Гранатовые поля (ЛП)

Боже, это было приятно слышать. Не то чтобы я хотел, чтобы она страдала, но ревность — это уже что-то. Чувство, хорошее или плохое. Но это было что-то.
Я взял её руку в свою, отделив кончики пальцев от ладони, затем прижал её к своей груди.
— Моё сердце никогда не принадлежало ей.
— У неё было семь лет с тобой.
— А я дам тебе семьдесят.
Если это означало, что мне придется жить до 101 года, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы дать ей это время.
— Я переживу это, — пробормотала она.
Да, она переживет. В конце концов она поймет, что то, что я делил с Вивьен, ничто по сравнению с тем, что было у нас. Сегодня вечером я напомню ей об этом.
Поэтому я продолжил то, на чем мы остановились раньше. И снял леггинсы с ее тела.
20. ТАЛИЯ
Каденс бежала по полу спортзала, устремляясь в распростертые объятия Фостера, её хвост развевался позади нее, а сияющая улыбка была заразительной.
— Ты меня видел?
— Видел. Ты потрясающе справилась.
Он поцеловал её в щеку и покрутил её вокруг себя, прежде чем поставить на ноги, чтобы она могла броситься на Вивьен.
— Ты попала в кольцо три раза, — Виви осыпала лицо дочери поцелуями. — Я так горжусь тобой.
Кадди хихикнула, а когда Вивьен отпустила её, посмотрела на меня, и её красивые карие глаза заплясали.
— Так держать, милая, — я протянула руку, чтобы дать ей пять. — Ты была суперзвездой.
Баскетбол в первом классе был самым очаровательным спортивным событием, которое я когда-либо видела. Девочки бегали с одного конца площадки на другой, всё сбившиеся в кучу, пока тот, у кого был мяч, пытался вести дриблинг. Большинство бросков по кольцу не долетали до ободка. Но Кадди удалось забросить три раза из-под кольца.
Команда, с которой они играли, была из мальчиков-первоклассников, и я была в восторге, когда девочек объявили победительницами. Других команд было не так много и в следующие выходные они должны были играть с другой командой первокласниц.
На следующей неделе они сыграют со второклассниками. Затем через несколько недель мы повезем Кадди в один из соседних городов, чтобы сыграть с их командой. Такова была жизнь в маленьком городке, если ты занимался спортом. Родители брали на себя ответственность за поездки. И по ходу дела сближались друг с другом.
Мэгги подбежала к Каденс, две девочки хихикали и шептались, в то время как мама Мэгги пока махала нам всем рукой.
— Пока. Увидимся на тренировке на следующей неделе.
Фостер кивнул, Вивьен помахала ей в ответ. А я просто улыбнулась, не понимая, как я вписываюсь в эту ситуацию.
— Привет, Талия.
Женщина, с которой я училась в старшей школе, прошла мимо с тремя детьми. Одна из них была в команде Кадди.
— Привет, Линдси.
Мы не были хорошими подругами в школе, но когда твой выпускной класс состоит из пятидесяти трех человек, у тебя не особо есть варианты, с кем дружить.
Мимо прошли еще три человека, все поздоровались со мной, направляясь к выходу.
После того, как прошел последний, я повернулась к Фостеру, его глаза внимально наблюдали за мной.
— Что? — спросила я.
Он обнял меня за плечи, притянул к себе и поцеловал в висок.
— Ты всех знаешь.
— Не всех. Но почти всех.
Он хихикнул.
— Спасибо, что пришла сегодня.
— Конечно.
Даже с Вивьен здесь, я бы ни за что не пропустила первую игру Кадди.
— Хорошо, что дальше? — спросила Вивьен, сжимая руку дочери.
— Мороженое, — Кадди запрыгала вверх-вниз. — Можно? Пожалуйста-пожалуйста?
— Эм… — Фостер отпустил меня, приседая, чтобы поговорить с ней на одном уровне. — Мне придется отказаться от мороженого. Папочке сейчас нельзя сахар.
Что? Нельзя сахар? Это было новостью для меня. Он съел одно из маминых шоколадных печений вчера вечером, когда она занесла дюжину.
Мама не была столь деликатна в своем импровизированном визите. Она хотела оценить Фостера, но она была мила. А он льстил ей с того момента, как она переступила порог дома, и до того момента, как настоял на том, чтобы проводить её до Cadillac, потому что тротуар был скользкий.
 
Может быть, поэтому он съел печенье, чтобы получить мамино одобрение. А может, эта его диета была просто предлогом, чтобы свести общение между мной и Вивьен к минимуму.
Сидеть с ней на тренировке в начале недели и во время сегодняшней игры не было ужасно. Но это было неловко. Очень, очень неловко.
Мы с Вивьен проводили бесчисленные часы за разговорами, когда жили вместе, но сейчас я просто… Я не знала, что сказать. Поэтому я решила ничего не говорить. Она последовала моему примеру.
А Фостер оказался посередине, пытаясь общаться с нами обеими, но не уделять внимание одной больше, чем другой.
Крайне неловкая ситуация.
— Мы можем купить мороженое, — сказала Вивьен Каденс. — А потом потусоваться в отеле и пойти на праздничный ужин.
— Тебе правда нужно уехать завтра, мамочка?
Вивьен вздохнула.
— К сожалению. Но я скоро вернусь.
Улыбка на лице Кадди померкла.
Если Вивьен и скучала по дочери, то это чувство было взаимным. С тех пор как Вивьен приехала пять дней назад, они были почти неразлучны. Фостер проводил некоторое время в «Элоизе», навещая их. Как-то вечером мне пришлось задержаться на работе, и он пригласил их на ужин.
— Хорошо, тогда мы пойдем.
Вивьен придвинулась к Фостеру, встала на носочки, чтобы поцеловать его в щеку.
Я напряглась.
Это было так автоматически, так естественно, как будто она делала это сотни раз. Потому что так и было. Вспышка ревности разбушевалась, но я отказывалась её подпитывать. Поцелуй в щеку — это ведь ерунда, верно? Просто дружеский поцелуй.
Вивьен перевела взгляд на меня, и её глаза расширились. Очевидно, она прочитала ревность на моем лице.
— Прости. Я, эм… привычка. Которая уже не совсем уместна.
— Всё в порядке, — солгала я.
Ладонь Фостер нашла мою и крепко сжала. Придавая мне уверенности в том, что мы справимся с этим. Мы придумаем, как сосуществовать ради Каденс.
Он еще раз обнял и поцеловал свою дочь.
— Увидимся утром? Повеселись с мамой.
— Пока, папочка. Пока, Талия.
— Пока, мисс Мэдден.
Она одарила меня своей зубастой ухмылкой, как делала всегда, когда я называла её мисс Мэдден.
— Рада была тебя видеть. — Вивьен бросила на меня взгляд, полный мольбы, извинения, что только усугубило неловкость.
Если она будет продолжать молча умолять о прощении, а я продолжу отталкивать её, ситуация между нами никогда не изменится. Кто-то, я, должен был сделать первый шаг.
— Счастливого пути домой.
Я буду на работе к тому времени, когда она уедет завтра. Они ушли первыми, оставив Фостера и меня с отставшими в зале. Скоро начнут играть старшеклассники. Мои родители собирались приехать в город, чтобы посмотреть, хотя у них не было ни одного играющего ребенка. Но это был Куинси.
Мы любили своих детей.
— Ты в порядке? — спросил Фостер.
— Я не хочу, чтобы это было неловко.
— Это не продлится долго. Дай ей время.
Время.
— Да, — пробормотала я.
— Пойдем, — он взял меня за руку и повел из зала.
— Куда?
— Я хочу есть.
— Ты голоден. Но ты сказал, что тебе нельзя мороженое?
Он наклонился, чтобы сказать мне на ухо.
— Это не тот десерт, который я сегодня хочу, любовь моя.
Дрожь пробежала по моему позвоночнику, в то время как он ускорил шаг.
Может быть, в том, что Вивьен на этой неделе была с Каденс, были какие-то преимущества. Не ограничиваясь спальней, Фостер проявил изобретательность. Блеск в его глазах заставил мой пульс участиться.
Долгие часы тренировок, которые он проводил в последнее время, превратили его и без того скульптурное тело в произведение искусства. Эти руки. Этот пояс Адониса[9]. Рельефный пресс и такая упругая задница, что я хотела просто впиться в неё зубами.