Инквизитор (СИ)

— Да ладно, — вырвалось у меня.
— Мы едем по закрытой трассе метро, — пояснил Бронислав. — Эти тоннели проложены не через весь город, и мы в итоге выберемся на поверхность, но сейчас прошвырнёмся с ветерком.
С ветерком — это в буквальном смысле.
Капля набрала такую скорость, что легко могла бы поспорить с моим аэрокаром, если бы мы летели по воздуху. А мы, судя по всему, это и делали.
— У нас хоть колёса есть?
— А какой в них смысл? — удивился Бронислав. — Тут же антиграв.
— Как в аэробайках, — блеснул я эрудицией.
— Или в твоём «Соколе», — в плане информированности учитель явно меня переплюнул. — Да-да, я знаю о твоей новой игрушке. Откуда деньги, не спрашиваю. Пока.
Вот последняя оговорка мне совсем не понравилась.
— А тоннели зачем?
— Во-первых, скрытое перемещение, — начал перечислять Бронислав. — Во-вторых, наши антигравы тянут мало энергии и не могут подниматься высоко. В-третьих, не надо заморачиваться взлётом и посадкой.
— Ладно, убедил.
Туннель постепенно закруглялся, ныряя вниз и налево.
— И что, во всех мегаполисах есть эти катакомбы? — уточнил я.
— Не во всех, — признал Бронислав. — Где-то мы прокладываем свои транспортные сети, где-то переделываем имеющиеся технические шахты.
От скорости мне заложило уши.
— А если врежешься в другого умника? — забеспокоился я. — Тут у нас одностороннее движение.
— Не врежусь, — заверил Бронислав. — Все операции согласованы через телепата-диспетчера, внесены в план и расписаны по времени. Компьютер отслеживает траекторию нашего движения. А машинки эти используются только в крайних случаях.
— И особо крутыми ребятами, — догадался я.
— Правильно мыслишь.
Вжуху тоннель не понравился. Котоморф начал забрасывать меня образами открытых пространств, заснеженных улиц и деревьев, укрытых белыми шапками. Я погладил питомца и мысленно пообещал, что мы скоро выберемся из этого унылого места.
Бронислав лихо управлял тачкой, вписывался во все повороты и даже не сбрасывал скорость. Через полчаса мы притормозили. Тоннель упёрся в заглушку, смахивающую на бронированный люк в моём подвале. Учитель посадил каплю, и я ощутил движение вверх.
Салон погрузился во тьму.
Затем вспыхнул свет.
И я увидел, как очередные ворота отползают в сторону, впуская в гараж свинцовый день. Вновь заработал антиграв, и мы сорвались с места.
Гараж остался позади.
Створка ворот автоматически вернулась на прежнее место.
— Знаешь, как мы эту малышку называем? — спросил Бронислав.
— Капля, — предположил я.
— «Слеза».
— Почему так?
— Как я уже сказал, мы используем эти машины в крайних случаях, — пояснил Бронислав, выезжая с какого-то дикого пустыря. — И если каратель моего класса выехал на «Слезе», то отступники, скорее всего, не выживут.
— Поэтично, — оценил я.
Мы явно выбрались из дублирующей системы метро, не доехав до конечной станции. Я не мог толком определить район, но было очевидно, что вокруг простирается промзона. Дымящие заводские трубы, исполинские цеха за высокими заборами, ржавые остовы списанной техники, мостовые краны, склады и бесконечные гаражи…
Не хотел бы я жить в таком районе.
Бронислав вывел «Слезу» на шестиполосную магистраль и, не сбрасывая скорость, начал лавировать между тяжеловесными автопоездами, бетономешалками, самосвалами и другими механическими монстрами. Я никогда не был в этом районе города, но подозреваю, что попал на север. Место, если я ничего не путаю, называется Магистральной Зоной. Как вы уже догадались, тут проходят ключевые автомагистрали, по которым фуры могут добраться до кольцевой. Плюс железнодорожная ветка и клановый аэропорт промышленного назначения.
Что из себя представляет Магистрал, как его окрестили местные? Тут расположились самые важные предприятия Дома Рыси. Артефакторная и машиностроительная промышленность, сборочные линии, испытательные полигоны для мехов, знаменитый на всю империю дирижаблестроительный завод. Никаких молочных комбинатов, пива и хлеба. Только тяжеловесные гиганты, коптящие небо сутки напролёт.
 
Кварталы здесь бесконечные.
Территория одного завода может растянуться на несколько километров и рассчитывать на поворот или перекрёсток не стоит.
Минут через десять мы встряли в пробку.
Ну как встряли…
Бронислав поднялся на несколько метров вверх и спокойно продолжил лететь вперёд, набирая скорость. Под нами растянулась до самого горизонта колонна автопоездов и колёсных платформ с кузовами легковушек в три яруса. Этих монстров приходилось облетать стороной.
— Ты же говорил, мы не умеем высоко подниматься!
— Высоко не умеем, — подтвердил каратель. — У нас потолок четыре метра.
«Слеза» пулей проскочила через затор, свернула направо, игнорируя светофоры, а через несколько минут углубилась в лабиринт однотипных серых пакгаузов.
— Долго ещё?
— Почти приехали.
Чем дальше мы внедрялись в это безобразие, тем более запущенный вид приобретала Зона. Главные предприятия и трассы остались позади, вокруг нас разворачивались ветхие кирпичные развалюхи, обрисованные граффити заборы, ржавые ворота и тучеразгонители.
На краю очередного пустыря Бронислав сбросил скорость.
Мы влетели на некое подобие парковки, занятой всего двумя машинами. Проржавшим насквозь микроавтобусом и колымагой со спущенными колёсами.
— Погнали.
Наставник отключился от системы управления.
В корпусе образовался люк.
Стоило нам выйти из тачки, как отверстие затянулось, а сама «спецтехника» перестала существовать. Хотя… Всезрение показало, что «Слеза» осталась на прежнем месте. Просто аппарат мимикрировал под окружающее пространство. Маскировка — огонь!
Я вытянул руку и наткнулся на изгиб кузова.
— Нравится? — усмехнулся Бронислав.
— А то. Ещё один артефакт?
— Дорогой и редкий. В открытом доступе хрен достанешь.
Мы пересекли парковку и остановились на краю Гаражного Моря. Справа простирался пустырь, слева из заснеженного говна торчали кривые деревца и покосившиеся сараи, виднелась пара обшарпанных пятиэтажек. А впереди закручивался лабиринт из приземистых построек.
— Видишь? — Бронислав указал на огороженную серым забором территорию, на которой в незапамятные времена располагался логистический центр. Прямоугольная коробка с плоской крышей. Ни окон, ни дверей. — Они там засели.
— Пробежимся, — предложил я, напитывая ноги силой.
И мы устремились вперёд.
По грязи, льду и пожелтевшему снегу.
Первым к забору вышел, естественно, полиморф. Следующим был я, а вот Бронислава пришлось подождать. Даже в режиме ускорения инквизитор с трудом за нами поспевал.
— Как ты это делаешь? — спросил учитель, восстанавливая дыхание.
— Может, и расскажу. Когда-нибудь.
Окрестности склада были совсем дикими, и нам приходилось пробираться чуть ли не по сугробам. А хуже всего было то, что через равные промежутки забор украшали камеры наружного наблюдения.
— Они знают, что мы здесь, — предупредил я.
— Само собой, — кивнул Бронислав.
— Ты хочешь вломиться через КПП?
— Естественно.
По дороге мы обсудили боевую задачу. Ликвидировать всех, кто окажет сопротивление, задержать владельца лаборатории. По возможности, найти сведения о кураторах проекта. Взять живым одного из хиропрактиков.
— Подожди, — я остановился, присел на краешек проржавевшей бочки из-под соляры и закрыл глаза. — Надо выяснить, куда мы лезем.
Сначала я проверил склад всезрением, потом запустил ретроскоп.
И то, что я увидел, мне не понравилось.
  
Глава 18
 
Через КПП мы прошли, словно асфальтовый каток.
Обитатели склада не испытывали ни малейшего желания с нами разговаривать, поэтому попытались сжечь. В толще стены открылись люки, из которых выдвинулись стволы огнемётов. Пламя должно было испепелить нас дотла, вот только на подобные случаи у меня предусмотрены воздушные щиты.