Зверь. Том 1 и Том 2 (СИ)
Алла не понимала — откуда на сеновале взялась её копия? И почему копия сразу же парализовала Аллу? Чтобы связать? Но для чего?
И ведь как хитро обманула — был звонок от Саши Черноглазова, который предложил встретиться в гостинице. Алла Севостьянова обрадовалась — вот оно, то самое! Тот самый момент, когда она отдаст возлюбленному самое дорогое. Она уже представила себе, что будут дорожки из лепестков алых роз, будут ароматические свечи, будет ванная с бокалами шампанского. Именно такие фотографии скинул Саша после своего звонка. Романтично и красиво…
Картинки были очень заманчивыми, особенно кольцо с огромным бриллиантом. Может, поэтому Алла и приехала одна, без охраны?
А в итоге?
Стоило празднично разодетой Алле переступить порог номера, как сразу же получила разряд парализующего заклинания, а вдобавок ещё и распылителем Безмолвия брызнули в лицо. После этого руки и ноги были связаны, девушка зафиксирована на кровати, а в рот засунут кляп. Для пущей надежности всё-таки распылитель Безмолвия не панацея от криков. Действие распылителя со временем сойдет на нет.
Вот и отдала самое дорогое…
Между тем копия набрала номер на мобильном телефоне и коротко сказала:
— У меня всё готово.
Выслушав ответ, она хмыкнула и нажала на сброс. После этого вытащила из сумочки Аллы её телефон, нашла нужный номер и позвонила. Алле нетрудно было догадаться с кем она разговаривала, когда копия приветствовала собеседника:
— Привет, мифутка! А у меня для тебя сюрприз… Нет, не самолет, не скажу… Ах-ха-ха, ну тебя, сразу же пошлости… Но я могу попить с тобой кофе. Ой, у тебя родителей не будет? Нет, тогда я не приеду… Ну ты опять приставать будешь? Обещай, что не будешь? Ой нет, всё-таки, наверное, не надо-о-о… Ну, я не знаю… Ладно, хорошо, но только кофе и фильм. Ни на что большее не рассчитывай. Нет, никакого массажа — я не умею… Нет, я не верю, что ты тоже умеешь, мифутка. Ладно, тогда до скорой встречи… Чмоки-чмоки.
После этого копия Аллы Севостьяновой отключила вызов, подняла сумочку и посмотрела на оригинал:
— Ты извини, подруга, но так надо. Этот урод должен получить своё. Прости за временные трудности. Завтра придет орчанка, покормит и обмоет тебя. Как только всё закончится, так тебя сразу освободят. Извини, но так надо… Не держи на меня зла. И это… Храни свою девственность для того единственного, кто возьмет тебя в жены. Не стремись её отдать за фантомный кусок золота.
Копия поджала губы, словно вспомнила что-то нехорошее, и после этого вышла прочь. В замке два раза щелкнуло. Алла Владимировна Севостьянова осталась одна. Парализованная, онемевшая, беспомощная.
Её копия двинулась к машине. Автомобиль неторопливо отправился к выезду со стоянки. Его путь закончился возле поместья Черноглазовых.
Как раз наступила вечерняя пора и сумерки мягко легли на пожелтевшие листья кленов. Охранник-орк встретил Аллу Владимировну на въезде и проверил удостоверение личности, после чего просканировал пустой салон.
— Госпожа Севостьянова, можете открыть багажник? — сухо спросил охранник.
— Без вопросов, — хмыкнула Алла и щёлкнула кнопкой.
Капот открылся, охранник обошел машину и встал возле заднего крыла. В этот момент он должен был окинуть автомобиль полем разоблачения. От этого поля все предметы принимали свою истинную форму. Вот только небольшая корректировка внесла изменения в работу поля и автолюбительница осталась в своём прежнем виде. Всё та же миловидная девица, тела которой так добивался Черноглазов.
Алла услышала два негромких удара по бамперу. Знак того, что всё в порядке. Александр Валерьевич на месте. Он один. Им никто не помешает.
Её не раскрыли…
Охранник тем временем осмотрел багажник, снова подошел к стеклу и кивнул:
— Госпожа Севостьянова, всё в порядке. Проезжайте.
Алла даже не обратила на него внимание. Слуги и охранники являлись низшими существами, призванные богами для удовлетворения нужд аристократов. Они всего лишь манекены без лиц и пола…
Именно так бы себя и повела настоящая госпожа Севостьянова. Именно так и вела себя зазовка на пути к своей цели.
К цели последних двух лет, когда внутренний пожар не давал нормально уснуть. Когда вскакивала посреди ночи от собственного крика.
Машина подъехала к парадному входу и остановилась. Предупредительный дворецкий, важный, как египетский безволосый кот, открыл дверь автомобиля:
— Добрый вечер, госпожа Севостьянова. Мы рады видеть вас.
Алла не обратила никакого внимания на поданную руку. Вместо этого она легко выпорхнула сама и спросила, не отрывая взгляда от дома:
— Где Александр Валерьевич?
— Он ждет вас в гостиной, — согнувшись в полупоклоне, сказал дворецкий.
Алла даже не поблагодарила за предоставленную информацию — много чести. Оставив ключи в машине, Севостьянова двинулась к дому. Она поднялась по ступеням, ощущая спиной взгляды охраны. Среди этой охраны трое были внедрены теми силами, которые помогали ей осуществлять месть. Четвертый находился на въезде. Стоял там и изображал соляной столб.
Мраморные ступени среагировали цоканьем при соприкосновении каблучков с поверхностью. Словно приободрили: «Давай, детка, сделай этого урода!»
— Добрый вечер, госпожа Севостьянова, — склонилась в поклоне молодая горничная на входе. — Господин Черноглазов ожидает вас.
«Он явно уже оприходовал эту цыпочку!» — промелькнуло в голове зазовки. — «Вон как сверкнула глазищами на меня. Точно хочет завоевать хозяйское сердце или забеременеть, чтобы родить байстрюка»
Алла прошла в дом. Коверный ворс приглушил цоканье. С портретов в полный рост на зазовку пялились мрачные личности. Мужчины и женщины. Предки Черноглазова. И как в роду таких достойных людей появилась такая сволочь? Или они сами прогнили до глубины души?
А что? Вон, висят себе, косятся сверху вниз, как будто перед ними все гребанная пыль, недостойная даже слизывать грязь с их сапог.
— Аллочка, какой сюрприз! — воскликнул Александр, поднимаясь из кресла возле камина.
На журнальном столике рядом карминовая жидкость в тонкостенном бокале. На его стеклянной поверхности танцуют отблески огня из камина. На Черноглазове красовался халат, расшитый золотом, на шее бархатный платок. В руке мундштук кальяна. Перед двумя креслами лежала белоснежная шкура полярного медведя с оскаленной пастью.
Вот же понторез! Создает образ богатого и успешного…
Какой сюрприз? Они же договаривались!
— Я проезжала мимо и решила заглянуть, — проговорила Алла.
Ну да, на откровенную ложь нужно отвечать такой же ложью. Своеобразная игра — прелюдия к романтическому уединению.
После обмена любезностями, молодые люди посмотрели на горничную, которая застыла в дверях гостиной. Она явно была лишней. Горничная не была глупой, по крайней мере, ей хватило ума на то, чтобы поклониться, извиниться и удалиться из гостиной.
Как только горничная вышла, так сразу же Александр подскочил к Алле и заключил её в объятия. Он начал покрывать её шею жаркими поцелуями, выпаливая между ними:
— Как же я долго ждал этого…
— Тогда может ещё немного подождешь? — спросила зазовка. — Я не могу вот так сразу…
— Ну чего ты? Я же с самыми светлыми помыслами, — проговорил Александр.
Он всё также напирал. Его горячее дыхание обжигало кожу. Руки жарко шарили по телу девушки, стараясь возбудить.
А в глазах…
В глазах стояла всё та же похоть. Как было два года назад, когда всё случилось…
Зазовка помнила этот жадный взгляд. Взгляд охотника, который настиг свою добычу и вот-вот одержит победу над жертвой.
И несмотря на дрожь, пробежавшую по коже, она справилась с собой и слабо улыбнулась:
— Я не знаю… Александр Валерьевич, всё это так… так неожиданно…
— Не бойся, моя хорошая, я буду ласков и нежен.
Рука молодого человека скользнула под подол и скользнула по шелковистому бедру. Пальцами он ощутил батистовую поверхность трусиков и часто-часто задышал. Его пах потяжелел. Он начал терять голову и недолго осталось до того момента, как одежды будут сорваны, а сам он овладеет этим нежным девичьим телом. Возможно, даже на белоснежной шкуре медведя.