Окно на северную сторону (СИ)

 Часть 8 
 Авиан всю ночь ворочался из стороны в сторону. Сначала ему снились альфы: их было много, они все скалились и наступали на него, пока не загнали в угол, вынудив вжаться в стену. Некоторые из них свистели, другие манили пальцем. И все продолжали надвигаться, окружать его со всех сторон, тянуть грязные руки и обжигать лицо зловонным дыханием. Когда с Авиана начали стягивать одежду, он закричал, пнул кого-то ногой, вцепился ногтями в мясистое плечо...
 - Мелкий, блин, заткнись! - в сон прорвался голос Эльмана, а еще спустя мгновение Авиана подкинуло на койке. Видимо, альфа ударил ногой снизу. Удалось расслышать, как Хесс сонно пробормотал "дебил малолетний", и только после этого Авиан окончательно проснулся и осознал, что находится в камере. Кто бы мог подумать, что когда-то подобное сможет обрадовать? Но сейчас и правда затопило облегчение - его никто не тронет. Авиан разжал судорожно стиснутые на подушке пальцы, расправил сбившееся в ногах одеяло и повернулся на другую сторону, намереваясь вновь попытаться уснуть. Как оказалось, это было плохой идеей - Натаниэль смотрел. В тусклом свете, проникающем из коридора и улицы, сложно было различить выражение его лица, но сомнений, что смотрит он именно на Авиана, не возникало. Тот даже смутился - спать под чьим-то взглядом казалось неловким. Пришлось вновь перевернуться и накинуть на голову одеяло. Возможно, это и по-детски, но, в конце концов, имел же Авиан право хоть на какую-то приватность?
 Как ни странно, вновь заснул он довольно легко, но через какое-то время снова вернулись сновидения. В этот раз в них фигурировал рыжеволосый бета, которого жестоко насиловали. Парень кричал, вырывался, а потом только жалко скулил и плакал. И не было никакой возможности помочь ему, Авиану казалось, что он просто прирос к земле, даже взгляд не в силах отвести. Оставалось смотреть, снова и снова, как одну-единственную сцену в до боли привычном спектакле.
 Наверное, именно эти сны способствовали тому, что когда Авиан проснулся утром, он был полон решимости, по крайней мере, стараться вести себя достойно. Его привычка засыпать в слезах казалась жалкой и недостойной ему самому, а происшествие с рыжеволосым мальчишкой доказало, что Авиану повезло значительно больше, чем могло бы. Да, вчера было стыдно, и сегодня тоже наверняка будет нелегко смотреть всем прямо в глаза, но, в конце концов, от стыда не умирают. Решив, что хотя бы постарается сохранять хладнокровие, Авиан аккуратно спустился вниз, пытаясь не потревожить спящих на нижнем ярусе. Эльман с Далианом лежали в обнимку, и казались такими умиротворенными, расслабленными и даже счастливыми - глядя на них можно было забыть, что это тюрьма и что все чувства здесь искажены, задвинуты куда-то на периферию. Ведь главная цель - выжить. И никакие привязанности не должны этому мешать.
 "Браво, Авиан, ты становишься циником", - кольнула мысль и быстро угасла. А как же иначе? Здесь только так и можно. Решив, что самобичевание ни к чему не приведет, Авиан откинул челку со лба и направился к раковине. Переодев рубашку и умывшись, он тихо сел за стол, дожидаясь пока проснутся остальные. Как раз перед Авианом лежала книга, отчаянно захотелось хотя бы перевернуть ее и прочитать название, но Натаниэль в это время уже завозился на своей койке. Книга была его, и трогать ее без спроса Авиан не решался. Да и просить вряд ли стоило, лучше было поинтересоваться у Далиана, ведь в тюрьме должна быть библиотека. Неплохо было бы сходить туда и взять хоть что-то почитать.
 - Доброе утро, мелкий, - Авиан вздрогнул, когда рядом с ним сел Эльман. И как так тихо подкрался, спрашивается? Он был лишь в одних трусах, прижимался голой ногой и плечом, но отодвинуться Авиану было некуда: и так втиснулся в каменную кладку. - Как спалось?
 
 - Доброе. Нормально, - под нос пробормотал Авиан и поерзал, надеясь хоть как-то увеличить дистанцию. Эльман не был таким громадным, как Хесс, да и у Натаниэля мышцы были значительно более развиты, чем у него. Эльман же был гибким и жилистым, не таким уж и пугающим, и, по сути, казался дружелюбным, если забыть об его двусмысленных намеках.
 - А чего кричал тогда? - поинтересовался Эльман, широко зевнув и запустив ладонь в темные волосы. В первый день Авиану показалось, что они черные, но, приглядевшись, стало понятно, что это скорее темно-каштановый цвет.
 - Не помню, - неопределенно ответил Авиан. Не хотелось говорить, что ему снилось, как его планируют насиловать. О вчерашнем происшествии в душевых пока никто не вспоминал, и было бы лучше, чтобы и впредь это не обсуждалось. Уж слишком унизительно, хотелось как можно скорее вытравить из себя эти воспоминания.
 - Ясно, - Эльман неопределенно пожал плечами и, вытащив из пачки сигарету, закурил. Отодвигаться, видимо, он не планировал, поэтому Авиан затих и даже смог расслабиться. В конце концов, ничего страшного ему пока не грозило. А вскоре проснулись и все остальные, начали одеваться и переговариваться о каких-то мелочах. Ни Хесс, ни Натаниэль не обращали на Авиана внимания, как будто и не было вчера ничего. Хотя, наверное, для них это было слишком привычно и за ночь совсем забыто. И через какое-то время и сам Авиан почти успокоился.
 ***
 Вскоре после завтрака Авиана увели в комнату свиданий. Догадаться, кто именно мог его навестить, было несложно. Удивляло другое - как Кристиану удалось так скоро добиться встречи? Впрочем, папа славился умением достигать желаемого, об этом не стоило забывать. Когда Кристиан вошел, Авиан встал из-за стола, окинул хрупкую фигуру родителя пристальным взглядом и остановил взгляд на скуле. Там красовался синяк, который, конечно же, был тщательно замазан тональным кремом, но то ли свет так падал, то ли кровоподтек был слишком ярким, потому что в итоге синеватый оттенок довольно четко проступал на светлой коже.
 - Чем от тебя несет? - с подозрением поинтересовался Кристиан, после приветствия.
 - Что у тебя на щеке? - в свою очередь спросил Авиан, вновь садясь за стол.
 - Ударился. Так что это за запах?
 - Ударился или ударили? Я стираю. Мыло, наверное, так воняет.
 - Мыло? Какое любопытное мыло, - прошипел Кристиан, прищурившись и склонившись вперед. - Вин, скажи мне правду!
 - Тебя ударил Джастин? - сейчас это единственное, что его интересовало. Кристиан разрушал свою судьбу, и от этого было больнее всего. Собственное благополучие отступало на второй план при такой явной демонстрации проблем у папы.
 - Вин, так мы ничего не добьемся, - покосившись на охранника, тяжело выдохнул Кристиан. - Я хочу услышать ответ на свой вопрос: почему от тебя пахнет альфами?