На открытых колёсах (СИ)
Мама не ответила. Просто молча прижала меня к себе.
Я не противился. Знал, что чувства иногда не выразить словами. Знал теперь, что они существуют.
* * *Понедельник, 27 июля
– А… ты точно сможешь сидеть за рулём? – растерянно спросил Игорь.
Мы сидели в зале с симуляторами, у консоли под табличкой «19» сверху на стене. Я – в гоночном кресле, инженер – рядом на табуретке.
Только что закончилось общее теоретическое занятие, на котором нам дали все нужные сведения по трассе в Аластаро, где должен был пройти следующий, четвёртый этап «Формулы-4». И теперь всем предстояло познакомиться с треком через призму симулятора.
По идее, мне тоже.
Но очень уж выразительно инженер смотрел на мою зафиксированную кисть руки.
Как я буду сжимать ею пластмассовый руль? Передачу, может, и смогу переключить, посильнее надавив на лепесток, но вот удерживать стабильный наклон в скоростных поворотах – извините-подвиньтесь, называется…
– Пока придётся так гонять, – сказал я, кладя руки на руль, чтобы после долгого перерыва (если не считать упражнений на домашней PlayStation) вновь почувствовать его под пальцами. – Через пару недель, думаю, уговорю снять повязку…
«Во всяком случае это будет проще, чем отцу – обеспечить молчание врачей и отмазывать меня от наказания за безбашенное вождение на магистрали», – подумалось мне.
Привезли-то меня совсем в другую больницу, нежели та, где работал папин друг-заведующий, и здесь удержать главное в тайне было куда как труднее. Я не одобрял взяток, но признавал, что в нашем положении альтернатива – забыть о гонках и сосредоточиться на лечении – меня привлекала ещё меньше.
По делу о похищении уже состоялись первые слушания. Там я в присутствии родителей давал показания как потерпевший. Банда на вопросы старалась не отвечать. Без сомнения, влипли пацанчики крепко.
Но в моём экстремальном побеге нашёлся и состав административки, причём на этот раз – против меня. Принимая во внимание обстоятельства, штраф мне вкатили минимальный – как мои карманные за пару месяцев, и отец сразу же всё и оплатил.
Всё же я невероятно везучий. Из такого… э-э-э… болота вышел почти что сухим. Значит, удача меня до сих пор не покинула.
Будет ли она со мной и впредь? Посмотрим.
Дотянуть бы до конца чемпионата…
По моему кивку Игорь, поколебавшись, запустил симулятор. Передо мной возникла смутно знакомая панорама – трасса была не очень известной, так что её прохождение мне доводилось в прошлой жизни видеть на «Ютубе» редко.
По сути, хватался за консоль я одной лишь левой рукой. Правая придерживала руль сбоку – вот и узнаю, насколько больно будет вжимать его в мою многострадальную конечность.
Нога привычно нашла педаль газа и приготовилась вдавить её до упора. Дрогнула и поменялась картинка перед глазами: всё внимание заняла виртуальная трасса – других деталей больше не осталось.
Мысли ушли. На первый план выступила готовность действовать.
И я начал свою тренировку.
Глава 13
Четверг, 13 августа
Утро было ясным и тёплым. В окно просторного автобуса, которое я украдкой приоткрыл, задувал ветерок – чуть более чистый, чем в самой Москве, – и я с удовольствием его вдыхал. В салоне после часа поездки ощущался слабый, но оттого не менее противный запах выхлопных газов, от которого побаливала голова. Или я просто хотел верить в это, в то время как болела она от чего-то другого.
На сиденье справа беззастенчиво дрых Игорь. Из прочих гонщиков и инженеров часть также подрёмывала: всё-таки сбор на остановке неподалёку от городской базы был немилосердно ранним. Остальные в основном сидели в смартфонах; кто-то в переднем ряду пробовал читать книгу, коротая время пути до аэропорта.
Наша команда опять всем составом направлялась в Финляндию, куда организаторы захотели засунуть и этот этап кубка. Аластаро, как и Ахвенисто, был, на мой взгляд, средненьким и довольно малоизвестным местечковым автодромом – наподобие «Красного кольца» под Красноярском. Долетев за пару часов и пройдя все формальности, минимум столько же мы должны будем убить и на то, чтобы добраться до места и расположиться где-нибудь на время соревнований. Вечером пройдём своими ногами по трассе несколько кругов, чтобы уточнить разработанную на симуляторах тактику, – а завтра начнутся заезды… Как обычно. Болиды, кстати, уже прибыли на автодром; на этот раз обошлось без накладок.
Если б я открыл окно пошире и выглянул, то увидел бы отцовскую машину, которая следовала за автобусом слева и чуть сзади. Родители снова собрались вдвоём поддержать меня на предстоящем этапе – и также ехали в аэропорт: билеты у нас были на один и тот же рейс. А так как я и теперь предпочёл место в эконом-классе, где летела команда, родители решили тряхнуть стариной и тоже попробовать эконом: чтоб быть поближе ко мне. Я ничего против не имел. И мне спокойней, и им полезно – к счастью, хоть не «Победой» летим…
Да, кстати, недавно стали известны итоги тендера, в котором отец участвовал. Как мы и надеялись, он победил и не скрывал по этому поводу своей радости. Дома мы отметили это хорошим ужином; сам отец говорил, что в Финляндии он будет праздновать только мои результаты. Его собственные пусть остаются в Москве и ожидают его возвращения.
Мои же были сейчас впереди… но кое-что и я оставил дома завершённым. Например, отправил разработчикам написанную структуру, устанавливающую изначальный износ шин в программе симулятора. И получил затем сообщение о том, что мою работу кому-то там показали, бла-бла-бла… и, мол, в общем, меня рекомендовали одной молодой компании по созданию ПО. На следующей неделе со мной, возможно, проведут онлайн-собеседование… и тогда поглядим, будет ли у меня возможность реализоваться по своей прежней, а ныне второй специальности – или понадобится придумывать что-то ещё.
Удивительно, что я продолжал строить планы, даже зная, что могу в скором времени отбросить коньки (не придумал пока «гоночной» версии для этого выражения)? Смирившись с неизбежностью, я стал воспринимать жизнь иначе, более ярко. И во мне вышла на новый уровень жажда побеждать ради престижа своей страны. Теперь каждую гонку я буду ждать как последнюю. И плевать, что всегда стараются говорить «крайний», – для меня это означает, что жизнь продолжится, но уже без гонок. Вариант так себе, не находите?..
Со временем головная боль усиливалась. «Определённо, это не из-за автобуса: не так уж тут и воняет бензином…» – подумал я, огляделся, убеждаясь, что я всем до одного места, и достал из кармана небольшую баночку, а из сетки на спинке сиденья спереди – бутылку с водой. С руки в начале недели наконец-таки сняли повязку, и я мог двигать пальцами почти так же свободно, как и раньше.
Этикетка на баночке уверяла, что там аскорбинки, но я, бесшумно отвинтив крышечку, достал оттуда и выпил безликую белую таблетку. Естественно, анальгин; а вы что подумали?..
Понемногу светлело, и мир за окном обретал краски. Оставалось примерно полчаса пути до аэропорта, как вдруг…
Мерный шум автобусного мотора был разорван сухим треском автоматной очереди. По звуку – стреляли слева и чуть позади. Совсем близко.
Но не в нас.
– А?! – встрепенулся и застыл с ошарашенным видом разбуженный выстрелами Игорь. – Что? Кто это?..
Все вокруг также заворочались и загомонили. Один я впал на секунду в какое-то оцепенение, ещё не веря в происходящее и лишь фиксируя слухом звуки происшествия.
Визг шин, словно автомобиль занесло. Вторая, третья очередь – патронов стрелки, видимо, не жалели. И – от этого сильнее всего сжалось сердце – грохот ответной пистолетной пальбы.
Охранники отстреливались, защищая мою семью и прикрывая её отход… куда?
А что, если с другой стороны дороги тоже засада?!
И я сделал единственное, что пришло в тот миг мне в голову.
А именно – вскочил со своего места и крикнул: