Корона мертвого короля (СИ)
— Из какого моря? Ты что, дядя, да я по суше…
Слушать дольше ложь Медведь не стал. Одним шагом покрыв расстояние между собой и мальчишкой, он четким, уверенным движением ухватил его за правую руку повыше локтя, а другой сдернул с плеча холщовую рубаху.
Одежда парню была и в самом деле велика, поэтому сползла легко, обнажая сильное плечо и яркий знак, вытатуированный, выбитый на нем ниже плечевого сустава — розу ветров.
— Пират, — констатировал Аркано, отталкивая руку собеседника, — Клейменный пират. Итак, я повторяю вопрос — давно ты из моря?
— Давно! — огрызнулся пират, поправляя рубаху, — Тебе-то что до того за дело, правдолюб? Как ты просек?
— Ты постоянно почесывал руку, — хладнокровно известил Медведь, безжалостно улыбаясь, — Клеймо чешется, поэтому его и ставят таким, как ты. Любой здравомыслящий человек сразу вычислит пирата. Кроме того, ты помянул Покровителя небес, а это религия Саноры. В Саноре есть море, а я умею делать выводы.
— Фракасо! — выругался по-пиратски молодчик и, демонстративно сплюнув на пол у сапог собеседника, чуть склонился. В следующую секунду вытащенный из-за голенища грязного сапога короткий кинжал прижался к горлу главнокомандующего.
Хозяин вскрикнул. Фредо насмешливо улыбнулся — он слишком хорошо знал своего молочного брата. Аркано остался равнодушен.
— И что ты собираешься делать, пират? — безразлично осведомился он, даже руки на груди скрещивая, абсолютно плюя на лезвие у своей шеи, — Убьешь меня — тебя сожрут ноофеты этой же ночью, а если спасешься, так свидетелей полно — тебя посадят. Или ты намерен перерезать здесь всех?
Пират скрипнул зубами и промолчал. Он сам понимал, что положение его отчаянное, но сдаваться без боя не привык и намерен не был.
— Как тебя хоть зовут-то? — Медведь приветливо улыбнулся. Создавалось ощущение, что беседует он со старым другом, а не с потенциальным врагом.
Парень поморщился и, помявшись, все-таки процедил сквозь зубы:
— Мартын. А ты кто?
— Ооо… — Аркано разочарованно прищелкнул языком, — Будучи в Финоре, следует знать главных лиц княжества.
В следующую секунду Мартын, роняя кинжал, покатился по полу от неожиданного удара в грудную клетку. На несколько мгновений у него перехватило дыхание; почудилось, что сломаны ребра.
Медведь, все так же не делая ни шагу, вновь скрестил руки на груди, немного приподнимая подбородок, глядя на поверженного неприятеля свысока.
— Я — Аркано Брутто, главнокомандующий княжескими войсками и глава княжеской стражи. Спутник же мой… — он бросил быстрый взгляд наверх и, наткнувшись на взгляд серебряных глаз, тонко улыбнулся, — Впрочем, об этом тебе не следует знать. Слишком много лишней информации никогда не доводит до добра… Эй, хозяин! — мужчина неожиданно тяжело повернулся к потрясенному осознанием его значимости толстяку, — В нашей комнате три кровати, это ровно на одну больше, чем нам надо. Пусть этот молодчик переночует с нами. За постой он заплатит, ну, а остальное… — улыбка Аркано стала хитрой, — Будет на его совести.
Лопоухий пират, судя по всему, ничего не понял. Он сидел на полу, потирая ребра, и растерянно переводил взгляд с главнокомандующего на хозяина постоялого двора, потом обратно. Милость первого ему была непонятна, как и непонятна была реакция второго — Мартын не знал, оставят ли его ночевать или же все-таки выгонят взашей.
— Э… спасибо, дядя, — растерянно пробормотал он, выждав для верности минуты три, — Если этот боров не против, то я с радостью. А что там остальное должно быть на моей совести? Жратва, что ли, или выпивка?
— Ему еще и выпивку подавай! — разгневанный хозяин стукнул кулаком по стойке, — Ишь, отродье! Мне тут еще преступников не хватало, да еще и таких наглых! — взгляд его скользнул к Аркано, — Учтите, господин, оставляю я его тут только под вашу ответственность. Если что — вы мне заплатите…
— Не кричи, — мягко оборвал его Медведь, поворачиваясь всем корпусом, — И не забывай о нашей договоренности. Этой ночью, как я помню, нам здесь предстоит неплохое дельце, а? Третий лишним не будет.
Хозяин скис и, пробормотав что-то невнятное, почел за лучшее спрятаться за стойку. Мужчина вновь повернулся к сидящему на полу парню.
— Вставай, пират, — спокойно приказал он, — Комната наверху, здесь рассиживаться смысла нет.
* * *Мартын вошел в комнату с видом хозяина, уперев руки в бока и, остановившись недалеко от порога, окинул ее долгим оценивающим взглядом. Потом неопределенно хмыкнул и, обернувшись к замершим позади новым знакомым, осведомился:
— Разве князь не может позволить себе хоромы поприличнее?
Фредо незаметно вздрогнул и, сдвинув брови, быстро глянул поначалу на растерянного Аркано, затем вновь переводя взгляд на наглеца.
— О каком князе идет речь?
Лопоухий пират пренебрежительно помахал в воздухе рукой.
— Ой, да ладно придуриваться-то, я ж не тот боров снизу! Я тоже умею делать выводы, брат, и сразу просек, что если в этой глуши вдруг оказался княжеский главнокомандующий, если он не хочет называть имени своего спутника, то спутник этот князь и есть. Вероятность сто к одному, тут даже спорить нечего! Сразу в яблочко!
Чернокнижник, сдержав мимолетное раздражение, скрестил руки на груди. Говорил он холодно, спокойно и размеренно, вовсе не желая подтверждать догадку нового знакомого, и совершенно не планируя раскрывать свое инкогнито.
— Допустим. Предположим на секунду, что ты прав. И что с того?
— Фракасо! — засмеялся пират, — Да ничего с того, брат, мне просто никогда не доводилось болтать с живым князем! Кстати, а с чего вдруг такая милость? — он почесал клеймо и, пожав плечами, почесал ту же руку несколько ниже, уже ближе к запястью, — На что я вам пригожусь? Хотя ладно, с этим потом, а для начала налей-ка мне выпить, дядя!
Аркано вежливо изогнул бровь и, язвительно улыбнувшись, подошел к своей кровати. Рядом с ней, на полу, он поставил сумку, снятую со спины лошади, где имелось некоторое количество пропитания.
— У нас только вода.
Мартын нескрываемо сморщился, и неожиданно сорвал с головы дурацкую шапочку. Темные волосы копной рассыпались в стороны, прикрывая лопоухие уши. Пират сразу приобрел почти благородный вид.
— Вода… я бы предпочел крепкого виски.
Медведь быстро глянул на своего молочного брата и, незаметно пожав плечами, достал из сумки флягу с водой.
— Что такое «виски»?
Пират изумленно заморгал.
— Как, ты не знаешь? Да это ж божественный нектар, лучшее пойло, что попадало в мою глотку, громом клянусь! Фракасо! Дядя, ну ты и неуч, а! На море только виски и хлещут… Хотя на море вообще пьют все, что горит, но виски там на отличку — лучше нектара не сыскать! Разве только ром.
Фредо, не разбирающийся в пиратских спиртных напитках в той же степени, что и его молочный брат, быстро глянул на последнего и предпочел сменить тему.
— Скажи, зачем тебе барабан?
Мартын гордо поправил свой музыкальный инструмент, и выпятил грудь.
— Так я ж менестрель.
Повисло молчание. Молочные братья переглядывались, не представляя, как реагировать, покашливали, подыскивая нужные слова и спешно перебирали в уме варианты, в которых менестрелю мог бы потребоваться для исполнения барабан. Только барабан, не бубен, не тарелка, а именно барабан, годный лишь чтобы отбивать четкий ритм. Для мелодичных напевов бродячих бардов инструмент решительно не подходил.
— Я в определенной степени и сам менестрель… — медленно вымолвил, наконец, чернокнижник, — Но прежде не видал, чтобы под барабан пели песни.
Лопоухий пират пренебрежительно отмахнулся.
— Придет время — услышишь, брат. Сейчас не хочу — еще потревожу покой этого толстяка-хозяина, примчится, вонять начнет… И все-таки, для чего я вам?
Аркано ухмыльнулся и, сделав глоток из фляги, приветливо протянул ее новому знакомому. Демонстративно не давать ему напиться мужчине не хотелось.