Триединый (СИ)

На душе стало еще паскуднее. Я опять двинул по стене.
Все так хорошо шло! Она ведь тоже хотела. Точно хотела! И на тебе… Надо же было до такого додуматься! Маленький, блин…
* * *
…Наши лица оказались совсем близко друг к другу. Но в самый последний момент, вместо горячих губ Селии к моему рту прижалась твердая ладошка.
— Прости, Виктор, но так нельзя, — смущенно отводя взгляд, выдохнула девушка.
— Почему? — тяжело дыша, спросил я. — Ты разве против?
— Нет!.. Нет, — сдержаннее повторила Селия. Ее щеки алели, как розы на школьной клумбе. — Просто… просто это неправильно, понимаешь? Мне ведь уже восемнадцать, а тебе… Ты еще маленький. Но я непременно дождусь твоего совершеннолетия! — горячо заверила она.
Мне словно врезали бревном по башке. Потеряв дар речи, я глядел на Селию в полном офигении. А когда чуть пришел в себя, убито выдавил:
— Спасибо. Очень любезно с твоей стороны…
* * *
После такого эпического облома мне не хотелось никого видеть. Проводив Селию обратно в замок, я тихонько ускользнул с финальной части торжества. Сидя в полной темноте на подоконнике в своей спальне, глядел на ночное море, тихо ругался и мечтал о стакане вискаря.
Увидев гостей, направлявшихся к пришвартованным у пирса катерам, я с завистью подумал, что сейчас тоже хотел бы оказаться где-нибудь подальше отсюда. Хотя бы в Венранде. Интересно, в такое время там удастся купить бухло?
Мысль о ночном городе напомнила о моих тайных похождениях в Гелдерне. И я подумал, что, в отличие от спиртного, хорошая драка позволит выплеснуть негативные эмоции. Ну, или отвлечет от них.
Не теряя времени, я переоделся, схватил боевые перчатки и присоединился к одной из групп отплывающих.
В Венранде я первым спрыгнул на причал. Стараясь не попадаться на глаза стражникам Горгвара и охране Ульвара Лейхандера, оберегавшим рассаживавшихся по экипажам аристократов, улучил момент и юркнул в густую тень. Спрятавшись за пропахшими смолой бочками, дождался, покуда пристань опустеет. А после бесцельно побрел по территории порта.
Сперва я двигался вдоль причала, среди железного леса паровых подъемных кранов. Но, пару раз едва разминувшись с совершавшими обход сторожами, сменил курс и направился прочь от моря. Предусмотрительно обогнув здание портового управления, возле которого сияли фонари и прохаживались патрули Горгвара, оказался в районе складов.
Сначала вокруг возвышались добротные кирпичные здания. Но, по мере того как я углублялся в запутанные складские кварталы, количество фонарей уменьшалось, а строения выглядели все более ветхо и неказисто. В какой-то момент каменные здания сменились деревянными, а булыжная мостовая под ногами — сначала деревянными мостками, а после обычным утоптанным грунтом. Где-то там на меня и набросился грабитель.
Скоротечная драка не дала ожидаемой психологической разрядки. Я был все так же раздосадован и сердит. Поэтому, когда до меня донеслись приглушенные звуки схватки, я криво ухмыльнулся, прикрыл лицо шарфом и птицей понесся туда, где шел бой.
Шум исходил из большого угрюмого здания, сложенного из посеревших от времени бревен. За чуть приоткрытой створкой широких ворот, предназначенных для доставки грузов, метались тусклые отсветы фонарей. Время от времени слышались возгласы и звон сталкивавшихся клинков.
Когда я собирался войти, на меня из темноты с руганью бросился какой-то мужик. Я пресек попытку пырнуть меня ножом, ухватившись за лезвие. И тут же второй рукой ударил нападавшего в кадык.
Убедившись в отсутствии других желающих помешать мне, осторожно вошел в здание склада.
* * *
Внутри хранилище грузов напоминало просторный ангар, бессистемно заполненный ящиками и тюками. Поставленные друг на друга, они образовывали почти трехметровые штабели, между которыми вились узкие проходы. Судя по мельтешению огней, в этих коридорчиках сновали люди. При этом, то там, то здесь раздавался и тут же смолкал тонкий лязг клинков.
 
Пытаясь разобраться в происходящем, я тихонько полез на ближайшую пирамиду из ящиков. Замер на миг, когда прямо подо мной торопливо прошли трое мужчин с фонарем. Затем продолжил восхождение.
Вскарабкавшись наверх, я согнулся, чтобы не зацепить балки, поддерживавшие потолок, и медленно двинулся вперед, ориентируясь на самые громкие звуки.
Внизу то и дело кто-то пробегал, ударяясь о выступавшие углы ящиков и злобно матерясь из-за этого. Отрывистые шумы схватки тоже постоянно перемещались. По этой причине возникало впечатление какой-то бессмысленной суматохи.
Что-то стало проясняться, когда со своей верхотуры я рассмотрел крадущегося в очередном проходе человека. Поворачивая за угол, он столкнулся с двумя другими. Зазвенели кинжалы. Ранив ближайшего противника, одиночка толкнул его на второго врага и, развернувшись, помчался в обратную сторону. Вскоре оттуда, где он исчез, послышался крик, тут же перешедший в жуткий стон. После паузы, чуть дальше вновь зазвенел металл.
Увиденное наводило на мысль, что я стал свидетелем не схватки, а, скорее, охоты. Одиночка или немногочисленная группка пытались смыться, а куда больше людей стремились их поймать или прикончить. Судя по возбужденным возгласам, скорее второе.
Усевшись на ящик, я закрыл глаза. Сконцентрировавшись, попытался сложить многочисленные звуки в цельную картину. Что самое удивительное, мне это удалось. Хотя чему удивляться? Меня ведь учили подобному. Иначе, как разобраться, что происходит в хаосе боя или в темноте?..
Осознав, о чем подумал, я похолодел. Позабыв о складе, не слыша прорезавшего тишину и резко смолкшего крика умирающего, сидел, невидяще таращась в пустоту. В черепной коробке билась лишь одна мысль: откуда это взялось в моих воспоминаниях?
Начала кружиться голова — почти так же сильно, как у памятника на площади. Прижав ладони к лицу, я подавил стон.
Не сейчас! Не время! Еще не хватало вырубиться здесь…
Медленно и глубоко дыша, я очистил разум от посторонних мыслей. Вновь начал слушать звуки, раздававшиеся под крышей склада. И понял, что они изменились. Топот метавшихся по рукотворному лабиринту людей стих. Зато крики и звон оружия больше не умолкали. И не перемещались.
Похоже, того, кто бегал, таки догнали, — решил я.
Догадка оказалась верной. Приблизившись к эпицентру шума, я увидел восьмерых мужчин, столпившихся возле узкого прохода. В его глубине ожесточенно обменивались ударами две неясные в полумраке фигуры. Тесное пространство не позволяло остальным присоединиться к схватке, поэтому им оставалось лишь наблюдать да подбадривать товарища.
Моральная поддержка не помогла. С болезненным возгласом, боец, что находился ближе к выходу, подался назад и стремительно выскочил, прижимая к корпусу правую руку. Его место тут же занял другой.
Тому, кто оставался в глубине прохода, деваться было некуда. Узкий коридорчик заканчивался тупиком — я прекрасно видел это со своей позиции. Поэтому человеку ничего не оставалось, как вступить в бой.
Вновь усевшись, я принял позу роденовского «Мыслителя».
Должен ли я вмешиваться? Все это походило на то, что на склад пробрался вор, а сторожа его ловят. И судя по всему, вот-вот успешно справятся с задачей. Моя помощь им явно не требовалась.
Из прохода спиной вывалился боец. Его подхватили, оттащили в сторону. Судя по всему, загнанный в угол вор достал его основательнее, чем предыдущего.
— Марв, тащи копье! Приколем эту гниду, — заорал кто-то.
От группы отделился человек и поспешил вглубь склада. Прочие стояли, заглядывая в полутемный закуток. Заходить внутрь никто не решался.
— Ща сдохнешь, тварина, — пообещал едва различимой фигуре в глубине один из сторожей.
Вор помирать явно не хотел. Он метнул кинжал, вонзившийся в плечо говорившему и заставивший прочих отшатнуться в стороны. Воспользовавшись этим, грабитель бросился вперед. Оттолкнув сторожа, пытавшегося вцепиться в его одежду, вор юркнул в боковой проход. Замешкавшаяся охранники с проклятиями рванули следом. На месте остались только двое раненых и лежавший — то ли мертвый, то ли без сознания.