Архитектура любви (СИ)

Да, только боль.
Я поникла, и двинулась в гостиную, чтобы отыскать бюстгальтер и блузку. А еще мне хотелось раствориться, стать невидимой, чтобы больше никогда не сталкиваться с Артемом.
Но он ожидал меня в холле, уже полностью одетый (когда только успел), и со странным выражением лица. Я очень боялась смотреть на Артема, но физически ощущала необходимость заглянуть в его глаза, чтобы убедиться, что оказалась права, и действительно ничего для него не значу.
Мужчина держал в руках мой пуховик и помог мне одеться, все так же, не проронив ни слова и это ужасно раздражало и еще больше действовало на нервы. Хотя, в моем случае, наверное стоило радоваться этому, ведь чем меньше будет сказано обидных, разящих слов, тем лучше. Тем меньше рана на сердце.
Удивительно, но Артем подвез меня до офиса, по пути даже заехав в какое-то кафе и купив кофе, но продолжал играть в молчанку, и по лицу его было невозможно понять, о чем же он думает.
Лишь оказавшись в приемной своего начальника, я смогла выдохнуть. Уже полчаса как начался рабочий день, а я словно в тумане плыла, и не могла сосредоточиться. Впрочем, весь день прошел именно в таком ключе.
И сегодня я тоже была сама не своя, все время что-то забывая, не концентрируясь на том, что говорил мне Максим. Он странно поглядывал в мою сторону, будто о чем-то подозревал, но я даже боялась представить, что Артем мог ему все рассказать. Это будет позор в квадрате!
— Вика, Вика, ты чего же это сидишь! — в приемную без стука фурией ворвалась Лида, чуть не снеся компьютер и кипу бумаг с моего стола. Ее грудь усиленно вздымалась, а глаза горели диким блеском. — Там такое! Такое!
— Да что случилось? — я с удивлением уставилась на подругу.
— Ох, ну ты даешь! Все самое интересное пропустила! Весь холдинг уже на ушах стоит, а ты тут сидишь и носа наружу высунуть не хочешь!
Я обреченно помотала головой. Лида порой была подобна проснувшемуся вулкану. Стремительной и громкой!
— У нас там охранники повязали одного программиста! Прям в приемной Петрова. — Лида картинно приложила руку к груди. — Он выходит, а его раз-два и лицом вниз, а потом повели прямиком к Арсеньеву. Ох, через все коридоры вели, а он кричал, сопротивлялся. Но из кабинета Арсеньева еще никто живой не выходил!
Лида цокнула и вскинула брови.
— То есть как? — сердце от чего-то застучало быстрее, а ладони тут же сделались влажными. — Арсеньев человека там убил что ли?
— Ой, ну это я так, образно! — подивилась моим словам Лида. — Для красного словца. Но факт остается фактом, что-то случилось в холдинге, раз такая заварушка произошла.
А я призадумалась, разбирая чрезмерно эмоциональную речь подруги.
В приемной Артема повязали программиста? Это так странн…
— Лида, как звали программиста? — холодный пот прошиб все тело и я даже подскочила от неожиданности той догадки, что пришла мне на ум.
— Гурьин Леня.
Глава 27
Мялась у входа в кабинет начальника охраны, но все никак не могла решиться и постучать в дверь. Понимала, что должна это сделать, но сил и смелости не хватало, чтобы совершить решающее движение.
Наверное, я все же слабачка.
Внутри все клокотало от раздирающих душу чувств, и к боли от переживаний по поводу Артема, добавилось неприятное предчувствие, или даже ожидание скандала и выяснения отношений.
Пока я собиралась с мыслями, дверь неожиданно отворилась, и на пороге застыла фигура Арсеньева Михаила Юрьевича, который со спокойным выражением лица смотрел на меня, будто заранее знал, что я топчусь в коридоре и все никак не могу зайти внутрь.
— Виктория. — он едва заметно кивнул головой. — Прошу вас.
И мужчина посторонился, призывая меня пройти в его кабинет.
Ладно, чего уж….
Набрала побольше воздуха в грудь, и расправив плечи, мысленно пожелала себе удачи. Она мне сейчас уж точно пригодится.
Только сделав пару шагов, практически сразу наткнулась на затравленный, но при этом разгневанный взгляд Лёни. Да, он сидел в кресле в углу помещения и выглядел неважно. Ссутулился и похоже ожидал чего-то нехорошего, потому что вся его поза выдавала напряжение и готовность к любому исходу разговора.
 
— Виктория, присаживайтесь. — Арсеньев указал рукой на кресло, что приютилось возле его небольшого стола. Сам он сел во главе и внимательно поглядел сначала на меня, а потом и на Лёню. — Сразу скажу, этого разговора я не планировал, и тот человек, который собственно и поспособствовал всей этой ситуации, строго-настрого просил меня не впутывать вас Виктория, в наши внутренние разборки. Но, Леонид настоятельно требовал все же обратиться к вам.
Удивительное дело, но сейчас, вот в эту самую минуту, я совершенно не испытывала волнения. Как только вошла в кабинет, все терзания растворились оставив абсолютно трезвую голову. Я ничего не ощутила при виде Лёни, не запаниковала и что уж совсем странно, но чувствовала себя очень уверенно.
Интересно, почему еще два дня назад я в буквальном смысле «осела» и вид Лёни поверг меня в шок?
От чего сейчас я настолько спокойна?
— Виктория, — между тем продолжил Михаил Юрьевич. — подскажите пожалуйста, вам знаком этот молодой человек?
Мужчина указал рукой на Гурьина. Я глянула в его сторону, но даже бровью не повела.
— Знаком.
— Откуда вы знаете друг друга? Как давно?
— Мы учились в одном университете, но на разных специальностях.
— Как близко вы общались?
— Он был моим молодым человеком непродолжительное время.
— Как долго?
— Две недели.
Брови Арсеньева взлетели вверх.
— Как интересно. Кто же был инициатором расставания?
— Михаил Юрьевич, вы сейчас задаете очень личные вопросы. — я воспротивилась такому допросу, хотя понимала, что наоборот, должна быть предельно честной. Но неизвестность меня настораживала.
— Виктория, я понимаю ваше недовольство. — кивнул головой Арсеньев. — Однако, еще несколько дней назад у нас с вами состоялся разговор, причиной которого стало незаконное проникновение постороннего человека в приемную вашего начальника. Как вы понимаете, это дело не могло остаться без ответа, поэтому сейчас мне необходима ваша помощь в расследовании происшествия.
Мужчина на секунду умолк, глянул на Лёню, а я вообще не смотрела в его сторону. От чего-то мне совсем не было его жаль. Я уже догадалась, что это именно он был тем таинственным поклонником, который одаривал меня цветами. Наверное, в идеале мы бы должны были поговорить с глазу на глаз, но делать этого совсем не хотелось.
— Гурьин Леонид, — начальник охраны кивнул в сторону молодого человека. — обвиняется во взломе системы безопасности, подмене видеозаписи с камер наблюдения. И сегодня он пойман на признании в этом, однако, просил связаться с вами, поскольку очень желает пообщаться. Может быть вы объясните мне, почему, и чем вы собственно можете ему помочь или оправдать?
Вот….
— Михаил Юрьевич, я не видела Лён. Леонида более семьи лет, поэтому не представляю, зачем он меня звал.
Говорила четко, собрав всю волю в кулак. И почему еще пару дней назад я растеклась лужицей перед ним, испугалась и не смогла адекватно отреагировать? Почему тогда испытывала боль, зато сейчас мне все равно? На Лёню и свои прошлые чувства к нему.
Потому что мои мысли занимает только один человек. И чувства обострены до предела именно к нему.
— Вика! — воскликнул Лёня и я обернулась к нему. Ничего. Я не ощутила ровным счетом ничего. — Вика, ты же любила меня! Ты сама говорила об этом! Сколько раз клялась в любви, смотрела на меня как преданная собака, чуть ли в рот мне не заглядывала! Что же ты сейчас врешь?
Господи, и почему я так долго страдала от его предательства и обмана?
Арсеньев внимательно наблюдал за нами.
— Я увидел тебя случайно в коридоре, и решил возобновить наши отношения, а ты? Почему ты подставляешь меня, Вика?
Лицо молодого мужчины было перекошено злобой и ненавистью.
— У нас не было отношений, Лёня. — откуда-то взявшееся спокойствие поражало даже меня саму. — Ты выиграл спор, тебе не нужны были мои чувства.