Школяр (СИ)
— Ну да, место, скажем так, своеобразное… — подтвердил я и на какое-то время выпал из разговора, так как взаимное положение машин позволило враз «прострелить» почти на километр. А потом вырулил на Ремезовский проспект, в это время суток забитый не на въезд, а на выезд из города, и нормально разогнался.
— Машинка — просто песня! Да и музыкант ничего… — весело заявила Яна, а потом задала второй серьезный вопрос: — Среди наших родичей ходят слухи о том, что тетя Рая собиралась кого-то усыновить. Как я понимаю, речь идет о тебе?
Я закусил губу, не зная, что ответить, и девчонка сделала «шаг назад»:
— Не хочешь — не отвечай. Просто имей в виду, что я, в отличие от всех этих завистников, знаю, что она ничего не делает просто так, преклоняюсь перед ее личностными качествами и поддержу даже в тех начинаниях, понять которые не хватит мозгов или жизненного опыта. Кроме того, я слышала, что ее поддержал дед, а он в людях не ошибается!
— Речь шла обо мне… — признал я, как-то почувствовав, что она не врет. — Но мы переиграли эти планы, так что никакого усыновления не будет.
— Зато теперь ты названный брат? — неожиданно выдохнула она.
Я кивнул. И Зыбина-младшая, оценив ситуацию на дороге, решительно пихнула меня локтем:
— Слышь, Лют, а дружбу второго «я» названной сестренки примешь⁈
Это предложение шарахнуло по мозгам, как кувалдой, и я автоматически скинул скорость, чтобы ненароком не убиться. А Земляничка, почувствовав, что мы замедляемся, затараторила еще быстрее:
— Да, в роду меня считают абсолютно неуправляемой стервозной сукой, считающейся только с мнением деда и тети Раи, но этот образ — лишь маска для тех, кого я не уважаю, созданная по образу и подобию маски «напрочь безбашенной Суккубы». А на самом деле я надежна. Из-за чего меня тетя Рая сюда и вызвала. Ну и, если быть полностью откровенной, то хочу разделить с тетушкой и эту грань ее новой жизни. Не из зависти, а просто потому, что она наверняка чертовски интересная!
«Везет мне на союзниц, однако…» — отрешенно отметил я и протянул Земляничке правую руку: — Почту за честь.
— Лю-у-ут? — даже не подумав к ней прикасаться, протянула девушка.
— Ау?
— Выдохни, на миг забудь о том, что мы едем на мероприятие высшего света, и сними свою маску к чертовой матери!
В эту тираду Яна вложила столько сдерживаемого веселья, что я отпустил тормоза и озвучил альтернативный ответ:
— Ну что, подруга, готова как следует оторваться?
— Спрашиваешь!
— Тогда чего мы ползем, как черепахи⁈
…Улица Адмирала Орлова-Чихачева, можно сказать, стояла: пробка из лимузинов поклонников творчества парижской труппы «Калейдоскоп», гастролирующей с мюзиклом «Рождественская ночь» по всей Европе, вытянулась аж до Аллеи Белых Кленов. Но мы этой очереди, конечно же, не заметили — влетели на встречку в управляемом заносе, фиолетовой пулей пронеслись между машин Особо Важных Персон, метрах в двадцати пяти от парадной лестницы театра ушли в еще один занос, лихо влетели в небольшой промежуток между багажником отъезжающего «Континента» и капотом подъезжающего «Престижа», нарисовались на правой полосе и через четыре секунды по красивой дуге заскользили в створ въезда в подземный гараж.
Народ, что чинно поднимавшийся по широченным ступеням из светло-розового мрамора, что еще не высадившийся из машин, и поэтому чинно поглядывавший наружу сквозь поляризованные стекла, потерял дар речи. А Зыбина-младшая, снимавшая на камеру коммуникатора реакцию «эстетов» на наше прибытие, жизнерадостно расхохоталась. Веселилась до тех пор, пока я искал парковочное место. Потом отправила «видеодоклад» Раисе Александровне, опустила солнцезащитную шторку, чтобы получить доступ к «личному» зеркальцу, привела в порядок прическу и заявила, что готова. И не солгала, отыграв свою роль не на десять баллов из десяти возможных, а на все двенадцать. В смысле, дождалась, пока я обойду «Искорку» и открою пассажирскую дверь, взялась за протянутую руку, гибким и невероятно красивым движением выбралась из салона, оперлась на мое предплечье и, «не заметив» напряжения во взглядах двух сотрудников СБ Екатерининки, величественно поплыла к сканерам системы контроля доступа.
Что их могло напрячь? Само собой, отсутствие в машине Суккубы: ее приезд в таком стиле был объясним и вряд ли кого-нибудь бы удивил. В отличие от нахальства «непонятных детишек». Однако посещение тетра в компании «старшей сестрички» не дало бы мне ровным счетом ничего, ведь образ «мальчик с тетей» никак не сочетался с самостоятельностью, которую требовалось проявить. Вот Зыбина-старшая младшую и припахала. Да еще и настропалила не проявлять излишней инициативы, то есть, дать мне работать первым номером.
Кстати, на отрезке пути «стояночное место — сканеры» СБ-шники видели только Яну. Вернее, оглядели меня с головы до ног, признали не опасным и со спокойным сердцем залюбовались формами юной Землянички, невероятно эффектно подчеркиваемые провокационным брючным костюмом «Безбашенная гонщица». Но после продемонстрированной сценки, в которой девушка-аристократка радостно поблагодарила «непонятного мальчишку» за приглашение в театр, сфокусировали взгляды уже на мне и инфоблоке моего модуля дополненной реальности. А увиденное в нем не только шокировало, но и помогло смириться со странностями. В общем, к моменту, когда мы с Зыбиной-младшей подошли к дверям в лифтовый холл, мужчины изобразили учтивый полупоклон и пожелали нам хорошего вечера.
Пока поднимались на первый и неспешно фланировали по коридору, увешанному портретами воистину великих актеров, когда-либо игравших на сцене Екатерининки,
Яна увлеченно рассказывала о прошлогодних гастролях «Калейдоскопа» и своих впечатлениях о постановке «Висельника». Перед дверями, ведущими в зал для приемов, в котором, судя по рассказам Раисы Александровны, аристократы обычно проводили час-полтора перед началом представления, на миг перешла на шепот и спросила, как я.
Пришлось успокаивать:
— Открою страшную тайну: люди в большинстве своем одинаковы, то есть, надувают щеки и задирают носы на всех уровнях социальной лестницы. А этим меня не удивишь.
Да, с этими утверждениями можно было и поспорить. Но Земляничка не стала — ободряюще сжала мое предплечье, кинула взгляд в ростовое зеркало в роскошнейшей золоченной раме, явно повешенное перед «выходом в свет» специально для дам, сочла, что мы выглядим «более чем достойно», и заявила, что тоже готова ко всему на свете…
…Как и следовало ожидать, из-за того, что публика прибывала в зал с противоположной стороны, первые несколько мгновений на наше появление отреагировало всего пара-тройка небольших компаний. Солидные мужчины, упивавшиеся собственной важностью, мазнули взглядами по подростку и какое-то время заинтересованно разглядывали стати «весьма перспективной» девицы. Зато женщины, в мгновение ока оглядев нас с ног до головы, жутко возмутились нашими нарядами и, конечно же, решили поделиться своим мнением о малолетних «ниспровергателях основ» с другими поборницами традиций. В результате волна шепотков, покатившаяся с нашей стороны огромного помещения, достигла противоположного и вызвала аж две волны интереса к нам-любимым — женскую и заметно запоздавшую мужскую.
Первая, признаюсь, рассмешила. Ибо за демонстративно недовольными взглядами светских львиц проглядывала зависть. Причем не только к юности и красоте моей спутницы, но и к ее смелости. А вторая взбесила. Хотя нет, не так: бесило презрение, появлявшееся в глазах мужчин в тот момент, когда они понимали, что перед ними не урожденный дворянин, а ублюдок. Пусть даже и «Зыбинский». Впрочем, держать лицо я научился еще лет в восемь, поэтому уверенно вел Яну к фуршетным столам и не замечал недовольства, которое вызывал одним своим присутствием в столь представительном обществе. Да, при этом раз за разом мысленно повторял фразу Суккубы «Ты — подросток, соответственно, обращать на тебя внимание невместно…», но понимал, что неписаные законы высшего света чтят далеко не все его представители, трезво оценивал свои шансы в противостоянии со взрослыми и опытными магами, коих вокруг было предостаточно, и, чего греха таить, откровенно побаивался спровоцировать межродовую войну Зыбиных с кем-нибудь еще.