"Фантастика 2024-39". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— До последнего чего? — прищурился Куп.
— До последнего момента, конечно… — полез Дырявый Мешок в кибитку.
— И когда он настанет?
— Сегодня, друзья, сегодня… — высунулся из кибитки гном с котомками.
Ближе к вечеру появился Скорпо. Лицо его светилось, он потирал руки и, что-то довольно насвистывая, почти вприпрыжку направлялся к нам.
— Дож, Лукка, — пропел маг, — прошу вас простить мою бестактность и наконец представить своих друзей! Друзья по очереди шагнули вперед:
— Эльф.
— Кентавр.
— Весьма приятно, — растерялся колдун. — А как вас по именам?
— Кентавр.
— Эльф.
— Понятно… — нахмурился Скорпо, — ну а я маг.
— Мы знаем вас, мастер Скорпо. Слышали о вас.
— Весьма приятно… — вконец растерялся волшебник.
— Попробую объяснить ту прохладцу, которую сейчас выказали мои друзья, — вышел вперед гном. — Видите ли, господин маг, вы изволили не совсем честно играть. Прошу вас, не перебивайте! Итак, вы отправили нас за девчонкой, всучив товар для обналичивания денег. И это нормально. Но… Сударь, не кажется ли вам, что было не совсем э-э… этичным не предупредить своих друзей о криминальности товара? Да будет вам известно, что за вашу во всех смыслах дурь нам чуть задницы не отгрызли!
— Что, товар пошел «на ура»? — попробовал съехидничать колдун.
— О, да, — насупился я, — некоторые почему-то просто головы по кустам растеряли.
— Простите… — опешил Скорпо.
— Когда мы прибыли на место, ваш орк висел со сломанной шеей, и нам пришлось шуровать в этот… монастырь прямо с мешками. Естественно, монашки не захотели меняться вслепую, они вскрыли мешки. Представляете, что там было?
— Не очень…
— Сударь, поверьте на слово, ничего хорошего. Если бы не усиленный состав команды, — гном кивнул на эльфа с кентавром, — нас бы здесь просто не стояло.
— И как же вы вывернулись? — начал потихоньку приходить в себя колдун.
— Лучше вам этого и не знать, — сплюнул наземь Дож.
— Хорошо. Что вы от меня хотите?
— Моральной и соответственно денежной компенсации.
— Хорошо, вы ее получите, — заложил руки за спину маг. — Какая сумма устроила бы вас, господа?
— Интересно, — усмехнулся гном, — а выдавать ее вы будете наличными или своей дурью? Я, может быть, пройдоха и шулер, а возможно, даже по мне до сих пор где-то виселица скучает за все мои грехи, но… — гном гордо расправил плечи, — я никогда намеренно не убивал. Слышите? Не убивал! Да, я защищался, и я проливал чужую кровь, выпуская души врагов на волю. Если мне приходилось драться, я следовал кодексу воина, и мне не стыдно смотреть другим в лицо. Но я никогда никого не травил ядом исподтишка! Ни быстрым, ни медленным. А ваша отрава хуже любого яда, она не убивает сразу, она разлагает жертву изнутри, заставляя выходить на дорогу, грабить, убивать ради еще одной порции дурмана. И вот нашими руками, с вашей подачи, сударь, мы едва не кинули новые зерна медленной смерти и мучений. Я уже не говорю о тех, кто пострадал и умер во дворе монастыря Королевы-Мученицы. — Здесь Дио громко поперхнулся.
Гном громко выдохнул, глядя в глаза колдуна:
— Скажите, мастер, зачем вам это? Я больше чем уверен, что у вас там, — он кивнул на пещеру, — еще достаточно фэла. вам не хватает славы, денег? Вы, известный маг, уже сейчас продали душу Отродью! — Дож подошел вплотную к магу. — Скажите, вам по ночам не бывает страшно? К вам во сне не приходят те, кто сдох от перебора порции или нехватки ее?
— Заткнись, коротышка, — прошипел Скорпо, — заткнись, пока еще можешь ходить по земле на своих двоих! Или ты предпочитаешь, извиваясь, ползать на брюхе и питаться мышами и лягушками? ЗАБЫЛ, С КЕМ ГОВОРИШЬ?! — На губах колдуна выступила пена. — Кто ты такой, чтобы говорить мне такое? Ты, недовешенный пивной мешок! Пропитанное вином брюхо! Изгой, укравший реликвию своего клана! — Я удивленно посмотрел на гнома, тот, побагровев, сжал кулаки. — Я не знаю, почему ты это сделал. И я тебя об этом не спрашиваю, так же, как и ты не знаешь и не спрашиваешь, почему я занялся этим долбаным ремеслом! — Голова, руки Скорпо тряслись.
Они стояли друг против друга, готовые вот-вот схватиться. Кентавр встал между ними, примиряюще вытянув руки.
— Господа, господа, вот только драки нам сейчас здесь не хватало. У нас свободная страна, и каждый вправе поступать так, как шепчет ему об этом его совесть. И никто не вправе осуждать те или иные поступки, не зная первопричин! Поэтому прошу вас, остыньте! Насколько я понимаю, вы еще будете нужны друг другу некоторое время. Так доведите дело до конца, а уже потом выясняйте отношения. Ну, так как?
— Пойдет, — прохрипел гном.
— Согласен, — в тон ему ответил волшебник.
— Хорошо, — облегченно кивнул Дио, поворачиваясь к колдуну: — Что дальше, мастер Скорпо?
— Дальше? — вернулся тот к настоящему. — А дальше… всё…
— Как всё, — не понял я. — Мы что, свободны?
— Да, — ухмыльнулся колдун, — девушка здесь, завтра на рассвете все и решится. После обеда, когда все будет закончено, если будет желание, можете проводить ее домой.
— А-а-а… ну-у… и… хр-р-ссь… — это было все, что я смог сказать.
— А что вы ожидали? Фейерверка? Светопреставления? — рассмеялся Скорпо. — Ну, может, это все и будет… — он перешел на шепот, — завтра… Все будет завтра, господа. Предвижу ваши вопросы. — Он было заговорил нормально, но, прищурившись, как от яркого света, продолжил тихо и торжественно: — Завтра утром, когда солнце только-только будет всходить, когда первые лучи объявят о наступлении девятого дня месяца Бриллиантовых Деревьев года Бархатной Утки, эта девица — расплата грехов рода де Ла'Дэй Гиер, ведя под уздцы белоснежного единорога, откроет с его помощью стену в Пещере Гонх-Дэй. И тогда я смогу взять в руки Бунп Лоуусу — Книгу Знания, которая предоставит мне ТАКУЮ ВЛАСТЬ, что богам станет тошно на своих Небесах! И это случится! — Глаза колдуна горели. — Случится завтра, ибо завтра — День Волхвов. Мой день! — Он повернулся и величаво направился к себе. На полпути Скорпо обернулся: — Приглашаю вас, господа, на завтрашнее представление. Поверьте, будет интересно…
Мы стояли, открыв рты.
— Придурок, он же погубит мир, — прошептал эльф.
— Не думаю, — задумчиво теребил гном косичку бороды. — Он безумец, но не до такой степени, чтобы уничтожать мир, которым собирается править. Меня больше беспокоит другое… — Он взглянул на первые звезды, зажигающиеся на вечернем небосклоне. — Я так разумею, он высчитал День Волхвов по зодиаку Лиу-Аноа, ведь так?
— Тоскуешь? — Я подсел к эльфу. — Что, так и будешь здесь сидеть до утра?
Куп не ответил, продолжая ковырять веткой угли костра.
— Я тебе не помешаю? — спохватился я. — Может, мне уйти, хочешь побыть один?
— Да чего там, сиди… — разомкнул губы эльф.
Мы долго молчали, глядя на играющее пламя. Красные мошки взлетали и, перегоняя друг друга, устремлялись навстречу парящим снежинкам.
— Завтра будет буря… — вздохнул Куп.
— С чего ты взял? — Я взглянул наверх. — Небо чистое, ветра почти нет.
— Завтра будет буря, — повторил эльф, — поверь мне.
Я не стал с ним спорить. Мы снова замолчали. Сидели и смотрели на огонь, лишь иногда подбрасывая в него хворост.
— Где-то вдали, там, за Великим Океаном, где земля соприкасается с небом, — ни с того ни сего начал Куп, — есть вершина. Вершина Мирэль-Ринн. Говорят, что тот, кто придет к этой вершине и достигнет самого ее пика, встретит там Хелеклаха. Если ты пришел с чистым сердцем и открытой душой, если твоя совесть не запятнана, а мысли далеки от грязи, Хелеклах сделает тебя счастливым, выполнив любое твое желание, не потребовав платы, ибо к нему приходят лишь те, кто потерял надежду и уже не ждет проявления доброй воли Небес и богов.
— А как он узнает, стоит помогать или нет? — протянул я руки к огню. — Он что — бог?
— Нет, он не бог. Он — дракон. Он смотрит на тебя и видит твое прошлое, твое нынешнее, твое потаенное. Вот так…