"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Нет, это были просто слова. Никакого приказа или ментального давления, но все получилось.
Да, Верд, похоже, сегодня день невозможного.
Я неожиданно легко обернулся.
Не ломая себя.
Без борьбы и боли.
Видно, ее искренний непредсказуемый порыв удивил зверя настолько, что он беспрекословно уступил мне полную власть над телом. До меня донеслись отголоски довольного, одобрительного ворчания, точно он забыл обо всех своих страшных предложениях. А я был счастлив, прижимая к себе самого любимого человечка во всем мире.
Несмотря на затопившее сердце счастье, привычка ожидать подвоха не давала расслабиться, и я огляделся вокруг. Инстинкты и опыт подсказывали, что все и правда в порядке, вряд ли случится новое нападение. Было привычно жалко погибших. С десяток моих ребят, да и сияющие, похоже, полегли полным составом. Не бойцы – больше ученые. Я зло сжал зубы, в который раз мысленно поклявшись найти и уничтожить того, кто все это затеял.
Пока не сделаю, не смогу спокойно жить.
Не смогу знать, что чьи-то любимые, жены, дочери подвергаются подобной опасности.
Что мои жена и дети…
Я заглянул в бирюзовые, наполненные слезами глаза Льяры – заглянул в наше будущее. Больше никто не сможет встать на моем пути, даже отец. Я вдруг ощутил внутри небывалую силу и понял, что теперь смогу контролировать даже теневой источник под дворцом.
Откуда пришла такая уверенность?
Не знаю.
Похоже, со мной что-то произошло во время перехода, ведь я единственный, кто смог переместиться так близко к нейтральному источнику. Теперь я знал и то, что прежний друид-оборотник Вердерион никогда не смог бы стать императором, а Вердерион Теневой волк – сможет.
Что это, проклятье источника или дар Великой Матери? Ведь кроме меня и Даториана у отца нет наследников…
Льяра что-то почувствовала и попыталась повернуть голову, не понимая, что я смотрю в никуда, погруженный в собственные мысли. Нет, детка, я тебе не позволю увидеть все эти смерти. Хватит с тебя, моя хорошая. Я попросил не смотреть, подкрепляя слова поцелуями, пряча от всего мира в объятьях. Нужно срочно ее унести, показать лекарям. С моего появления прошло всего минут пять, но сколько до того она пробыла без одежды? Вся ледяная, и даже не чувствует.
Попробовал прыгнуть тенями прямо с места, но те не отозвались, как это и раньше бывало у источника. Ну что ж, лимит чудес на сегодня исчерпан. Нужно скорей отойти подальше.
И тут Льяра неожиданно меня поцеловала, а я ответил со всей страстью. Не мог не ответить. Подавленное волей желание вернулось с утроенной силой. На краю сознания мелькнула мысль: еще мгновение, и я возьму ее прямо здесь, на чужом алтаре, а это вряд ли хорошая идея.
Прижав стройное тело к себе крепче, спрыгнул на землю, как вдруг раздался исполненный возмущения голос лорда Ярранта.
– Что здесь происходит?! Вердерион, что вы себе позволяете?!
Советник тут же оказался рядом, буквально выдернув свою дочь у меня из рук, Оэльрио слабо пискнула от неожиданности, но, увидев отца, лишь залилась краской. Завернув дочь в свой форменный пиджак, лорд Сатем смерил меня неодобрительным взглядом и направился прочь, унося драгоценнейшее из сокровищ. Я не сдержал мрачную ухмылку. Пусть так, но больше никто не сможет мне помешать. Никто не заберет у меня Льяру.
– Дружище, с тобой все в порядке?
Голос Райда вырвал из тягучей патоки мыслей, и я развернулся, неосознанно ероша отросшие волосы на затылке.
– Эллэ, ты-то какими судьбами? – я искренне рад был видеть старого друга.
– По распоряжению советника, – он посмотрел на серое, исписанное древними рунами сооружение, невесть откуда здесь взявшееся. Перевел взгляд на спину советника, которая в тот же миг и исчезла. – Верд, ты как умудрился так попасться? Я-то думал, ты у нас идейный и вообще праведник, а ты, оказывается, самый злостный фанатик, насилующий девственниц. Хоть бы с алтаря для приличия слез!
Райд молол языком и не понимал, насколько близок к истине. Мой дружеский, но увесистый удар в плечо он проигнорировал. И мы молча направились туда, где воины носили трупы, складывая их в ряд. Я шел вдоль этого мертвого строя, мрачнея с каждым новым шагом и новым погибшим.
– Как это случилось? – поймал за рукав ближайшего воина в звании нелмана.
– Среди сияющих, что пришли ставить барьер, один оказался культистом. Он активировал какой-то странный артефакт. Нелман Гардем заподозрил неладное и был убит первым. Затем при помощи второго магического устройства – нам тоже неизвестного – фанатик разом убил тех, кто имел несчастье оказаться в радиусе десяти метров. Это все, кто с ним пришел, и пятеро наших, подоспевших на помощь. Яркая вспышка, и люди не успели ничего сделать, не спасли и защитные артефакты, но и никаких ран не осталось. Мы такого еще не видели. А потом это место накрыло куполом, внутри которого стали открываться порталы. Немного. Всего четыре. Из двух первых вышла охрана, видно, боялись, что мы сможем пробить их защиту. Культисты притащили даже алтарь, а из последнего появился их главный, с дочкой советника. Это ведь она была? – парень испуганно покосился в ту сторону, куда ушел лорд Сатем. – Эрсман, а как вам удалось оказаться внутри? – Я приподнял бровь. – Простите, вопрос неуместен – нелман поклонился.
Я кивнул, жестом показав, что парень свободен, и невольно уставился на прикрытую какой-то тряпицей развороченную грудь моего расторопного рыжего адъютанта, взгляд скользнул дальше по лицам и остановился на совсем молоденькой девчонке. Сияющая. Приятные мягкие черты, пухлые губы, светлые прямые волосы, собранные в гладкий хвост, выбившаяся прядка кокетливо упала на щеку. Можно подумать, что девочка просто уснула. Кулаки сжались помимо воли.
Тяжело терять людей.
– Она похожа на мою сестру. Пойдем отсюда, – по плечу хлопнул Эллэ, – тут без нас разберутся. Не хочу больше на это смотреть.
Жизнерадостный облик друга словно накрыла темная маска печали, даже могучие плечи опустились. Эмоциональный и живой Райд всегда тяжело переживал потери.
Я кивнул и жестом подозвал заправляющего наведением порядка здесь роймана, пока стояли, успел понять:
– Имя, ройман?
– Доран Варами, эрсман Аллакири!
– Ройман Варами, назначаю вас ответственным. Как только закончите здесь, отчет о происшествии мне на стол. Сообщите родственникам погибших и не пропустите ни одного артефакта. Если понадобится, вызовите новую группу сияющих в помощь. Смело ссылайтесь на меня. И смотрите в оба глаза!
– Эрсман! – щелкнул каблуками офицер и бросился выполнять распоряжение.
По пути мне кто-то сунул в руки форменный китель, и я с благодарностью его надел. Все же в ноябре у границ Файбарда не так уж тепло, чтобы щеголять с голым торсом. Поодаль был развернут мобильный портал, который перенес нас в Сатор-Юти. И мы направились к штабу пешком.
– Странно это все, Райд, один шаман, минимум бойцов и ни одного погонщика. Как-то выбивается из общей схемы. Будто все только ради Льяры и затевалось, – заметил я.
– И как они сумели открыть порталы к источнику? Я все больше и больше уверяюсь, что с Файбардом стоит держать ухо востро, – задумчиво ответил Райд.
– Так оно и есть, Эллэ. Уверен, отпрыск Берди прогнил до мозга костей. После учиненного лордом Сатемом обыска в поместье обнаружилось много интересного. Мне пока еще некогда было вникать, но и того, о чем рассказали, хватило.
– Нам поступил приказ задержать его, если он явится в академию.
Через час, покончив с делами, мы с другом пили крепчайший ликер «Темный огонь», развалившись на подушках в отдельном кабинете на втором ярусе «Пещеры» лучшего трактира в этом месте. «Пещера» располагалась в западной части городка и, как ни странно, представляла собой дом-дерево.
Райд слизнул сок, текущий по запястью, и впился зубами в тушку рябчика. Я расслабленно цедил по глотку прямо из горла большой квадратной бутылки черного стекла. Чуть раньше мы помянули погибших, выпили за чудесное спасение Льяры, потом по ходу разговора рождались новые тосты, вместе с которыми мысли потекли неспешнее, а в конечностях образовалась приятная слабость.