Триединый (СИ)

Наплевав на внешний вид, я вылил остаток воды на голову. Поднявшись, пригладил ладонями влажные волосы.
Вчерашний доктор ошибся. Это не утомление. Я догадывался о правде, но предпочел успокаивать себя иллюзиями. Но теперь деваться некуда. Ежу понятно, что я в жопе. Вопрос, что с этим делать и к кому обратиться за помощью? И способен ли вообще мне кто-то помочь?
* * *
Торжества превзошли все мои ожидания. Я думал, будет званый ужин, может, бал. Но такой грандиозный прием мне не мог привидеться даже в страшном сне.
Весь вечер многочисленные гости прибывали по суше и по воде. Повсюду сияла праздничная иллюминация: казалось, замок светится от подножия до самого высокого шпиля.
Разноцветные огни отражались в драгоценных украшениях разряженных дам. Если судить по ценникам в ювелирной лавке, в которую я заглядывал в Гелдерне, на некоторых гостьях было навешано целое состояние.
Впрочем, я подумал об этом и сразу забыл. Все мое внимание было поглощено Селией и Фиореллой.
Обе и так были красивыми. Но после того как над их внешностью потрудились местные стилисты, девушки стали неотразимыми. Сложные прически, легкий макияж, пышные платья вместе с переливавшимися камнями украшений создавали просто неземной образ.
— Я бы хотел сказать, как волшебно вы выглядите, — сообщил я девушкам, — но у меня нет подходящих слов.
— А ты попытайся, — чуть покраснев, настаивала Селия.
Фиорелла, опустив темные ресницы, кивнула.
Мне в голову лезла всякая дежурная чушь, вроде фразочек про ангелов, упавших с неба. Может, что-то из поэзии? Я попытался вспомнить подходящие строки из Пушкина. Сдавшись, сказал:
— Мне кажется, что не видел никого прекраснее вас.
— Ну что ж, — с напускной небрежностью произнесла краснеющая Селия, — пусть будет так.
Мэльволия коротко взглянула на меня и отвернулась. Мне показалась, что она улыбается.
Потом начался бал. Я танцевал с Селией, Фиореллой, Амандой и еще какими-то женщинами. Но больше с Селией. И каждый танец твердил про себя: «спасибо, матушка, спасибо, учитель танцев Лормейн. Без вас я бы облажался…»
Эта часть торжества меня утомила. Пусть меня и натаскали, но вот, хоть убей, не люблю я танцы. И дома не любил. И радовался, что поглощенная работой Олеся не таскает меня по клубам, как девушка, с которой я встречался до нее.
Впервые за долгое время вспомнив об Олесе, я вдруг удивился, чего так переживал из-за разрыва с ней. Она ведь абсолютно заурядная. Смазливая, но совершенно бесцветная на фоне, что Фиореллы, что Селии…
* * *
Когда начинался бал, я удивлялся, почему его не устроили после банкета. Мне казалось, это более логичная последовательность событий. Ведь у нас как: сначала посидят, поедят-попьют, а затем танцуют…
Оказавшись в пиршественной зале, я понял, что на Сагинее иначе нельзя. Потому что тот, кто выживет после застолья, танцевать точно не сможет.
Есть выражение «столы ломились от яств». На дне рождения Селии, я своими глазами увидел, как это. Здесь было так много всего, что я даже не знал названий большинства блюд. При этом слуги постоянно уносили одни и притаскивали новые…
* * *
Кульминацией праздника стал феноменальный по размаху фейерверк. К его началу гостей пригласили на открытую галерею. Когда все заняли места, стартовало огненное представление.
С нескольких десятков кораблей, разбросанных по акватории, то и дело взмывали шипящие светляки, распускавшиеся в ночном небе гигантскими красочными цветами.
Глядя на переливавшиеся и отражавшиеся в темной воде разноцветные всполохи, я подумал, что ошибался ранее. Порох или что-то наподобие местные все же открыли. Но использовать в качестве оружия явно не додумались. Если не ошибаюсь, в Китае было то же самое… Любопытно.
* * *
После завершения фейерверка, пришедшие в восторг зрители покинули галерею. Я, размышляя о возможном применении взрывчатых веществ, остался в одиночестве.
 
— Виктор, — мне на плечо легла легкая ладонь, — тебе наскучил праздник?
Повернувшись, я взглянул на Селию. Улыбнувшись, покачал головой:
— Нет. Просто задумался.
— О чем?
— Да так, о разном.
— Признавайся, о чем?! — затормошила она меня.
— О том, что до сих пор не отдал тебе подарок, — нашелся я.
Глаза Селии загорелись:
— Ты приготовил мне подарок?!
— Ну да. Что тут такого?
— Я хочу его увидеть!
— Он остался в моей комнате, внизу.
— Пошли скорее! — Селия возбужденно потянула меня за руку.
Я попытался сопротивляться:
— А как же гости? Это ведь твой праздник. Все здесь ради тебя.
— Ерунда! Никто и не заметит! — Селия продолжала тащить меня, как паровоз.
— Ну, как скажешь, — поддался я ее напору.
Когда мы вышли на площадку с подъемником, я ожидал, что рыжая, как и в прошлый раз сиганет вниз. К моему удивлению, она поехала со мной. Все время спуска девушка расспрашивала, что за подарок я приготовил. Я улыбался и говорил, что она скоро сама все увидит.
Миновав нескольких охранников — в этот вечер стражи всюду было не меньше, чем гостей, — мы прошли через сад к дому.
Оказавшись внутри, все еще держась за руки, поднялись на второй этаж. Я провел Селию в комнату, где на столе лежало боевое весло. Подхватив его, с легким поклоном передал сверток девушке:
— С днем рождения. Надеюсь, эта шту… этот подарок придется тебе по душе.
— А я удивлялась, что за сверток ты везешь, — огненноволосая красавица непонятно откуда достала маленький острый нож и распорола упаковку.
— Вот это да! — восторженно воскликнула она, стряхнув с оружия остатки плотной бумаги. — Это просто чудо! Спасибо!
Сбросив с лезвий кожаные чехлы, Селия отступила на несколько шагов, чтобы не задеть меня, и принялась с невероятной ловкостью крутить древко с клинками. Мне подумалось, что нечто подобное вытворял со своим двойным световым мечом Дарт Мол в «Звездных войнах». Хотя, готов спорить, Селия легко уделала бы забрака.
Подтверждая мои мысли, девушка взвилась в воздух и, словно смерч, закружилась на месте. Низ длинного платья разошелся, будто раскрывшийся цветок, обнажив стройные ноги. Сверкающие лезвия оружия свистели. Попади под них человек — это была бы мясорубка.
Приземлившись, Селия взглянула на меня. Ее глаза светились восторгом, щеки раскраснелись, грудь тяжело поднималась при каждом вздохе.
— Это лучший подарок! — воскликнула она. — Спасибо, Виктор!
Продолжая сжимать боевое весло, как счастливый ребенок погремушку, она бросилась мне на шею. Я на автомате подхватил ее за талию, притягивая к себе. Селия не сопротивлялась, глядя на меня широко открытыми глазами.
А я, не задумываясь, потянулся к ней, собираясь поцеловать…
  
Глава 25
 
Пропустив мощный удар в солнечное сплетение, бандит задохнулся.
— Маленький, значит! — кулак в стальной перчатке врезался в заросшую челюсть. — Маленький!
Я был настолько взвинчен и зол, что не сумел вовремя остановиться. И когда нокаутированный мужик начал падать, успел от души врезать ему ногой по ребрам, хотя это уже не имело смысла.
— Маленький… — отвернувшись от грабителя, решившего, на свою беду, тряхнуть заплутавшего в порту паренька, я зашагал между массивными деревянными строениями.
Было темно, под ногами валялся мусор, воняло мочой и тухлой рыбой. Но я перся, не разбирая дороги. Меня переполняли раздражение и обида.
— Маленький, сука! Серьезно? — Я на ходу в ярости врезал кулаком в дощатую стену. — Да мне, блин, сшс-сш… соро… тьфу! Тридцать! Мать его, ТРИДЦАТЬ!!
Под башмаком что-то стеклянно зазвенело: скорее всего, пустая бутылка. Я дернул ногой, желая отфутболить ее подальше. Промахнулся. Поскользнувшись, чуть не упал. Шаркнул по земле, очищая подметку от того, во что наступил, надеясь, что это грязь.