Стрела Гильгамеша

– Поставьте коробку на место! – рядом вдруг прозвучал резкий каркающий голос.
Мария вздрогнула и обернулась.
На пороге готического склепа стоял кровавый карлик из «Тенистого уголка». В руках у него был пистолет. По бокам его возникли два накачанных парня в черных костюмах.
Венедиктов быстро сунул карту в коробку, а ее прижал к груди с самым решительным видом.
– Отдайте ему нашу находку! – сказала Мария. – Никакая карта не стоит человеческой жизни. Вы же видите, он не шутит.
– Да, вы правы… – Кирилл Николаевич протянул карлику жестянку. – Делайте с ней что хотите. Мы не собираемся вам мешать. – С этими словами он шагнул на тропинку, ведущую к выходу из парка, и повернулся к Марии: – Пойдемте…
– Куда это вы? – прокаркал карлик.
– Как куда? Домой! Мы отдали то, что вы искали, и больше не хотим иметь с вами никаких дел.
– Вы уйдете, когда я сочту это нужным! А сейчас шагайте вон туда, к склепу!
– Зачем? Что вам от нас нужно? Карту вам отдали, больше у нас ничего нет…
– Может быть, вы подсунули мне фальшивку. Может быть, настоящую карту вы спрятали. Я отпущу вас, лишь когда смогу проверить это…
– А до тех пор?
– До тех пор будете сидеть здесь!
– «Здесь» – это где? – Венедиктов огляделся – их окружал парк в нарядном одеянии золотой осени, который постепенно скрывали быстро наступающие сумерки.
– Идите к склепу, я сказал!
– Да там места и на двух кошек не хватит, – проворчала Мария, – не то что на двух человек!
– Идите, или…
– Или что? В самом деле будете стрелять?
Вместо ответа карлик нажал на спуск, раздался негромкий щелчок, и пуля взбила фонтанчик грязи у самых ног Марии. Она испуганно вскрикнула и попятилась.
– Вы еще не поняли, что я серьезно настроен? Быстро идите в склеп, или вторая пуля попадет вам в ногу!
– Мария, лучше не спорьте с ним, – подал голос Венедиктов. – Он безумец и готов на все!
– И правда безумие какое-то… – прошептала она.
– Делайте, что он говорит!
Мария, бормоча что-то себе под нос, шагнула в склеп. Венедиктов протиснулся следом.
Внутри едва хватало места для двоих. Под ногами валялся мусор, пустые пластиковые стаканчики, пакет из супермаркета. К тому же отвратительно пахло – смесью плесени и мочи. И кошками, хотя откуда здесь кошки, совершенно непонятно.
Мария и Венедиктов переглянулись.
– И что, вы нас стеречь будете? – с сарказмом вопросил Кирилл Николаевич.
– Зачем же? – Карлик подошел к входу в склеп, положил руку на чугунную окантовку входа и произнес: – Люби и знай свой край!
С этими словами он нажал на чугунный завиток, и вдруг пол склепа ушел из-под ног пленников. Они соскользнули вниз, в темноту, и упали – к счастью, на что-то мягкое.
– Блин, что же это… – невольно выкрикнул Венедиктов.
Других слов у него не нашлось.
– Куда это мы попали? – отдышавшись, пробормотала Мария.
– Чтоб я знал…
Мария обшарила себя и осознала две вещи, которые можно было отнести в разряд плюсов: она ничего себе не сломала и не потеряла телефон. Достав его, первым делом включила подсветку и огляделась.
Они находились в довольно большом подвале, посреди которого на полу была свалена груда мешков. Судя по запаху, в них когда-то хранили картошку. Именно эти мешки смягчили падение пленников и не дали им переломать руки и ноги.
Еще Мария увидела мраморную статую в углу – судя по завязанным глазам, это была богиня правосудия. Правда, весов в руках Фемиды не было – видимо, потерялись за прошедшие годы. Зато рядом с ней лежала еще одна груда пустых мешков.
– Хорошо, что на статую не упали! – заметил Венедиктов. – Тогда приземление было бы не таким мягким.
– Ладно, телефон у меня есть, так что, надеюсь, надолго мы здесь не застрянем…
Мария попыталась позвонить, но очень быстро убедилась, что сигнал не проходит.
– Так я и думал, – грустно пробормотал Венедиктов, – вряд ли карлик не предусмотрел бы такую очевидную вещь.
Мария попыталась позвонить из другого угла подвала, но сигнала не было и там.
– Что же нам делать? – протянул Венедиктов.
 
– Для начала не впадать в панику!
– Это, конечно, правильно, но ситуация действительно аховая. Телефон не работает, никто не знает, куда мы поехали, значит, никто не станет здесь искать. И вопрос только в том, от чего мы умрем – от голода, жажды или от холода. Я лично ставлю на холод… Хотя жажда тоже быстро убивает. Мне уже очень хочется пить…
– В этом я могу вам помочь. – Мария достала из сумки небольшую коробочку яблочного сока, к которой сбоку была прикреплена пластмассовая трубочка для питья. – Возьмите, попейте!
– Не нужно, – устыдился Венедиктов, – я могу потерпеть. Пусть останется на крайний случай.
– Ну смотрите! Меня жажда пока не мучает.
– Это, скорее всего, нервы…
– Я сказала: самое главное – не впадать в панику! Именно паника – самая частая причина смерти в таких ситуациях! И вообще не забывайте, из нас двоих вы – мужчина! – Мария решила, что некоторая доля строгости в данном случае не повредит.
Что, в самом деле, этот Венедиктов так расклеился, еще ничего страшного не случилось. То есть случилось, конечно, но они же пока не умирают от голода и холода. Человек может несколько дней жить без еды, а чтобы согреться, можно подвигаться, обняться наконец. Читала же она, что вдвоем люди замерзают гораздо реже, чем в одиночку. Чем ахать и охать, лучше бы придумал, как отсюда выбраться.
Вот она же не виснет у него на шее с криками: ой, боюсь, ой, что делать, ой, спаси меня! Мария представила, как она это делает, и невольно чуть презрительно улыбнулась. Больно надо у него на шее виснуть!
– Вы правы… – Венедиктов смутился и, включив свой сотовый, принялся осматривать стены и потолок подвала. – Если мы сюда провалились, значит, можно тем же путем выбраться обратно…
– Вовсе не обязательно. Если мясо можно превратить в фарш, это не значит, что можно проделать обратную процедуру. Простите за такую неприятную ассоциацию.
– Как же так, – проговорил Венедиктов через несколько минут. – Нигде не видно даже самой узкой щели. Ведь мы как-то попали сюда…
Он дошел до груды мешков, которая лежала возле мраморного правосудия, начал разбрасывать тряпье, чтобы проверить стену за ними, и вдруг вскрикнул в ужасе.
– Что вы там нашли? – спросила Мария.
Венедиктов не мог ответить, только показывал на что-то пальцем.
Мария взглянула в том направлении и тоже едва не закричала от ужаса.
Под мешками лежал высохший труп, обтянутый желтоватой пергаментной кожей. Мария вскрикнула и кинулась в объятия Венедиктова. Правда, тотчас опомнилась и отстранилась, так что он, похоже, ничего не заметил.
– Этот человек наверняка тоже надеялся найти выход! – пролепетал собрат по несчастью.
– Сколько можно повторять – не впадайте в панику! – прикрикнула на него Мария, потому что ей было стыдно за свою слабость. – Может быть, у него было больное сердце. И вот он как раз впал в панику, и сердце не выдержало…
– Очень оптимистичная картина! – саркастически отозвался Венедиктов. – Мало того, что мы заперты в каменном мешке, так еще и в компании покойника! Чтобы все время помнить, что нас ожидает через какое-то время…
– Да перестаньте уже изображать ослика Иа! Лучше посмотрите, что у него есть!
Мария пригляделась к несчастному – рядом с его правой рукой на земле лежала массивная золотистая зажигалка.
– И какой нам в ней прок? – Венедиктов пожал плечами. – Наверняка давно не работает. Да и зачем нам зажигалка? Разве что как сувенир, но это только в том случае, если мы выберемся отсюда. Света от нее чуть, а разводить костер не из чего, да и не имеет смысла, мы здесь просто задохнемся от дыма.
– Все же я хочу проверить…
Мария опасливо подошла к мертвецу, осторожно, двумя пальцами взяла зажигалку и торопливо отодвинулась, не сводя с него глаз. Затем щелкнула рычажком, и – о чудо! – над зажигалкой появился голубоватый язычок пламени.