Я Гордый часть 7 (СИ)

Я поправил ремень на брюках, смахнул с плеча несуществующую пылинку, пригладил волосы, — черт, так и не заскочил к парикмахеру! — после чего постучал в дверь.
— Сова, открывай. Медведь пришел!
— Никого нет дома, — раздалось за ней.
— А кто это говорит?
— Автоответчик.
— Слышь, ответчик! Я пришел за медом. И если мне его не дадут, то я устрою местным пчелам геноцид. Мне Пятачок как раз подогнал ружье, и я могу из него попасть не только в шарик.
— А стреляешь-то хоть быстро? Сможешь попасть по движущимся пчелам?
— А то!
— Скорострел, значит. Нам такого не надо. Мы правильные пчелы.
— А я неправильный медведь. И если они мне не откроют, то я вынесу дверь в улей и надаю им по жопам!
— Ух, какой ты грозный!
Наконец дверь передо мной раскрылась, и за ней предстала Снежана, одетая в тонкий черный шелковый полупрозрачный пеньюар, едва скрывающий ее попку. Зайдя внутрь, я осторожно закрыл дверь, сосредоточенно осмотрелся и в миг сцапал расслабившуюся девушку в объятья.
— Иди в душ, а после я жду тебя. Мириться будем, и поверь, тебе понравится, — шепнула она, тяжело дыша мне в ухо.
Оторвавшись от ее губ, я посмотрел на эту чертовку, ожидая, что мне все это кажется, и она сейчас исчезнет. Но нет, все было реально.
И вот я, побив все рекорды по скорости принятия водных процедур, лежу на кровати в полной боевой готовности, глядя, как она медленной походкой хищницы приближается ко мне, на ходу теряя остатки одежды и совести. Потому что заставлять меня ждать в такой момент — это бесчеловечно.
— Как пожелает мой господин наказать свою недостойную наложницу? -шепнула она, и остатки воли помахали мне рукой, а я с рычанием набросился на нее, задыхаясь от желания…
Спустя незнамо сколько времени мы наконец оторвались друг от друга, тяжело дыша. Надо же, смогла выдержать мой напор и даже немного вымотать! Не мои девчонки из отряда, но очень достойно.
— Значит, все-таки решилась? — задал я тревожащий меня вопрос.
— Конечно, я же обещала. Просто сложно было переступить через себя. Но я не жалею. Мне вообще казалось, что я умру старой девой, так и не найдя того единственного, с кем хотелось бы связать судьбу. И вот уж точно даже в мечтах не могла представить себе, что стану наложницей принца.
— Мне не нравится слово наложница, -поморщился я. — Веет от него чем-то нехорошим, пережитком старины, что ли. Мне тут недавно подсказали, что есть понятие Водимая жена. Так что я так и буду вас называть — водимые жены. Суть от этого не меняется, но произносить приятней. Или просто младшая жена, что тоже неплохо.
— Мне все равно, как это называется. Главное, что с тобой, остальное неважно.
— Хорошо. Я, кстати, завтра уезжаю вместе с мамой. Надо ранг подтвердить, ну, и показать всему миру, что в империи появился маг уровня император.
— А оно тебе надо?
— Надо, Снежана. Как принц империи, я могу многое. Но как маг — император, я могу вообще все. Если я заявлюсь ко двору, например, сатрапа Персии и ударю кулаком по столу, ко мне отнесутся как к не очень умному принцу сильной державы. Посмеются и забудут. Или вообще не обратят внимания. Но если я заявлюсь туда как маг уровня император, то на мой удар обратят очень пристальное внимание и как минимум спросят, чем я так недоволен. Причем спросят их маги, уже прикинувшие, что расклад сил не в их пользу. И они настойчиво посоветуют сатрапу отнестись ко мне очень серьезно. Понимаешь, Снежана? Ранг — это авторитет, который мне очень нужен в дальнейшем.
— А это испытание, оно вообще опасно?
— Вроде нет, но это ж я. У меня никогда ничего просто не бывает. Да и не знаю я всего — на месте буду разбираться. Мама напустила тайны, поэтому будем смотреть на месте, что и как.
— Думаю, вам все равно захотят помешать. Российская империя и так очень сильна, и это многим не нравится. А появление в ней еще одного мага ранга император очень сильно сместит баланс сил.
— Как захотят, так и отхотят. Ты ж меня знаешь — я полумер не приемлю. Сунутся — размажу. Да и не один я там буду — группа болельщиков более чем достойная. Плюс мама — сильнейшая в мире.
 
— Уверена, недолго ей осталось носить этот титул, — мурлыкнула она, прижимаясь ко мне.
— Госпоже мастеру-офицеру явно нравятся неуставные отношения, -улыбнулся я. — Кстати, как твои исследования? Мы ж так внезапно их прервали.
— Да никак, как раз из-за этого.
— Уверен, мы что-нибудь придумаем. Ну, по крайней мере ранг тебе точно поднимем.
— В смысле, поднимем? — чуть приподнялась она и, уловив мой жадный взгляд, поспешно юркнула под одеяло. Все-таки я ее знатно умотал.
— В прямом. Но тс-с-с. Это большая тайна рода Гордеевых.
— Ясно, что ничего не ясно. Но жуть как интересно.
— А то. Малыш, со мной не соскучишься, — прохрипел я голосом известного героя. — К тому же мои дамы не могут быть слабыми.
— Это я-то слабая?!!! Ах ты гад! Вот я тебе задам! — кинулась она на меня. Но пала в неравной схватке, быстро сдавшись на милость победителя.
Потом я ее еще долго пытал, пока она не взмолилась о пощаде, угрожая умереть в муках и больше никогда не делить со мной постель, потому как она одна точно не справляется.
Еще раз спросив ее о твердости решения, я направил просьбу — приказ в имперскую канцелярию. Запросы императорской семьи имели высший приоритете, поэтому ждать нам пришлось всего минут пять. После этого Снежане пришло сообщение, на которое она ответила согласием. С этого момента она официально становилась моей наложницей.
Покопавшись в вещах, я достал оттуда кольцо-артефакт с большим рубином в качестве накопителя и торжественно одел его ей на пальчик.
— С этого момента ты моя женщина во всех смыслах.
— Красивое, — сказала она, любуясь украшением. — Но ты же помнишь свое обещание?
— Конечно. Ты ни в чем ограничена не будешь. Занимайся тем, что тебе мило. К тому же, чтобы ты знала, тебе положено ежемесячное содержание в размере двадцати тысяч рублей.
— Ого! А в академии я получаю в два раза меньше. Оно у всех одинаковое?
— Ага. Но это не мешает вам зарабатывать дополнительно. Например, Янь, помимо содержания наложницы, будет получать еще тридцать тысяч в месяц как член отряда Вороны.
— Неслабо, зарплата на уровне полковника имперского спецназа! Это ж за какие заслуги такие суммы?
— Поверь мне, они заслужили. Попробуй как-нибудь выйти с ней на арену и сильно удивишься. И это при том, что Янь — слабейшая из отряда. Правда, у нее сила в голове, а не в руках, но любую одаренную она может удивить и даже смертельно.
— Так все серьезно? Нет, я видела, каким монстром ты стал, но чтобы подобных тебе было много…
— Нас намного больше, чем ты думаешь. Я вообще планирую создать единый аналитический центр, где они будут задействованы.
— Что за центр?
— Понимаешь, мне очень не нравится структура нашей разведки. Вот смотри — у армии она своя, у Тайного приказа — своя, так же есть у Посольского и министерства экономики. Да, задачи у них разные, но информация дальше их ведомств не уходит. Отсюда и бардак. А я хочу, чтобы она собиралась в одном месте и анализировалась. Зачастую они идут к одной цели, но разными путями, мешая друг другу. Вот и нужно создать независимую структуру, что будет все это систематизировать, анализировать и выдавать решения.
— Это уже реформа…
— Нет, — перебил я ее. — Менять ничего пока не буду. Просто создам полностью подконтрольную императорской семье структуру с совещательным голосом. И посмотрю, что получится. Я-то изначально хотел задействовать девчонок в тренировках, но сейчас вижу, что это глупость и банальная трата ресурсов. С одной стороны, они ударный отряд, а с другой — опытнейшие теоретики, могущие быстро собрать данные и выдать ответ.
Ты помнишь мой полет на Камчатку? Так вот, этот план был разработан нами очень быстро. Как? Мы соединили информацию от всех ведомств и нашли решение. Этот план — коллективная работа, но в форсированном режиме. Обычная одаренная так не сможет — только мы. Сложно объяснить, просто поверь.