Я знаю - ты врёшь! (СИ)
- А-а... - парень потоптался на пороге явно не желая возвращаться к Тиму. Интересно, что они там делают? - Хочешь пить?
- Нет, спасибо, - да у меня сердце в желудке скачет, от мысли, что он догадается о том, что я тут болтала Аринке, а он мне воды предлагает. Тут что-нибудь покрепче не помешало бы.
- Ну, ладно. Спокойной ночи, малышка.
- Спокойной, - блин, только не у меня похоже.
И только убедившись, что он ушел, я продолжила разговор с Ариной.
Удивительно, но подружка все это время молчала.
- Эй, ты здесь еще? - неуверенно поинтересовалась я у притихшего телефона.
- Ты же говорила, что он гей, - вместо ответа напомнила мне Аринка.
- Ну, да... - вяло согласилась я и съежилась под одеялом.
Нет, я, конечно, не ожидала, что подружка меня объсмеёт, но выразить свое "фи" вполне могла. Однако, вместо этого Ариша преисполнилась бешеного энтузиазма - я это прямо по голосу чувствовала.
- Ты должна наставить его на путь истинный, - вдохновенно заявила она. - Может он еще не до конца потерян для женской части населения.
Я задумалась. Резон в Аринкиных словах безусловно был. Там, в гостях, когда Глеб постоянно прижимался ко мне, мне показалось, что... ну, в общем, что он возбужден. Об этом я и сообщила Арине.
- Вот-вот. Ты должна его совратить!
- Я? - ей-Богу, плохо это себе представляю.
- Конечно, ты. Или ты хочешь чтобы это сделал кто-то другой? В общем, так... Сейчас ты пойдешь принимать душ и забудешь в комнате полотенце... и халат тоже забудь, на всякий случай.
Некоторое время я ошалело молчала.
- Ты хочешь чтобы я бегала голой по квартире? - осторожно поинтересовалась.
- Идея не плохая, - после минутной заминки протянула Арина. - Но вообще, мои мысли были скромнее. Постоишь - поорёшь Глеба, чтобы он тебе полотенчико принес. Ты ж вроде говорила, что занавеска в ванной у вас одно название.
- Ну, да... - в душ мне как-то не хотелось. Орать тоже.
- Тогда, вперед! Я в тебя верю!
- Э-э... А может как-нибудь в другой раз? Я уже как бы спать легла. О! У нас еще нетрезвый Тим в гостях.
- Корольков? - заинтересовалась подруга, но я была вынуждена ее разочаровать:
- Нет, другой... Вдруг на мои вопли он прибежит.
- Ладушки, - я почти увидела как Аришка кивает своим мыслям. - Тогда завтра утром. И не смей передумать - твое счастье в твоих руках.
- Угу, - кивнула я, уже догадываясь,что никогда на предложенный Ариной план не решусь.
Мы поболтали еще немного о Кире, о Машке Скворцовой - нашей одногруппнице, которую Аринка встретила на днях в компании двух малышей и, наконец, о планах на Новый год, после чего распрощались. До завтра. Ну вот, теперь она будет контролировать мои "успехи".
Вздохнув, я откинулась на подушки. Ни о каком сне и речи быть не могло - мыслей в голове после разговора с Аринкой меньше не стало. Наоборот, заставляя ворочаться с боку на бок, к ним присоединились развратные картинки, демонстрирующие как я буду зазывать Глеба в ванную комнату...
И все же удобное положение не сразу, но нашлось - я затихла. На пять минут. Потом некстати вспомнила, что позволяла себе не особо стесняясь переодеваться с открытой в комнату дверью и вспыхнувшее смущение вновь заставило меня закрутиться под одеялом. А еще он мне платья гладил. Вот не станет нормальный парень гладить платья, а у Глеба еще и получалось не хуже, чем у моей бабушки... во всяком случае гораздо лучше, чем у меня. И какой из этого вывод?
- Какой вывод? - повторила я вслух. - Педик он - вот какой вывод.
Кстати, надо будет спросить его, что там насчет группы и выступлений? И почему мне ничего не сказал? Вообще странно... Надо будет на него обидеться за это... А в душ я не пойду.
- Блин! - я села в постели. Хороша подружка. Глеб ко мне зачем приходил-то, когда я еще на прежней квартире жила? Правильно, английский подтянуть. И вот, мы с ним уже два месяца вместе живем, а я так и не провела ему не единого урока. И даже не предложила как следует. Еще права качать собралась, а сама - неблагодарная.
Желание восстановить справедливость носило безотлагательный характер. Я вскочила с кровати, натянула поверх своей развратной пижамки халат и выглянула за дверь комнаты.
В квартире царила тишина. Время перевалило за полночь и парни, вероятно, тоже отправились баиньки.
Отогнав чувство сомнения, я решительно двинулась к комнате Глеба. Сейчас я ему скажу, что готова заниматься с ним в любое свободное время и успокоюсь.
Первое, что я увидела, проникнув в комнату парня была обтянутая темной тканью Хлебушкина попа, соблазнительно торчащая из-под одеяла. И конечно, у меня тут же возникло желание убедиться, что родинка на левой ягодице таки имеется. Но нет, я вовсе не собиралась сдирать с него трусы - к счастью, или все таки сожалению, воспитание не позволяло бросаться на спящих мужчин... и на не спящих тоже. Посему, честно стараясь не смотреть на Хлебушкин зад, я остановилась в паре метров от кровати и тихо позвала парня:
- Глеб... Глее-еб... - проблеяла я.
Ответом мне был богатырский храп... Моя слабая, но искренняя надежда, что в прошлый раз, когда я спонтанно пыталась проникнуть на Глебушкину территорию так зверски храпел Женька, растаяла как дым. Может Хлебушек еще и слюни пускает? Тогда есть надежда разлюбить его с чистой совестью. Нервно переступив с ноги на ногу, я прислушалась к себе и поняла, что нет, слюни не помогут. Слюни - это, при определенной доли фантазии, даже мило. Тут надо что-нибудь посущественнее.
Оставив дверь комнаты открытой - Глеба я вовсе не боюсь, просто так светлее (в коридорчике я предусмотрительно зажгла свет), я приблизилась к кровати вплотную, пытаясь решить, стоит ли будить соседа или все же отложить на завтра мое предложение позаниматься с ним? Словно почувствовав мое сомнение, Глеб тяжело вздохнул, повернулся ко мне лицо и, перестав храпеть, тихонько засопел. Выглядел он при этом весьма... няшно, как сказали бы пятиклассницы Кости.
Я зависла. Ох, чего бы лишнего ему не предложить от волнения. Вновь мелькнула мысль, исчезнуть из чужой спальни по добру по здорову... Но внезапно мне стало обидно - вот, дрыхнет тут спокойненько, пока я там стада баранов без толку считаю.
- Глееб? - склонилась я над парнем.
И тут из-за спину Хлебушки появилась огромная ручища и едва не огрев меня по голове, приземлилась собственно на моего соседа, тут же подтащив его поближе к своему хозяину. Честно не помню, что я подумала в тот момент, но не завизжала я по чистой случайности - голосовые связки просто отказывались мне подчиниться. Поэтому я просто стояла и молча разевала рот, пока до меня наконец не дошло, что укутавшись в плед за спиной Глеба спит вовсе не чудовище, а Тим Булыгин.
И вот мне интересно... Женька вообще в курсе?
Постояв еще немного возле кровати, так и не смогла разбудить парней. Не хотелось мне смущать ни Глеба, ни Тима... тем более Тим, небось, еще так вывернул бы, что смущаться мне пришлось.
Вздохнув, вышла из спальни и понимая, что уснуть не смогу, поплелась на кухню. Поставила чайник. Знаю, что есть на ночь вредно, но я ж в лечебных целях - подлатать расшатавшиеся нервишки. Торт искать было бесполезно - точно знаю кто его сожрал, потому на стол перекочевали масло, сыр, колбаска и булочка - лечиться так лечиться.
И вот когда чайничек закипел, я заварила себе успокоительного ромашкового чая и с комфортом устроилась за столом, на кухню пришлепал щурящийся от света Глеб. Утруждать себя халатиком он не стал, явившись в чем спал, то есть совершенно налегке - в одних плавочках, которые почему-то показательно и совершенно недвусмысленно топорщились спереди, который раз вызывая во мне совершенно неприличное желание заглянуть куда не просят. Права, наверно, Аринка, в моем возрасте девственность уже болезнь и пора бы уже всерьез заняться своим здоровьем. Эх, может ну его этот план с душем? Скину халатик прямо здесь - пижамка полупрозрачная, даже лучше чем за занавеской получится.