СИ)

Эзерин застыл, удивленный моим тоном.
— Что случилось, сынок?
Я молча смотрел на него. Колебался: пришло ли время узнать все, что родители скрывали? Да, я предполагал дождаться подходящего момента и выведать все окольными путями. Но ситуация критическая. Времени на тонкую дипломатию и шпионские игры больше нет. Придется идти ва-банк.
— Отец, — сказал я, — что произошло во время плавания? Как я исцелился от того, чем болел?
В воцарившейся тишине я слышал, как стучит мое сердце.
— Почему ты об этом спрашиваешь? — осторожно поинтересовался Эзерин.
В полумраке я почти не видел его лица. Но предполагал, что сейчас отец очень сосредоточен.
— Со мной происходят странные вещи, — я решил быть максимально правдивым, насколько это окажется возможным. — Я вдруг стал неотчетливо вспоминать то, чего со мной никогда не случалось. Это, наверно, звучит странно… Мне сложно объяснить… В моей голове словно всплывают кусочки жизни другого человека. И в то же время они кажутся моими собственными.
Сначала это было редко. Но в последнее время такое происходит все чаще. Мне кажется, что я схожу с ума. Я боюсь, отец.
Эзерин сел на кровать рядом со мной, взял за руку.
— Ты кому-нибудь рассказывал об этом?
Вопрос напомнил недавнюю беседу с сотрудниками Корпуса хранителей.
— Нет. Ты ведь не хотел, чтобы о том, что было во время плавания, кто-то узнал.
— Что заставило тебя так думать? — в голосе Эзерина послышалась настороженность.
— Мне так показалось, — я не стал вдаваться в объяснения. — Я ошибся?
— Нет, — после паузы, ровно ответил он. — Ты очень умный мальчик.
По звучанию последних слов мне показалось, что Эзерин улыбнулся.
— Не переживай, сын. И не бойся. Мы непременно разберемся с этим. Найдем лучших докторов…
— Они не помогут, отец. За последнее время меня осматривали три целителя… даже четыре, — добавил я, вспомнив Келла с его Даром. — Ни один не заметил ничего необычного. Только саэр Варлин обеспокоился тем, что я бредил. Но он посчитал это последствием переутомления или отравления дымом.
— Мы обратимся к другим докторам, более знающим… — начал отец.
— Папа, — перебил я, — готов спорить, ты понимаешь, что в «Стальных розах», где учатся и сражаются отпрыски наиболее знатных родов, не будут держать слабого целителя. И наверняка догадываешься, что семейный доктор — не то, на чем станут экономить Лейхандеры, представители одной из богатейших фамилий в стране… Нет, отец, даже самые известные лекари не сумеют обнаружить причину того, что творится со мной. Не знаю, что произошло во время путешествия по морю, но чувствую, что ответ нужно искать там.
Эзерин сидел неподвижно. Могу лишь догадываться, какие мысли носились в его голове.
— Скажи ему, милый, — раздался от дверей голос Росальбы.
— Как давно ты здесь? — не поворачиваясь к ней, поинтересовался отец.
— Достаточно, чтобы понять, о чем вы говорите, — мама вошла в комнату. Усевшись рядом со мной, обняла и поцеловала. Посмотрев на Эзерина, сказала: — Я всегда боялась, что за счастье, обретенное таким способом, придется платить. Но даже не подозревала, какой может быть цена. Лучше бы забрали мою жизнь, чем вновь лишиться надежды… и Виктора.
— Ты не права, незабудка, — в голосе отца мешались любовь, нежность и тревога. — Мы справимся и с этим. Нужно лишь выяснить причины. Ловец духов поручился жизнью, что все будет хорошо. Я заставлю его помочь нам или…
— Или что? — печально спросила Росальба.
Эзерин промолчал.
Я слушал затаив дыхание. Ловец духов? Что это? Как это связано со мной?
— Отец, — решился я привлечь внимание. — О чем говорит мама?
— Незабудка, — словно проигнорировав мой вопрос, Эзерин обратился к супруге, — ты не могла бы убедиться в том, что Ивелла не войдет сюда случайно?
— Не беспокойся, — Росальба легко встала. Наклонившись, поцеловала меня. Потом Эзерина.
Когда она вышла, плотно прикрыв за собой дверь, отец заговорил:
— Виктор, то, что я тебе сейчас расскажу, способно стать причиной гибели нашей семьи. За себя я не боюсь. Но ты и мама… Помни об угрозе. И никогда, ни при каких условиях, не говори никому ни словечка на эту тему. Понял?
 
— Да, отец, — с волнением произнес я. Меньше всего на свете я хотел бы навредить Росальбе. И Эзерину. — Не скажу.
— Хорошо. — Некоторое время он молчал. — Когда все доктора решили, что исцелить тебя невозможно, мы отчаялись. И вновь обрели надежду, узнав, что существует шанс помочь тебе. Но для этого следовало нарушить закон… Быть может, ты станешь презирать нас, но мы не колебались ни минуты. Единственной причиной, по которой мы сразу же не отправились на архипелаг Рейгардо, было отсутствие достаточного количества денег. Далекое путешествие само по себе затратно. Но куда больше пришлось раздать посредникам и заплатить самим ловцам духов… Чтобы добыть необходимые финансы, я оставил прежнюю работу. И пошел на службу к представителю другой фамилии…
— Отец…
Эзерин не дал мне договорить.
— Хочу, чтобы ты знал, сын: я ни о чем не жалею. И сделал бы это снова ради тебя.
У меня в горле появился комок. Чувствуя подступившие слезы, я сглотнул, но это не избавило ни от распирающего ощущения в гортани, ни от боли в сердце. Поэтому, привстав, я молча обнял отца.
— Магия островитян иного рода, нежели наша, — голос Эзерина чуть дрогнул, выдавая, что и ему непросто совладать с эмоциями. — И она находится под строжайшим запретом.
— Почему?
— Потому что вмешивается в основы мироздания, — мрачно ответил он. — Всех, кто практикует ее, равно как и людей, обратившихся к ловцам духов, в случае поимки сразу казнят. Без суда и вынесения приговора… Теперь ты понимаешь, почему ни единая душа не должна узнать у случившемся?
— Да, отец. Скажи, что сделали эти ловцы духов?
— Провели ритуал, укрепивший твой разум.
— Это из-за него у меня возникают непонятные воспоминания?
— Возможно.
Я задумался. Если меня перенесло в этот мир после какого-то загадочного колдовства, то, возможно, оно же и отправит назад? Неужели решение настолько незамысловато? Нужно выяснить, прежде чем моя крыша безвозвратно отъедет.
— Мы должны вернуться туда, — сказал я Эзерину. — На эти острова.
— Не исключено, что ты прав, сын, — промолвил он. — Но потребуется время. Сейчас у нас совсем мало денег, а путешествие на Рейгардо — дорогое удовольствие.
— Мало?
— Обучение в «Стальных розах» обходится недешево, — я вновь понял, что Эзерин улыбается. — Кроме того, нужно содержать дом, платить Ивелле и Онрису… Но не волнуйся, я раздобуду необходимую сумму. Теперь нам не потребуется столько золота, как в прошлый раз.
В этот момент я пожалел, что профукал все деньги, выданные Линнерардом. Но после, вспомнив выражение лица Росальбы, разглядывавшей украшение, напомнившее о доме, и искреннюю радость Селии, скакавшей по комнате с боевым веслом, устыдился этой мысли.
— Сколько потребуется времени, чтобы собрать деньги на поездку?
— Месяца полтора, — подумав, сообщил Эзерин.
Продержусь ли я столько? — меня одолевали сомнения. — Нужно найти способ добраться туда значительно быстрее. Только как? Попросить еще денег у деда? Чем это объяснить? Нельзя, чтобы он узнал правду… Может, занять? У кого только…
Тут я вспомнил о пятой по богатству семье Иризии. И сразу же подумал, что, если повезет, деньги нам и не понадобятся.
— Отец, мне кажется, нельзя тянуть. Мы должны встретиться с ловцами духов как можно скорее. И не исключено, что я смогу это устроить…
* * *
Все прошло даже лучше, чем я смел надеяться. Выслушав мою просьбу, Ульвар Лейхандер не стал задавать никаких вопросов. Вызвав одного из помощников, осведомился, отправляются ли в ближайшие дни какие-нибудь суда на Кахолаве. Помощник испросил разрешения проверить расписание и маршруты. Вернувшись, доложил, что через день к островам уходит грузовой корабль. А еще через шесть — пассажирский пароход.