"Фантастика 2024-39". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Дракон? Не знаю, Куп. Я думаю, что это все сказки, — высказался я, — хотя легенда и занятна!
— Да нет, дружок, это не сказки, — выступил из темноты Дырявый Мешок. Он сел рядом, подобрав под себя ноги. — Я знаю парней, которые ходили к Хелеклаху.
— И что, исполнил дракон их желания?
— Их было семеро. До Мирэль-Ринн добралось шестеро, до самого пика — пятеро. Они ждали появления Хелеклаха три дня. Когда он наконец явился, то выполнил желания только двоих, ничего не сказав остальным. На обратном пути те трое погибли. А оставшиеся живут долго и счастливо, вспоминая путешествие на Мирэль-Ринн, как самый страшный ночной кошмар.
— А чего бы ты попросил у дракона? — обратился я к эльфу.
— О, боги, да девчонку, конечно! — рассмеялся Дож. — Или я не прав, а, Куп?
— Прав, прав, — с горечью вздохнул эльф. — Понимаешь, Дож, то, что случилось между нами, — это как чудесный сон. Не знаю, достоин я его или нет, но мне так не хочется просыпаться!
— Так и спи дальше, друг. Когда придет время, тебя разбудят. И поверь мне, пробуждение будет не из самых приятных. Так что спи, пока Небо отпускает тебе время насладиться снами.
Мы снова замолчали, глядя, как огонь танцует на углях, и думали каждый о своем. Я долго смотрел сквозь пламя, и среди беснующихся языков его у меня на глазах родилась черная ящерка с крылышками за спиной. Дракончик перепрыгивал с полена на полено, складывая и распрямляя крылья, кусая свой хвост. Он подскакивал вверх за взлетающими искорками, глотал их и, планируя, опускался обратно в огонь, купался в нем. Наконец он посмотрел мне в глаза и, ощерив свою пасть, утыканную мелкими зубчиками-кинжальчиками, проревел так, что я подскочил на месте:
— Лукка, хорош дрыхнуть! Пора!
Было еще темно. Скорпо в новой черной бархатной мантии, расшитой по подолу золотым узором, с агромадным, причудливо изогнутым жезлом в руках смотрел на восток. Рядом с ним, то и дело оглядываясь на своего возлюбленного, стояла Винетта Вильсхолльская, одетая в белоснежный, до самой земли, балахон. А возлюбленный с мертвенно-бледным выражением лица стоял навытяжку, сжимая рукоять меча так, что костяшки пальцев побелели! Рядом с ним, как стража у трона, готовые на все, переминались с ноги на ногу гном с кентавром. Я, отряхнув с себя снег и остатки забытья, присоединился к остальным.
— И чего ждем? — толкнул я Дио.
— А схад его знает, — в сердцах выругался кентавр, — разбудили, ни хрена не объяснили, поставили, как тот постамент, сказали: «Жди». А чего ждать?! У меня уже копыта окоченели!
— Внимание! — подал голос мастер Скорпо.
Над лесом раздался тонкий мелодичный свист, если так можно было обозвать этот звук. Скорее, это было пение. По крайней мере, уж точно не волчий вой!
— Боги мои! — выдохнул эльф.
Я пригляделся: где-то далеко появилось голубое сияние. Оно двигалось, в том смысле, что брело, среди деревьев, уходя в сторону.
— Вперед, — шепнул колдун и, ухватившись за запястье Винетты, буквально поволок ее за собой в чащу.
Куп зло скрипнул зубами, но, промолчав, устремился следом. Мы за ними.
Вскоре мы выбрались на звериную тропу. Я конечно же узнал ее — она вела к той красной пещере. Мы ускорили ход. Мне не давала покоя одна мысль. Если цель та самая красная пещера, то почему Скорпо не пришел туда заранее? Или колдун сомневался в правильности выбора места? Или же он просто проспал?
Так или иначе, запыхавшись, мы выбрались к месту. Так и есть — та самая пещерка. И что дальше? Колдун огляделся, голубой свет приближался.
— Все в кусты! — Колдун первым устремился в укрытие. Мы не заставили себя долго ждать.
— И что теперь? — слегка толкнул я Скорпо.
— Потерпи — увидишь!..
Ночь потихоньку собиралась уходить. Звезды меркли, тускло гасли одна за одной. А свет все приближался и приближался. Свист звучал все чаще и громче. Под коленками вспотело, мне захотелось спрятаться, уйти, убежать в конце концов. И почему-то я уже знал, что предстанет перед моими глазами.
— Тенъхогу сатпо! — открыл рот Дырявый Мешок.
 
На тропе появился единорог.
Свет шел от его кожи, разрывая мрак вокруг. Он мотнул головой, и рог, рассекая воздух, издал тот самый свист. Создание Неба постояло, огляделось, понюхало воздух. Слава всем, кто есть наверху, мы стояли с подветренной стороны! Животинка, ничего такого не приметив, опять мотнула своим рогом и спокойно отправилась в пасть пещеры.
Когда единорог скрылся внутри, маг, молча потянув за собой Винетту, припустился следом. Мы за ними.
Едва только мы вступили в темноту туннеля, маг поднял свой посох:
— Ширак! — И на конце посоха вспыхнул яркий шар, излучающий ровный ослепительно желтый свет.
— Где-то это я уже слышал, — почесал в затылке гном. Он повернулся к Купу и, словно в забытьи, буркнул: — Слушай, а здесь кендер не пробегал?
— Какой… киндер?
— Тассельхоф… — ушел взглядом в глубину другого Дож.
— Чего?! — выкатил эльф глаза.
— А!.. — встрепенулся Дырявый Мешок и махнул перед собой рукой, будто прогоняя призрак. — Причудилось…
Красные стены пещеры вели вниз, сопровождая каждый наш шаг усилением холода.
— Прямо как в могиле, — пыхтел гном.
— Надеюсь, в ней мы не останемся! — выдохнул паром Дио.
— Стоп, парни! Кажись, пришли! — резко встал Куп.
Нашим взорам предстал тупик. Стены туннеля разошлись в стороны, образовав подобие зала, потолок которого резко уходил вверх. В противоположном конце пещеры, у стены, испещренной причудливыми узорами и угловатыми символами, стоял единорог. Казалось, он прислушивался, а что там — за стеной? Жив ли кто еще?
Мы резко остановились, наткнувшись друг на друга.
— Здрасьте, девочки! — шлепнул себя по крупу хвостом Дио.
Единорог повернул к нам голову и, как бы здороваясь, тихонько заржал. Мастер Скорпо, передав Винетте посох-факел, развернул свиток.
  
Глава 13
 
— Ихтабе садэ волтп сноу Рох-Тилион!
— Лошадку зовут Рох-Тилион, — перевел кентавр.
— А что Скорпо ему сказал? — шепнул я переводчику.
— Не знаю… это не эльфийский.
— И даже не гномский, — включился эльф.
— И уж точно не язык орков, — добавил Дырявый Мешок.
— И не тролльский, — с сожалением вздохнул я.
— Да заткнитесь вы там все! — вывернул башку колдун. — Это на ленивитанском!
— А-а-а! — понимающе кивнули мы. — А где это?
— Дорта вис, Рох-Тилион анэроус Бунп Лоуусу витралмэ-э-э… — осекся колдун, сделав шаг назад.
Тилион, наклонив голову, угрожающе выставил рог и начал бить копытом о каменный пол, как перед атакой.
— Ты чего ему сказал, чудо в звездах? — разминая пальцы, прищурился Дио.
— Пожелал ему здравия и намекнул отдать книжечку.
— Дипломат, ядрен корень! — фыркнул гном. — Учись, как надо!
Он вышел вперед, отвесив низкий поклон до земли.
— Здрав будь, о… — Дож глянул на колдуна.
— Рох-Тилион, — подсказал волшебник.
— Точно! Здрав будь, о Рох-Тилион! И да пребудет благословение на твоих плечах, и да продлятся годы твои на это-о-ой!..
Тилион, злобно фыркнув, сделал еще один шаг вперед, явно наметив цель.
— Вообще-то бедолагу сослали сюда до конца жизни, — пустился в объяснения колдун, — надо же кому-то охранять реликвии, присматривать, что тут и как. У богов ведь тоже на все глаз и рук не хватает… — Он судорожно что-то выискивал в своей писанине. — А вот… наверное!
— Лака лэй ваут халъ-со спора… — Единорог перестал вести себя агрессивно и вроде как настроился на переговоры.
— Стампа вуто лоо вих Рох-Тшион\ — торжественно вскинул руку колдун. — Аэ сил'ин карауф Бунп Лоу-усу!!! — еще торжественнее закончил маг, откидывая свиток и разведя руками: «Во я какой!».
— И как он себе только язык не сломал? — выдохнул я на ухо эльфу.
— Практика. — Тот не мигая вместе с остальными смотрел, как единорог сел, подогнув задние копыта, в позу дворняжки — «готов служить и защищать».