Стрела Гильгамеша

Сказано – сделано.
Через полчаса она сидела в скверике напротив дома, где был кабинет Ильи Семеновича. Снова достала планшет, запустила программу… и на этот раз услышала очень странные звуки.
Из динамика доносилось приглушенное мычание и хриплые стоны.
Рядом с Надеждой вдруг остановился проходивший мимо подросток и с уважением проговорил:
– Классная запись! Что за триллер? Это из серии про Корявого? Сцена, где его пытают рептилоиды?
Только тут Надежда осознала, что включила планшет без наушников и прохожие могут слышать те же стоны и мычание, что и она.
– Ты почему не в школе? – строго спросила она подростка, выключая звук.
– Ты что, тетя? Уроки давно кончились! – отмахнулся тот и пошел своей дорогой.
А Надежда поняла, что с Ильей Семеновичем происходит что-то очень плохое. И нужно спешить ему на помощь. Хотя, если честно, хорошего отношения он не заслуживал и положительных чувств не вызывал.
Здание, где находился кабинет психоаналитика, было современным, и в нем, естественно, имелся домофон. Войти в такой дом в принципе несложно – нужно нажать несколько кнопок, и кто-нибудь из жильцов непременно откроет. Гораздо сложнее попасть в квартиру.
С другой стороны, замок у Ильи Семеновича тоже электронный, это Надежда помнила по предыдущим посещениям. И то сказать, не стала бы Ирина бегать на каждый звонок, у нее была кнопка возле стола. А это значит…
Не зря Надежда много лет работала инженером, и, говорят, неплохим. Она тут же нашла грамотный выход из положения.
Когда в ее собственном доме выполнялись какие-нибудь электротехнические работы, на это время его отключали от сети. И домофон переставал работать, дверь оставалась открытой. Здесь система такая же.
Подойдя к нужному корпусу, Надежда нашла распределительную коробку электрической сети, убедилась, что поблизости никого нет, открыла коробку и воткнула в сплетение проводов пилочку для ногтей с пластмассовой ручкой. Из распредкоробки брызнули искры, и дом оказался на какое-то время обесточен.
Опасливо оглядевшись по сторонам, Надежда торопливо устремилась к двери. Как бы не накостыляли жильцы, народ нынче сердитый и на расправу скорый.
Замок и правда отключился.
Она вошла в подъезд, поднялась по лестнице (лифт, разумеется, тоже не работал), подошла к двери психоаналитика.
Ура! Расчет оправдался: электронный замок на этой двери тоже отключился.
Без проблем проникнув в квартиру, где размещался офис Ильи Семеновича, тут же услышала доносящиеся из кабинета знакомые звуки – хриплые стоны и мычание.
Надежда пробежала через приемную, влетела в кабинет…
В первый момент никого не увидела, но те же звуки, только куда более громкие, доносились из-за письменного стола. Обойдя его, наконец обнаружила психоаналитика.
Илья Семенович сидел на полу, маленький и жалкий, и горестно стонал. Лицо его было красно, глаза едва не вылезли из орбит, правая рука была прикована наручником к отопительной батарее.
– Боже, что они с вами сделали! – Надежда всплеснула руками. – Это Ирина?
Илья Семенович в ответ замычал, и тут она заметила, что во рту у него кляп, свернутый из носка веселенькой расцветки в ярко-желтые лимоны.
Надежда выдернула носок, Илья Семенович закашлялся, отдышался и наконец прохрипел:
– Слава богу, хоть вы пришли, еще немного – и я бы задохнулся! Дайте мне попить, а то во рту просто наждак…
Надежда нашла бутылку минеральной воды и поднесла к губам несчастного.
Тот жадно выпил полбутылки (еще четверть пролилась на его одежду) и стал больше похож на живого человека.
– Кто это с вами так обошелся? Ирина? – предположила Надежда Николаевна.
– Да, она… А как вы догадались? И кто вы? – Он пригляделся к Надежде. – Ах, ну да, вы приходили ко мне записаться на сеанс. Это вы подарили коробку конфет. Кстати, – фыркнул он, – конфеты ужасные…
– Вам сейчас не о конфетах нужно думать! Для начала хорошо бы вас освободить. – Надежда огляделась. – У вас есть скрепки?
– Что? – Психоаналитик удивленно вытаращил глаза. – Какие скрепки?
 
– Обычные, канцелярские.
– Канцелярские? Это нужно спросить у Ирины… Ах, ну да, она ведь… – он снова закашлялся.
– Вот именно! А без нее вы ничего не можете найти?
Надежда один за другим выдвинула ящики письменного стола, в одном из них нашла коробку скрепок. Разогнула одну скрепку, сделав из нее крючок, похожий на крошечную кочергу, и вставила эту проволоку в замок наручников.
Делать отмычку из обычной скрепки ее научила знакомая журналистка, на пару с которой Надежда Николаевна распутала не одно головоломное дело. Такой отмычкой можно открыть не всякий замок, но у наручников замок самый примитивный, и через несколько секунд психоаналитик был свободен.
Он с трудом поднялся на ноги, растер онемевшую руку и благодарно взглянул на спасительницу:
– Спасибо вам! Еще немного – и я бы, наверное, умер…
– Не обязательно, человек прочнее, чем кажется. Но теперь вы мой должник…
– Конечно, конечно! Я готов провести с вами пять бесплатных сеансов… или даже десять! К чему мелочиться! Только сначала дайте мне еще воды!
Надежда протянула ему бутылку и проговорила:
– Нет уж, спасибо, ваши сеансы мне не нужны! Я и без них неплохо себя чувствую!
– Правда? Зря отказываетесь! Меня считают очень хорошим аналитиком!
– Рада за вас, но нет.
– Тогда чего же вы хотите?
– Хочу, чтобы вы мне честно рассказали, как вас втянули в эту грязную историю с господином Венедиктовым. Вы ведь внушали ему то, чего нет и никогда не было. И знаете, что это преступление! Зачем вы это делали? Ради денег?
– Нет, что вы! – похоже, Илья Семенович обиделся. – Я бы никогда не пошел на такое ради денег!
– Тогда в чем причина?
Аналитик опустил голову, тяжело вздохнул.
– Вы умеете заваривать кофе? Я бы выпил сейчас чашку, сил совсем нет! Едва держусь на ногах!
– Нашли время пить кофе! – фыркнула Надежда, но, увидев, как побледнел мужчина, сжалилась над ним. – Так уж и быть… Где у вас кофеварка? А, сама вижу. А кофе?
Тут она сообразила, что кофеварка не работает, потому что ее стараниями в доме нет электричества.
– Нужно спросить у Ирины… – машинально проговорил Илья Семенович и смутился: – Ну да, что я говорю… Кажется, она хранила кофе вон в том шкафчике.
Слава богу, в офисе была газовая плита. Надежда заварила кофе в обычной турке и наполнила две чашки.
– Сахар вам положить?
– Да, пожалуйста.
– А сколько?
– Не знаю, мне Ирина всегда заваривала кофе и сахар сама клала…
– Я смотрю, вы без нее как без рук! – насмешливо проговорила Надежда. – Поэтому ей так легко было сбить вас с пути истинного! Она знает все ваши секреты!
Илья Семенович отпил кофе и поморщился.
– У Ирины был вкуснее.
– Конечно, вкуснее, когда в кофеварке! Но вы привыкайте без нее обходиться, потому что, судя по всему, она сюда не вернется. И вообще, я сделала все, что вы просили, теперь рассказывайте, как дошли до жизни такой. Только честно! Я вижу, когда мне врут!
– Что, правда? Тогда из вас получится хороший аналитик! Я помогу вам вступить в общество…
– Все, хватит предисловий! Значит, вы работали на тех людей не за деньги?
– Они меня шантажировали.
– Шантажировали? Значит, было чем?
– Было… – Илья Семенович покаянно опустил голову. – У меня была одна клиентка, богатая пожилая женщина. И я внушил ей, чтобы завещала мне все свои деньги. – Вздохнул и добавил: – И она оставила мне наследство…
– Нехорошо… – промолвила Надежда. – А у нее были законные наследники?
– Были… Племянница, славная девушка. Но ей она отписала какие-то гроши.
– Совсем нехорошо.
– Не то слово. Но самое главное – это нарушение профессиональной этики. Если о нем станет известно, меня исключат из общества психоаналитиков и лишат права практиковать. А психоанализ для меня – вся моя жизнь…
– А как те люди об этом проведали?