Соседи. Попасть, выжить и (Не) влюбиться (СИ)

– Нет, просто после всего я ужасно выгляжу, – призналась я, кажется, густо краснея.
– Да, ну, что вы! – голос Града звучал мягко и почти участливо. – Вы очень даже миловидная… А главное – отчаянно смелая. Вы – одна из немногих женщин, что вызывают во мне искреннее неподдельное восхищение.
Я нашла в себе силы посмотреть в лицо генерала. Он улыбался, правда не так, как улыбается мужчина той самой женщине, что затронула глубоко и надолго. Скорее так улыбается учитель своей ученице, или отец – дочери…
Это расстраивало. Впрочем, я прекрасно осознавала, что рассчитывать мне тут совсем не на что. 
Да, одна его близость заставляла меня краснеть, бледнеть и терять самообладание. Делать глупости и говорить не своим голосом. Будто меня какие-то существа неожиданно подменили.
Но я отлично видела – Сиолилан Град скорее заинтересован мной, как героиней происшествия в желтом туннеле, нежели, как женщиной. И следовало смириться с этим, принимая реальность.
Следовало бы… наверное… По крайней мере, так я не выставила бы себя совсем уже дурой.
Впрочем… Это случилось несколько позже…
– Могу я узнать, что вы забыли в зоне отчуждения поселения? Точнее – в поле отчуждения? – уточнил Град. – Вы так все рассматривали, озирались, глаза выпучивали и щурились…
– Мне неловко признаться, – честно ответила я.
– Ну, давайте, тогда вначале признаюсь вам я. Я следил за вашей судьбой с тех самых пор, как узнал, как вы выбирались из разрушенного туннеля по воздуховодам. Вы меня заинтересовали, Кирай.
Я вскинула на него взгляд, изучая суровое загорелое лицо воина. Такое красивое, что просто дыхание перехватывало. Чеканный профиль, как иногда выражались, и словно выбитые в камне черты… Резкие, отточенные и гармоничные…
Я никогда красивей мужчины не видела!
Однако Град, сам того не подозревая, остудил мой пыл почти сразу же.
– До вчерашнего дня я знал лишь одну женщину, которую мог уважать и восхищаться от всего сердца. И которая в критических обстоятельствах не уступала мужчинам…
– Теллу Тернову? – абсолютно беспардонно вырвалось у меня. 
Я думала – он смутится или же разозлится. Но Град развел руками и спокойно сказал:
– Да. Я любил ее и люблю также, как раньше. Знаю, что об этом ходят и слухи, и легенды, и сплетники судачат периодически. Все это правда. Не вижу смысла отпираться. Эта женщина в моих мыслях и мечтах по сей день. Если бы она позвала, я приполз бы на брюхе… Но сейчас не об этом…
Его откровенность сбивала с ног, ошарашивала и потрясала. Я снова отметила, что лесники совершенно не похожи на подземников и речников. Они были более открытыми и прямолинейными. 
Я даже несколько минут не понимала – что бы ответить. Любые слова выглядели пафосно-бессмысленными и глупо-наивными.
Что я влюблена в него уже очень давно?
Да! Ну и что с того? Он любит Теллу.
Что у них, наверняка, есть возможность еще помириться. Хотя я понятия не имела, почему эта пара вообще разошлась. Со стороны чудилось – они – просто две половинки одного целого. Вот прямо так: картинно и фантастично. Инь и Янь, только из разных миров.
И вдруг…
Пока усиленно прятала взгляд, боялась даже посмотреть снова на Града, не понимала – как вообще вести себя после его откровений, генерал усмехнулся – спокойно и практически расслабленно.
– Да не переживайте вы! Мне плевать кто и что думает про нас с Теллой! 
Я вскинула на него взгляд, не до конца еще веря, боясь, что это – лишь ширма, бравада, попытка зашторить окно в комнату, где заперты истинные эмоции генерала… Но лицо Града казалось совершенно открытым. Расстроенным слегка – это да. А может и не слегка, я прямо чувствовала, как его рвет из-за расставания с Теллой. Но не скрытным, без маски, к каким я привыкла.
Уж это я, связистка, с огромным стажем, распознавала намного лучше других. Передо мной проходила череда людей каждый день: обычных, военачальников, высших чиновников, ученых, артистов и прочее, прочее.
Уж что-что, а фальшь я за версту чуяла...
– Я бы не смогла вот так, как вы, признаваться в своих чувствах и слабостях, – обронила я.
 
Град опять усмехнулся.
– Смогли бы. Вы тоже личность – незаурядная и отчаянная.
Слово за слово, и мы начали общаться почти, как давние знакомые. Словно мы с генералом дружим уже много лет.
Он неожиданно, между делом, сообщил то, о чем я и помечтать не могла.
– Я, кстати, помню вас, Кирай Ойлис. Еще по центру адаптации для попаданцев. Я туда к Телле часто наведывался. И вы были на уроках вместе с Терновыми.
– Я тоже вас помню…
Я смутилась и невольно отвела взгляд.
Град мягко подтолкнул меня плечом.
– Да не волнуйтесь. Да, знаю, что нравился вам. Ну и что? Ерунда это все! Это не значит, что мы не можем сейчас нормально общаться. Ну, правда! Забудьте вы все эти глупости! Это же – лесной город! Тут все по-простому! Не то, что у церемонных подземников и лесников. Зачем нам нужно скрывать друг от друга, что я люблю Теллу, а вам почему-то я очень нравился в те времена? Каждый из нас это видел и хорошо понимал. Лицемерие лишь только все портит. А вот открытые, честные отношения укрепляют и дружбу, и семьи.
– Мы можем быть друзьями?
– Коне-ечно! Я бы гордился такой дружбой, Кирай! Вы же – героиня вчерашнего дня!
– То же мне героиня… я просто спасалась…
Град вдруг приостановился, крутанулся и закрыл мне проход своим телом.
Кивнул: мол, посмотри мне в глаза. Я послушалась – иначе никак. Я не могла противиться его воле…
– Запомни, Кирай. Никогда не прибедняйся и не стесняйся! Тем более, не умаляй собственные заслуги. Ты большая молодец, героиня. И если захочешь к нам, к лесникам…
– Очень хочу! – выпалила я.
  
9.3
 
– В таком случае, я найду тебе место. У нас хороших связистов немного. Но будут и другие, сопутствующие обязанности.
– Я готова! Я безумно устала жить под землей, как какой-то червяк!
– Понимаю, – усмехнулся Град, и мы снова двинулись по дороге.
Впервые передо мной был человек, не привыкший скрывать ни свое мнение, ни свои ощущения, ни собственные чувства. Он казался открытым, как на ладони. И в этой откровенности и несдержанности сквозила немыслимая сила человека, что совершенно не стесняется своих слабостей и не боится ни других, ни себя.
Он нравился мне все больше и больше.
Его размашистые, вольные движения, при этом резкие, как у военного и четкие – ни единого лишнего. Его бас – грудной и глубокий. И его честные, прямолинейные предложения.
Эх! Будь я на месте Теллы Терновой…
– Знаете, я думаю, в свете всего пережитого, что всем поселениям обязательно нужны учения. Как в экстренных случаях выбираться из города хотя бы по тем же воздуховодам. Как ориентироваться в туннелях… И прочее, прочее. Думаю, что это критически важно. Вдруг враги повторят свой подрыв… – делилась я собственными идеями.
– Раньше подобного не случалось, – задумчиво ответил Град.
– Теперь же случилось! А это значит, что твари могут повторить подобное, и даже не раз. Совершенствовать атаки, подрывы, диверсии. Они ведь учатся, и это заметно.
– Интересно мыслите, – генерал покачал головой и усмехнулся. А меня прямо-таки несло по волнам идей и задумок.
– И еще. Физподготовка не помешает. Когда лезли по канату, многие едва не сорвались, а от этого зависели жизни. Плюс к тому, можно по территории, где бегут по открытой местности, пропускать слабый разряд. Он не убивает, но дает воинам возможность отстреливать врагов куда более эффективно.
– Разумно. Есть еще подобные предложения? – Град выглядел реально заинтересованным. И уж если, как женщина я его совершенно не волновала, дико хотелось поразить как-то иначе. Я старалась, ради него, ради себя и ради чего-то большего, чем мы оба…
– Вот, знаете, уж раз вы спросили... Я все время думала, что неплохо бы как-то устроить обмен опытом между военными разных поселений.