Парадокс жнеца (СИ)

— Не бред, а лютая дичь, — прошептал я, открывая дверь.
Перед этим с большим трудом удержался от того, чтобы не посмотреть в глазок. Три коротких звонка, Оксана это, зачем в глазок смотреть? Вряд ли там сейчас один из гоблинов стоит. Но все равно, чтобы повернуть ручку замка, не глянув предварительно в глазок, пришлось приложить волевое усилие.
За дверью (вот удивительное дело!) стояла Оксана. В летнем платье — легком, белом и просвечивающем настолько, что видно белое же нижнее белье; в голубых легких кроссовках, маленькая сумочка на сгибе руки, ключи от машины на пальце; тот же самый наряд и та же самая поза, в которой я увидел ее на пороге неделю назад. И тот же приметный и броский макияж.
«Хватит!» — мысленно сказал я сам себе. Оксана знает, что мне нравится это белое платье и вот этот вот яркий макияж; а в этих кроссовках она чаще всего ходит, мы ей даже неделю еще такую же вторую пару, и еще такое же платье купили, чтобы вещи менять и не занашивать.
— Ой… — прикрыла рот ладошкой Оксана. — Сереж, а что случилось?
— Упал.
— Упал?
— Шел-шел, потом поскользнулся и упал, — объяснил я очевидное.
Оксана уже вошла и отставив сумочку, аккуратно осматривая мой лоб.
— Как, прямо на ровном месте умудрился?
— Да не знаю. Смотрел на сияние это, потом повернулся, упал, очнулся…
— Сияние, да! Даже на дороге остановилась посмотреть, первый раз такое вижу, очуметь просто! Давай тебе скорую вызовем, тут все в крови же…
— Да не переживай, все в порядке. Проходи.
Сняв кроссовки — не нагибаясь, цепляя носками за задники, Оксана прошла в гостиную, но замерла в проеме. Да, на столе свечи, вино, ужин, все как полагается.
— Вау! Вика, это ты организовала? Нет? Сереж, неужто сам приготовил? — повернулась Оксана так, что полы легкого платья взметнулись как у танцовщицы в пируэте.
— Угу, всю ночь клеил.
— Что?
— Весь день у плиты стоял, говорю.
— Что, серьезно, что ли? — вновь, в очередной раз серьезно отреагировала на мою шутку Оксана. Я как-то привык использовать юмор без поясняющей улыбки, а она очень часто принимает это за чистую монету.
«Твой сарказм часто бывает настолько тонок, что тебя все принимают за дебила», — как часто говорил один мой товарищ.
Ужин, кстати, доставка привезла с опозданием — едва успел стол накрыть перед назначенным временем появления Вики и Оксаны.
— Сереж, ты в порядке? — Оксана подошла почти вплотную и привстав на мысочках, принялась рассматривать мое лицо.
Она делала это прикусив губу — я вдруг сконцентрировался на этом моменте. Сразу необычайно четко и ярко почувствовал прикосновения рук, ощутил мимолетное касание ее упругой груди, когда Оксана на миг ко мне прислонилась. Внутри вдруг потянуло желанием близости, практически неконтролируемым. Буквально животный инстинкт спаривания накрыл с головой, никакой романтики — если поддаться, то сейчас схвачу Оксану и даже не думая о сидящей в комнате сестре, как животное подомну под себя. Причем не уверен, что обойдусь без звериного рычания.
Буквально титаническим усилием я отстранился от девушки, разворачивая ее обратно ко столу.
— Пойдем, поужинаем.
Голос прозвучал хрипло, слова с трудом произносил. Оксана легкой походной прошла за стол, присела. Наклонилась к одной из тарелок, так что в декольте платья я увидел приятные полушария — взгляд словно прилип. Снова меня накрыло — животные инстинкты просто заполнили голову, вытесняя остатки разума. Я реально сейчас, не обращая внимания на сестру, был готов наброситься на Оксану как безумный, срывая с нее одежду.
Вздохнув и сжав зубы — аж скрипнув, я справился с пиком накатывающего наваждения и присел, уткнувшись взглядом в пустую тарелку с разложенными рядом приборами. Может под столом вилку себе в ногу воткнуть?
Что со мной происходит, после удара головой нервные окончания замкнуло?
— Сереж, нам нужно очень серьезно поговорить.
Слова Оксаны сопроводил четкий стук — это Вика вернулась в реальность и отложила смартфон от себя далеко в сторону, что она делала очень редко, прямо вот в исключительных случаях.
 
Так. Так. Неделю назад наш «семейный» ужин тоже начался с заявления Оксаны, что нам нужно серьезно поговорить и Вика так же отложила смартфон на расстоянии вытянутой руки. Она реально о-о-очень редко так делает, поэтому мне сценка эта хорошо запомнилась.
Это я после удара головой провидцем стал, в кошмарных глюках будущее увидев?
Вот это удивление от повторения событий меня удержало на месте, как якорь — притушило животные инстинкты, и я не бросился на Оксану, сметая все стола.
— Сереж?
Голос у Оксаны напряженный, волнуется. Губа нижняя заметно прикушена, на щеках румянец. Едва стоило на нее взглянуть, как вернулась всепоглощающая похоть, поэтому я снова опустил взгляд. Накатило на меня прямо по-взрослому, практически до отсечки — там, где заканчивается разум и начинается самое настоящее безумие.
— Да, брат. Нам надо серьезно поговорить, — произнесла Вика очень серьезным голосом, тоже вступая в беседу.
Она меня братом называла всего один раз в жизни. Как раз во время событий прошлой… или будущей недели?
— Да-да, пять сек, дайте в себя приду.
Обхватив голову руками, я поставил локти на стол. Что-то странное происходит, слишком уж реалистичная галлюцинации. Если разные совпадающие мелочи можно объяснить, то слово «брат» из воспоминаний меня прямо перестегнуло, как тумблер перещелкнуло.
Надо собраться с мыслями — ведь за исключением разбитой головы на балконе, я реально все это уже видел. И даже предстоящий разговор помню почти дословно — и то, что я помню, мне очень не нравится.
А если допустить, что увиденное недавно мне не привиделось и я попал в петлю времени, и после гибели от соседского ружья переместился на неделю назад? Подобное предположение — уже серьезное, с допуском в реальности, оказалось настолько ярко для эмоций, что животная похоть отступила совсем. И я — опасаясь ее возвращения, чтобы закрепить результат, начал анализировать происходящее с самого начала.
Итак, ровно через неделю — восьмого июня, мне исполнится двадцать семь лет. Вот уже полгода из них живу в небольшом городке Княжев Рязанской области, постоянно-временно переехав сюда из Москвы.
Зовут меня совсем не Сережей. Нет, я не агент вражеской разведки, просто настоящее имя свое категорически не люблю, поэтому разным людям представляюсь всегда по-разному. Оксане, когда мы с ней познакомились на пляже чуть больше года назад — было время, увлекся пляжным волейболом, я как представился Сергеем, так до сих пор меня и называет. Хотя паспорт видела, настоящее имя знает.
С Оксаной я начал встречаться сразу после того, как прямо перед самой свадьбой расстался с невестой, вот об этом пока даже вспоминать не хочу. Из Москвы после этого приехал сюда и здесь прожил совсем неплохие полгода.
Для меня неплохие — для Оксаны вот, по ее мнению, как и по мнению солидарной с ней Вики, не очень, отчего и готовится сейчас состояться этот разговор. Дело в том, что с самой юности я очень много работал, и заработал себе на вполне достойную, пусть и без шика богатства, безбедную жизнь. Спасибо государству за стартовый взнос в виде комнаты — полученной, когда я попал под расселение аварийного жилья.
Приватизированные метры я продал и идя от меньшего к большему постепенно превратил в небольшой капитал из нескольких квартир, апартаментов и пары коммерческих помещений, что приносят мне неплохой доход. Не обошлось на этом пути, правда, без доли удачи — вспоминая юные годы, только теперь отчетливо понимаю, что очень легко мог остаться и у разбитого корыта с голым торсом, сняв последнюю рубашку.
После того как решил вопросы с постоянным и приличным доходом, приостановил свой забег — все же с момента первой продажи недвижимости пятилетка мелькнула не просто без отпуска, а практически без выходных. Уволился с «основной» работы, совсем прекратил брать подработки, до этого занимавшее все свободное время и решил наконец отдохнуть.