Изменяя правила (ЛП)

Но и не сгибаюсь.
— Ты совершаешь ошибку, — предупреждаю его.
Я предала его двоюродного брата не потому, что хотела спастись сама, а потому, что не хотела, чтобы сын стал таким же, как он.
Долгие годы я верила, что Джун не такой, как Иноуэ-сама.
Что он лучше.
Теперь, когда знаю, что это не так, колебаться я не буду.
Я не позволю ему заполучить Брайана.
Ни сейчас, ни когда-либо ещё.
Глава 17
Джун
— Глория! Как я рада тебя видеть! — Едва в Rules Corporation мы выходим из лифта, к нам подходит женщина лет пятидесяти и заключает Глорию в материнские объятия, потом щиплет за щёку, приговаривая. — Ты такая худая, что видны кости! Разве этот молодой человек не заботится о тебе?
Видимо, она совершенно не понимает наших отношений. Как можно винить её за это. Как только мы вошли в Rules Corporation, Глория словно одеревенела. Мне пришлось обнять её за талию и силой втолкнуть в лифт, который доставил нас сюда.
Глория отстраняется от женщины, успокаивая.
— Со мной всё в порядке, Милли. Я просто немного нервничаю…
— Не надо мне врать, дорогая. Я сама была молода! — Говоря, она смотрит на меня долгим взглядом. — Хотя мой муж был определённо менее красив.
Я крепче сжимаю талию Глории, подталкивая вперёд.
— Нас ждёт Рулз.
Милли вздыхает.
— Ох, да! Простите за болтовню, но в эти кабинеты уже много лет не заходил ребёнок… Я так рада, что вы попросили Рулза присмотреть за вашим сыном. Кто знает, может, они с Шэрон захотят последовать вашему примеру и создадут семью!
— Брайан — не его сын, — поправляет Глория.
В её голосе слышу нотки гнева.
«Или это разочарование?»
Милли прикладывает руку на область сердца и вздыхает.
— Какой восхитительный мужчина. Нужно иметь большое сердце, чтобы принять в свою жизнь чужого ребёнка. Видно, что вы хороший и честный человек.
Во мне нет ничего честного или достойного восхищения, но я избегаю говорить ей об этом. Я следую за ней до двери в кабинет Рулза. Милли не прекращает говорить ни на минуту. И когда она впускает нас и уходит, я почти вздыхаю с облегчением.
Рулз сидит за столом. Шэрон стоит рядом с ним, одетая в костюм современного покроя. Странно видеть её такой элегантной.
— Добро пожаловать.
Рулз приветствует меня словами, но смотрит на Глорию. Я вижу, как его взгляд скользит по ней так, что мне это совсем не нравится. Я притягиваю Глорию к себе, стараясь, чтобы она почувствовала оружие, которое я ношу под пиджаком. Даже охранники на входе поняли, что я вооружён, но всё равно пропустили меня.
— Приказ Рулза, — сказали они.
Я чуть не рассмеялся. Мне никогда не требовалось ни чьего-либо разрешения, чтобы ходить вооружённым, ни оружия, чтобы быть опасным.
Позволяю своему взгляду блуждать по комнате.
— Не вижу Брайана.
Рулз вздёргивает подбородок.
— Он придёт, как только выясним между нами пару моментов.
— Очень хорошо. — Я тащу Глорию к креслам перед столом. Усевшись, постукиваю себя по бедру. Глория, повинуется моему молчаливому приказу и садится на меня, а Рулз сжимает челюсти. Забудьте о дьяволе: рядом с этой женщиной я чувствую себя богом. Я задираю подбородок. — Даю тебе две минуты на вопросы.
Шэрон приближается к Глории.
— Ты в порядке?
Предостерегая, я прижимаю пальцы к её боку.
Должно быть, Глория поняла, потому что улыбается.
— Он меня не обидел.
Это ложь. Если бы они знали её хотя бы наполовину так же хорошо, как я, они бы поняли. Тем не менее Рулз и глазом не моргнул.
— Ты уверена, что хочешь забрать Брайана с собой?
На этот раз отвечаю я.
— С тобой ему небезопасно.
Рулз смотрит мне прямо в глаза, бросая вызов.
— На самом деле с нами он в большей безопасности, чем с тобой. Если честно, даже Глории было бы лучше держаться подальше от твоих дел.
— Это был мой выбор.
Как только Глория заговорила, наступает тишина.
Я улыбаюсь, довольный тем, как повернулась эта встреча.
Ласкаю её бедро, а затем сжимаю его между пальцами.
Глория едва заметно вздрагивает, но не отшатывается.
 
— Рулз, позволь мне увидеть моего сына.
— Сначала я хочу убедиться, что увижу тебя снова.
Мне не нравится ни улыбка, которую дарит ему Глория, ни то, как дёргается её рука, когда она думает потянуться к своему бывшему любовнику. — Ты увидишь меня снова.
— Когда?
Их обмен любезностями я прерываю смехом.
— Да ладно! Ты говоришь так, будто не провёл последние несколько недель, шпионя за тем, что она делает в моём доме! — Рулз напрягается, а Шэрон бледнеет. — Не так-то просто было взломать мои протоколы безопасности и получить записи с камер. Сколько времени у вас ушло на это, Шэрон? День? Два? — Я перевожу взгляд с неё на Рулза. — Что касается тебя, мне сказали, что ты любишь наблюдать. Скажи мне: тебе понравилось то, что увидел? Или тебе хочется увидеть больше? — Я просовываю палец под подол юбки Глории. Продвигаю его вверх, обнажая её. Глория хватает меня за запястье в тщетной попытке остановить. — Что скажешь? Хочешь, чтобы я снова её раздел, или ты предпочтёшь…
Рулз вскакивает, злой, как никогда.
— Хватит, Джун!
Я возбуждённо улыбаюсь. Доводить мужчин до исступления — это то, что у меня получается лучше всего, и что я люблю больше всего. Я шлёпаю Глорию по бедру просто для того, чтобы позлить Рулза, а затем жестом указываю ей встать. Когда она это делает, я скрещиваю ноги.
— Теперь я скажу тебе, что мы будем делать. Ты перестанешь шпионить за мной и пытаться связаться с Глорией. Ты передашь Брайана мне и не будешь вмешиваться в нашу жизнь. Я понятно объясняю?
— В противном случае?
Я всегда знал, что Рулз парень с яйцами. Мне нравится, как он выдерживает мой взгляд. Я решил стать акционером его компании вскоре после знакомства с ним.
Если бы только он не был так невнимателен к опасности…
Немного отодвигаю край пиджака, позволяя ему взглянуть на кобуру моего пистолета. Он слишком умён, чтобы не поинтересоваться. Он знает, как я работаю, как мне нравится мучить мужчин. И как хорошо это получается у меня.
— Поверь, тебе лучше не знать, что я с вами сделаю.
Чувствуя напряжение в воздухе, Глория встаёт между мной и Рулзом.
— Пусть приведут Брайана. Пожалуйста.
Наконец, он уступает. Рулз снимает трубку и связывается со своей секретаршей. Через несколько минут в кабинет входит Брайан. Глория подбегает к нему и крепко прижимает к себе. Она проводит руками по лицу сына, зачёсывает назад его волосы. Она снова говорит ему, что гордится им и что скучала по нему. Он успокаивает её, но ни разу не улыбается.
Он смотрит на меня.
Я встаю и подхожу к ним; Брайан отстраняется от материнских рук и становится передо мной. Он наклоняет туловище вперёд, изображая поклон. Я киваю, затем прохожу мимо него и открываю дверь.
— Глория, отведи его в машину.
Она смотрит на меня в замешательстве.
— А ты разве не поедешь с нами?
— Я присоединюсь к вам позже.
— Но…
— Вас может проводить Рулз. — Вмешивается Шэрон, делая шаг вперёд.
Кидаю на неё быстрый взгляд.
— В этом нет необходимости. Глория знает дорогу.
Рулз тоже делает шаг вперёд.
— Я настаиваю.
В моих жилах закипает кровь. Ненавижу повторяться. Я уже собираюсь наброситься на него, когда Глория касается моего плеча.
— Всё в порядке. — Её прохладные пальцы ласкают моё лицо. Это безумие, но я мгновенно успокаиваюсь. — Когда ты закончишь, я буду в машине.
Я обнимаю Глорию за талию, притягивая к себе.
— Я найду вас в машине, — поправляю её.
Должно быть, я сказал — или сделал — что-то странное, потому что у Глории расширяются глаза. Воспользовавшись её замешательством, я наклоняю голову в сторону и касаюсь губами её уха.
— Если он к тебе прикоснётся, я его убью.