Невольница. Книга 2

— Где он? — спросила я Тата, который хрустел своим кормом.
Я не решалась подняться на второй этаж. Честно говоря, я даже не стала переодеваться. Так и сидела на кухне, но рано или поздно придется отсюда выйти.
Я глубоко вздохнула и встала на цыпочки. Пора набраться мужества и встретиться с Эшером лицом к лицу.
Ничего, Элла. Ты пережила Эшера-психопата, Эшера-преследователя, Эшера-садиста… Продолжай в том же духе.
Прерывисто дыша, я поднялась по лестнице. Всего-то два небольших марша.
— Ты думаешь, я забыл?
Я подскочила. И даже не осмелилась обернуться на его голос.
Внезапно в глазах потемнело. Свет погас. Грудь судорожно вздымалась, я застыла, слушая эхо его шагов. Он поднимался по ступеням.
Не торопясь.
— Сделай еще шаг, Элла, посмотрим, кто кого.
Я не шелохнулась. Чем ближе он подходил, тем отчаянней билось сердце. Я почти ничего не видела, и это обостряло остальные чувства. Теперь я ощущала его присутствие, как и его запах.
Он был совсем близко.
Я ахнула, когда он ухватил меня за подбородок и повернул к себе мою голову. Он приблизил свое лицо к моему. Теперь его горячее дыхание ласкало мне щеку. Я положила руку на его напряженное предплечье, услышав, как он втягивает носом мой запах.
— Тебе страшно, мой ангел?
Я ничего не ответила, и его пальцы сильнее сжали мой подбородок. Я поморщилась, когда он властно проговорил:
— Отвечай.
— Н-нет.
Он издал короткий смешок и заставил повернуться к нему лицом. Взял меня за горло и прижал к стене. Его зубы поймали мочку уха, и мое дыхание участилось. Он обхватил мое горло, и я закрыла глаза, чувствуя, что погружаюсь в эйфорию.
Эшер взял меня за бедро и приподнял его до своей талии. У меня прервалось дыхание, когда он потерся о мой пах. Затем впился в губы яростным поцелуем. Голова до боли вжалась в стену, но я не могла думать ни о чем, кроме его рта, с жадностью пожиравшего меня.
Я пальцами зарылась ему в волосы, но его рука мгновенно оставила мое бедро и жестко сомкнулась на моих запястьях.
— Я запрещаю тебе ко мне прикасаться.
Не дав ответить, он снова прильнул к моим губам. Вдруг он приподнял меня за ягодицы, заставив обхватить себя ногами за талию, и с силой прижал к стене.
Ох блин.
Необузданный, пылающий и непредсказуемый. Он вцепился ногтями мне в бедро, прикусывая мою губу. Я изогнулась сильнее, почувствовав, как его губы спускаются по шее, и застонала, когда он принялся кусать меня и втягивать кожу с болезненной силой.
Он хотел оставить отметины на моей плоти.
Я поморщилась от боли. Однако он приподнял голову, только чтобы прошептать:
— Это первый раз… но точно не последний за сегодняшний вечер.
И не успела я перевести дух, как его губы снова нашли мои. Он отнес меня в спальню, по-прежнему крепко прижимая мои бедра к талии. Я было ойкнула от неожиданности, но он заглушил мой вскрик поцелуем и навис надо мной, когда моя спина коснулась постели. Не церемонясь, содрал с меня кофточку, и я не сопротивлялась, целуя его. Жар этого объятия затуманивал рассудок. Я думала только о его ласках и отметинах, которые он оставлял на моей коже.
Я положила руки ему на грудь, но он снова перехватил мои запястья и повторил:
— Я же сказал: не трогай меня.
Потом взял меня за подбородок, вынуждая смотреть в свои серые глаза, в которых не было и тени невинных побуждений.
— Ты же так любишь издеваться надо мной. Наверняка знаешь, каково это — смаковать мое поражение, верно?
Другая его рука расстегнула мне джинсы и добралась до трусиков, заставив меня задрожать от нетерпения. При виде моей реакции уголки его губ поползли вверх.
— Так вот, я доставлю себе удовольствие побыть на твоем месте. И буду смаковать каждую секунду, словно она последняя.
Сквозь ткань он обвел по контуру мои нижние губы.
— Ты будешь умолять меня не останавливаться. Я заставлю тебя кричать, Элла. Клянусь.
Пока я с трудом пыталась перевести дыхание, он сдвинул трусики и начал выписывать круги по самой чувствительной точке. Я невольно вцепилась в его руку, но он снова закинул мое запястье мне за голову.
 
— Я больше повторять не буду. Не. Трогай. Меня.
С моих губ сорвался хриплый вздох, когда его горячие пальцы вошли в меня. Он зарычал, вытащил руку и поднялся. Затем стянул с меня джинсы.
— Так лучше.
Он не дал мне ни мгновения передышки и прижался своими бедрами к моим, неистово целуя. Его рука вцепилась мне в волосы и потянула их назад, обнажая горло.
Горячий язык прошелся по коже, а пальцы вернулись в мое лоно. Они двигались все быстрее, проникая все глубже, и мои стоны стали неудержимыми.
Мой рассудок растворялся в сладострастии Эшера Скотта.
— Не… останавливайся… умоляю…
Боль в шее, наслаждение между бедер, жар его тела, ласка его пальцев. Это было так хорошо.
Я смотрела на его полуоткрытые губы, а он скользил внутри все быстрее.
— Ты так красива, когда стонешь для меня, мой ангел, — проговорил он, прерывисто дыша.
Я откинула голову назад, чувствуя, как внизу живота разрастается шар.
Но, заметив это, Эшер остановился:
— Я еще с тобой не закончил.
В следующую секунду на смену пальцам пришел язык. Жар его губ вырвал у меня стон удовольствия, а он обхватил ягодицы и погрузил лицо в мое лоно.
Он рычал, не отрываясь от меня. Очень скоро толчки его языка заставили меня потерять голову. Я вцепилась в простыни, раз уж не могла вцепиться ему в волосы, наслаждаясь каждым мгновением этой пытки.
— Посмотри на меня.
Я опустила на него взгляд. От вида его губ, прижатых к моему женскому естеству, и его серых глаз я готова была кончить в любой момент.
Эшер добавил пальцы и чуть изогнул их, чтобы добраться до самой чувствительной точки. Движения стали быстрее, глубже, жестче.
— Ох ты черт, — простонал он.
Он с легкостью управлял моими криками. Я прикусила губу, когда его рот приник к внутренней стороне бедра, оставляя отметины, как на шее.
Остановившись, он поднялся, расстегнул джинсы и скинул футболку. Затем стянул футболку с меня. Легкий стон слетел с моих губ, когда пальцы захватили в плен сосок. Эшер обвел его языком, а на вторую грудь положил ладонь.
— Простони мое имя. Я хочу услышать, как ты стонешь мое имя.
— Э… Эшер…
Он прижался к моим бедрам и схватил с тумбочки презерватив.
— Разорви, — приказал он, поднося его к моим губам.
Я уцепила упаковку зубами, и Эшер резким движением порвал ее.
Надев презерватив, он медленно ввел в меня член и шепнул:
— Громче. Я хочу услышать свое имя.
— Эшер…
Одним толчком он вошел еще глубже. Заведя мне руки за голову, стиснул мои запястья и стал резче двигать бедрами.
— Громче.
— Эшер, — выдохнула я, откидывая голову.
— Охереть.
Член задвигался так же мощно и глубоко, как раньше его пальцы. Он прорычал мое имя в ухо, вцепившись в мочку зубами. Этот вечер станет последним в моей жизни, сказала я себе, пытаясь продышаться.
— Ты любишь стонать мое имя, правда, мой ангел? Ты любишь все, что я тебе делаю?
— Д-да… — удалось мне выговорить между приступами наслаждения.
Время будто замедлилось, и я не могла больше думать ни о чем, кроме его тела, прижатого к моему, его пальцев, обхвативших мои запястья, и его дыхания в ложбинке моей шеи. Рассудок больше не принадлежал мне. Я больше ничего не контролировала.
И это было так хорошо.
Жар внизу живота становился невыносимым под мощными толчками бедер Эшера. Он посмотрел на меня стальным взглядом и прорычал сквозь стиснутые зубы:
— Я… Я хочу видеть, как ты кончаешь. Кончи для меня, любовь моя.
— Ох блин, — выдавила я, совершенно не владея собой. — Эшер…
Его взгляд затуманился, рот приоткрылся. Он сейчас кончит. Крик наслаждения вырвался из груди, когда оргазм затопил мое содрогающееся тело. И сразу раздался хриплый рык, то есть Эшер достиг экстаза одновременно со мной.