Окно на северную сторону (СИ)
Позже, когда все закончилось, омега укрылся с головой и прикусил уголок посеревшей наволочки, чтобы сдержать рыдания, клокочущие в груди. Как он расскажет об этом Кристиану? Как объяснит это самому себе? Как научиться относиться к этому легко, как Далиан? И нужно ли вообще учиться подобному? Вопросов было множество, ответов не было вовсе, и Авиан мысленно поклялся себе, что не будет говорить об этом ни с кем. Можно же сделать вид, что этого не было, правда? Что это не его вина? Впрочем, его ведь не принуждали...
***
Авиан уже почти десять минут смотрел в книгу, но строчки упрямо расплывались, никак не складываясь в осмысленные слова. На коленях стояла тарелка, но о еде Авиан вспоминал лишь когда слышал покашливание Далиана. Тогда он набирал полную ложку, впихивал ее в рот и рассеяно жевал, чтобы не обижать бету. Тот же благоразумно молчал, перестилая постельное белье на койках, и изредка бросал обеспокоенные взгляды на профиль Авиана. Несколько раз он порывался заговорить, спросить о том, что же так гложет омегу, но сдерживался. Понимал, что тот заговорит сам, когда решится, и все расскажет. Так и произошло - еще через несколько минут Авиан шумно захлопнул книгу, отодвигая ее от себя, поставил тарелку на стол и устало прикрыл веки.
- Все на прогулке? - в конце концов, тихо спросил Авиан.
- Да. Все нормально еще? - Далиан присел рядом, внимательно вглядываясь в осунувшееся лицо омеги. Ресницы того часто дрожали, откидывая темные тени на щеки, и Далиану почудилось, что Авиан готов расплакаться. Тяжело вздохнув, бета уложил голову парня себе на плечо и настойчиво повторил: - Ты нормально себя чувствуешь?
- Да, Лиан, все хорошо, - просипел Авиан. - А ты почему на прогулку не пошел? Если из-за меня, то это совершенно лишнее. Я не хочу, чтобы тебе приходилось себя в чем-то ограничивать.
- Начинается! Ну-ка прекрати! - прикрикнул Далиан, несильно стукнув по затылку. - Нашелся мне тут пуп Земли! Я здесь, потому что камера напоминает свинарник. Нужно поменять белье, а потом идти в прачечную. Хесс договорился с Томасом, тот сейчас совершенно шелковый. Постоянно о тебе спрашивает.
- Да? - Авиан испуганно поднял голову, прикусывая губу. - Все нормально? Он же не догадался?
- Все нормально, - успокоил Далиан, снова укладывая черноволосую голову на свое плечо. - Я уже говорил - это не твои проблемы. Просто он обосрался из-за угрозы потерять работу, так что сейчас с ним несложно договориться. Расскажешь, почему ты такой кислый? - Далиан сознательно сменил тему, чувствуя, как напрягся Авиан. Было заметно, что ему сложно подобрать слова, он несколько раз открывал рот, но так и не произносил ни единого звука.
- Я устал, - в конце концов, выдохнул Авиан, смущенно пряча лицо на плече беты. - Хочу домой.
- Скоро будешь дома. Я знаю, что сложно, нужно немножко потерпеть. Все забудется, мой хороший. Все забывается, - перебирая отросшие на затылке пряди омеги, прошептал Далиан. - Ты обязательно будешь счастлив, вот увидишь. Иначе и быть не может.
Бета говорил еще что-то, но Авиан уже не слушал. Тихий голос окутывал, словно теплое облако, а руки, обнимающие за талию, казались такими надежными, что вскоре глаза закрылись, а все мысли улетучились, сменились благодатной легкостью. Авиан заснул. Заметив это, Далиан замолчал, тяжело вздохнул и удобнее устроил голову парня на своем плече. Сидеть на жесткой скамейке было неудобно, горячее дыхание обжигало кожу, а белье он так и не перестелил, рискуя нарваться на гневную отповедь от Хесса. Но, смотря на сопящего омегу, который сейчас казался совсем ребенком, Далиан не решался даже пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы разбудить Авиана. Слишком он напоминал ему младших братьев и стал почти родным. Забота о нем стала естественной, поэтому Далиан тоже прикрыл глаза, вжимаясь затылком в холодный шершавый камень стены. Он чудесно знал, что спать Авиан будет недолго. Так и оказалось. Уже минут через двадцать омега заерзал и тихо простонал. Ресницы дрогнули, и, бегло осмотрев камеру помутневшим взглядом, Авиан поинтересовался хриплым ото сна голосом:
- Я долго спал?
- Нет, совсем чуть-чуть, - Далиан улыбнулся, разминая затекшую шею. - Как ты себя чувствуешь? Потерпишь еще?
- Все хорошо пока, - пробормотал Авиан. Напряжение внизу живота было еще совсем слабым, в этот раз интервал "покоя" был значительно дольше. Это обнадеживало, возможно, вскоре течка и вовсе сойдет на нет. А потом приедут родители, заберут его отсюда и все забудется. Да, конечно, забудется. Разве есть какой-то повод, чтобы когда-либо вновь припоминать эти безумные дни?
- Хорошо. Ладно, мне нужно перестелить белье, иначе Хесс выебе... Будет ругаться, - поправился Далиан, чем вызвал у Авиана улыбку. Даже жаргон они поменяли ради него, видимо щадя слух омеги.
- Я помогу тебе.
- Даже не думай! - Далиан отрицательно покачал головой, сосредоточенно стягивая простыни с койки Эльмана. - Сиди, отдыхай!
- Лиан, перестань! Только не начинай нести вот эту хрень про то, что мне теперь нельзя ничего делать. Я даже слушать это не хочу, ясно? - Авиан раздраженно запустил пальцы в волосы, прожигая бету сердитым взглядом, и тот не сдержался от улыбки.
- Ладно-ладно, как хочешь! Только не бей меня! Перестели тогда у Хесса, - Авиан кивнул и быстро принялся за работу. Почему-то сегодня это приносило настоящее удовольствие, как будто вот так, занимаясь рутинным трудом, он делал что-то важное и полезное. Впрочем, это было неудивительно после нескольких дней совершенно своеобразного существования.
Авиан скинул грязные простыни в кучу с бельем, постелил свежую, приподнимая матрас. Самочувствие было вполне терпимым, и он даже начал насвистывать под нос песенку, которую ему в детстве часто пел Кристиан.
- Ой, Авиан, подними фотографию и положи под матрас. Выпала, наверное, - произнес Далиан, и омега действительно заметил под ногами белый прямоугольник. Склонившись, он взял фото в руку, безразлично перевернул, всматриваясь в лицо Хесса. Альфа был узнаваем, хотя и значительно моложе. Наверное, ему было здесь лет двадцать пять, а может и меньше. Он широко улыбался и выглядел абсолютно счастливым, а руки его лежали на округлом, явно беременном, животе омеги. Несколько мгновений Авиан смотрел на переплетенные пальцы альфы и омеги, а потом поднял взгляд выше. Светлые волосы, голубые глаза, белозубая улыбка - омега был прекрасен, счастлив и, кажется, безумно влюблен. Авиан тяжело осел на пол, не выпуская из дрожащей руки фотографию. С нее ему улыбался его первый мужчина и Кристиан - его папа.