Няня для бандита (СИ)

Сперва я стояла в стороне и просто смотрела на это. Завороженно наблюдала, как поднимается солнце и его лучи освещают двор – как раз в том волшебном месте, где медитировал Даниэль, сидя в позе лотоса. Но затем мое любопытство перебороло страх наказания, и я тихонечко пришла к нему, чтобы бесшумно сесть рядом. И тоже закрыть глаза, как это делал мой босс.
– Извините, что мешаю, – прошептала я. – Но я искала вас... я хотела... – мешкала я, опасаясь недовольства якудзы. Поэтому приоткрыла один глаз, чтобы убедиться – он полностью спокоен и все так же сидит, сомкнув веки. – Хотела показать вам рисунок Мивы.
Я аккуратно расправила листок, исписанный яркими фломастерами, и положила его перед Даниэлем – между мечом и отдающим теплом чайником из глины. В надежде, что отец откроет глаза и посмотрит на детский рисунок дочери, увидит, как старательно и с душой она изобразила свою мечту... Нарядный розовый велосипед, на котором Мива катит по улице. Мимо кособоких машин и вывески магазина с корявой надписью: «Свежей хлеп».
– Ваша дочь очень хочет себе велосипед, – имела я смелость произнести это вслух. – Я знаю, вы не разделяете ее стремления, но мне кажется, что будь у нее велик, она бы стала более счастливой... Я бы помогала ей держать равновесие. Даже... если надо – бежала бы рядом, придерживая за сидушку. Чтобы Мива не упала. Ну и, опять же, я уверена, в комплекте идут вспомогательные колесики, они... – говорила я и говорила, пока он сидел с закрытыми глазами, словно меня там нет. – Они помогут научиться крутить педали и рулить. Чтобы не было страха перед ездой... Вот, – закончила я и вздохнула.
Но никакой реакции не последовало – ни плохой, ни хорошей. Даниэль не метнул в мою сторону грозного взгляда, не сказал мне что-нибудь циничное и грубое. Но и не кивнул в знак согласия, не признался, что уже давно и сам об этом подумывал, просто не было человека, который бы помог его дочке освоить двухколесный транспорт. Ведь тетя Рэй была явно не в форме для того, чтобы бегать за озорной девчонкой, отлавливая велосипед на каждом повороте.
Якудза просто молчал и медитировал, зажмурив глаза. Перед нами все так же шел парок из носика чайника. По влажной от росы траве скользили первые лучи рассвета. А легкий ветерок шуршал принесенным мной рисунком, и теперь я боялась, что он улетит от порыва – задолго до того, как самовлюбленный папаша соизволит разуть глаза и посмотреть на старания дочки.
Во дворе было тихо и приятно. Ветерок шевелил букетом из бамбуковых трубок, которые свисали с дерева и выполняли роль музыкального инструмента. Расслабляя. Позволяя забыть о насущном и переместиться в мир раздумий. В мир грез или напротив ностальгии. Этот мягкий перезвон ловца ветра помогал окунуться в транс и подумать о том, что было раньше – что было утеряно навсегда и чего уже не вернуть. Пускай даже в этом не было никакого смысла.
Но я пыталась думать только о хорошем – о том, что нас всех ждет в ближайшем будущем. Если не случится плохое.
– Мива делает успехи, – заговорила я, хоть и не была уверена, что Даниэль меня слышит. – Она... ваша дочь весьма способный ребенок. Хоть и немного лентяйка... Впрочем, как и все дети. Мы выполняем с ней домашние задания. Каждый вечер отправляем выполненную работу учителям, отчитываемся по электронной почте. Через интернет, – пояснила я. – Так как Мива пока что не может посещать младшую школу, нам разрешили осваивать программу удаленно. И хоть я, конечно, не педагог, но дела идут неплохо... Мы вместе учимся писать, учимся читать, учимся считать... Вчера она заработала максимум во время онлайн-теста, – улыбнулась я самой себе. – Ответила правильно на двенадцать вопросов из двенадцати... И хотя оценок им пока не ставят, лично я результатом очень довольна. Считаю, что ваша дочь молодец. Она умница... – вздохнула я и посмотрела на непробиваемого мужчину, не слышащего ровным счетом ничего из того, что я рассказывала.
Ну почему он такой? Что ему мешает выйти из своей железной клетки и просто жить? Ведь жизнь не закончилась – она продолжается.
 
Подул опять небольшой ветер, и рисунок Мивы сорвался с места – он перевернулся пару раз и взлетел над землей. А я только и успела, что хлопнуть глазами.
– Ой! – дернулась я, но было поздно.
Листок бумаги сделал сальто и был мгновенно схвачен Даниэлем. Он словно поджидал этого момента – словно медитировал с той целью, чтобы предвидеть будущее. И схватить улетающий рисунок в нужный момент.
Он расправил бумагу и посмотрел на картинку.
– Мива очень надеется, – пошла я ва-банк, – что вы подарите ей велосипед на Рождество. Я понимаю ваши опасения, но мне кажется, что...
Даниэль невозмутимо взял за ручку чайник, снял с него крышку и перевернул ее как чашечку. Он молча налил в нее чая, а затем вручил неожиданно мне.
– Пей, – сказал он сухо.
А я смотрела на чашечку в руке и не переставала удивляться.
– Что? Что это? – Но Сато не ответил, а просто ждал, пока я выпью. – Я выпью только тогда, когда узнаю, что в чашке.
– Если ты не выпьешь, – объяснял мне Даниэль, подняв с полотенца меч, – я сочту это личным оскорблением.
– О... – поняла я вдруг ситуацию, и моя рука с загадочным чаем стала мелко дрожать. – Хорошо. Теперь все ясно... Никаких проблем.
Я осушила чашечку и ощутила, как по телу разливается тепло. Это был какой-то пряный сбор из трав и зеленого чая, в нем преобладала терпкость, на сахар не было и намека. Но послевкусие было приятным.
Даниэль спрятал меч в ножны и отложил его в сторону. Потом якудза взял у меня из рук ту самую чашечку и налил в нее чая – уже для себя. И спокойно выпил.
Это произвело на меня сильное впечатление. Я тогда не понимала, что именно происходит, но было очевидно, что происходило нечто странное. Что-то такое, что имело скрытый смысл.
– Это «южо-ча», – сказал Сато и накрыл пустой чашкой заварник. – Ритуальный чай дружбы. Его пьют, когда враждующим кланам нужно объединиться против общего врага. Чтобы заключить мир, нужно выпить из одной чашки. Это делает участников чаепития союзниками и ставит точку в их конфликте.
– Оу... Я поняла, – начинала я осознавать, к чему все эти прелюдии. – Так значит... Выходит, мы с вами теперь... Ну...
– Спасибо, – ошарашил меня Хозяин. В хорошем смысле.
– За... за что?
– Я очень ценю то, что ты делаешь для Мивы, – ответил он.
И я робко улыбнулась.
– Хм... Я рада помочь.
А потом Даниэль поднялся и сказал:
– Это еще не все. Пойдем со мной, я тебе что-то покажу... Тебе нужно съездить в штаб-квартиру, – сказал он мне, направляясь к гаражу. – С момента предыдущего визита прошло уже больше недели.
– Считаете, что это безопасно? – семенила я за ним в комнатных тапочках.
– Если ты о Миве, то ей ничего не угрожает, если я рядом. Именно поэтому мне нужно, чтобы в штаб поехала ты... Я бы мог сделать это сам, но ситуация непростая. Сама понимаешь.
– Да, я понимаю.
– Отправишься в штаб якудза из расскажешь главе моего клана о случившемся.
– Мне рассказать им о нападении? – уточнила я.
– Расскажешь, что произошло. И заявишь, что это нападение на совести картеля. Это все «четверки» – их рук дело, я не сомневаюсь.
– Хорошо... – вздохнула я без особого энтузиазма. Покидать теперь Миву мне совсем не хотелось. Уж больно быстро я привыкла к домашней атмосфере этого дома. – Но как мне теперь быть – у меня нет транспорта. Вызвать такси или, может, взять автомобиль в аренду? До конца этого месяца...
– Нет, – ответил Даниэль и нажал на пульт гаражных ворот. – Не надо. Это лишнее.
Он завел меня в гараж, и там было пусто – левая половина, где раньше стоял черный мерс, жалобно пустовала. Еще недавно здесь стояла хорошая красивая машина, отполированная до блеска. Теперь же седан превратился в груду смятого металла и покоился на дне залива, как и джип тех подонков, что устроили покушение.
И тем не менее, мы зачем-то сюда пришли.
– Машины нет, – сказала я очевидную вещь. – Может, все же такси?