Дело о вампире-аллергике (СИ)

Время было послеобеденное, в кафетерии сидело не так много народу, и все занимались своими делами. На скромно одетую шатенку, приютившуюся за одним из дальних столиков, никто не обращал внимания. «Ну что ж, приступим», – пробормотала я и простёрла руки над глянцевым камушком.
Вначале ничего не происходило, и я даже подумала, что растеряла навыки мага-вещевика, как вдруг почувствовала еле заметную тёплую пульсацию ауры универсального ключ-камня. У всех людей и предметов есть своя аура. Считывать ауры магов могут многие, но по закону это можно делать только с разрешения её хозяина. Ауры людей, вампиров, гномов, гоблинов и других живых существ горячие, яркие и насыщены многочисленными плетениями, подпитываемыми жизненными силами самого мага. Как правило, по излучению мага можно понять, здоров он или болен, насколько магически одарён и даже считать его эмоциональное состояние. Чем сильнее маг, тем больше информации он может узнать о существе по его ауре.
Понятное дело, что никакому человеку или другому существу не будет приятно, если посторонние будут считывать его ауру просто так. Именно поэтому на территории нашего и дружественных нам миров некогда был заключён пакт о том, что жители не имеют права считывать чужую ауру без разрешения на то её хозяина. Близкие родственники или любящие супруги нередко предпочитают делиться своими эмоциями друг с другом после сложного рабочего дня вместо того, чтобы сухо пересказывать события, а целитель всегда спрашивает разрешения у больного на сканирование его ауры, чтобы понять, что именно болит у пациента.
Считывать ауры магических вещей значительно сложнее, потому что создатель такого предмета вложил в него свою энергию лишь однажды. Такие излучения еле заметны, но именно сканированию аур магических предметов учат на Кафедре Вещественной Магии. Официально считается, что считать ауру обычного, не магического предмета невозможно. Однако время от времени рождаются уникумы, которые могут и это.
«Легендарный боевой маг Бенефис Кёнигсберг, начальник отдела ОТПРУ и бывший ректор Магического Университета, по всей видимости, настолько талантлив, что помимо боевой магии владеет и некоторыми навыками вещевиков», – со вздохом подумала я, вспоминая его невероятную фигуру и насмешливое выражение лица. Это ведь большая редкость, чтобы маг помимо своей специальности владел и другими способностями. В народе поговаривают, что в своих расследованиях он помимо боевых заклинаний использовал и в том числе и защитные. «А вот вчера он продемонстрировал, что может посмотреть ауру универсального ключ-камня. Правда лишь на количественные соприкосновения с другими аурами и за небольшой промежуток времени, но всё-таки он это сделал» – шепнул внутренний голосок.
Сейчас, сидя в уютном кафетерии и смотря на гладкий серый камень, я надеялась, что со своей специализацией и шестилетним обучением в Магическом Университете смогу рассмотреть чуть больше, чем Бенефис.
Тёплая аура ключ-камня слегка подрагивала. На ней, как люди оставляют невидимые на первый взгляд отпечатки пальцев, было множество почти невидимых отпечатков чужих аур. Я повернула камень, пытаясь сосредоточиться на самых свежих следах прикосновений. Отпечатки были хорошо видны, но мне пришлось изрядно попотеть, чтобы различить их между собой. «Ага, вот это сиреневое пятно со множеством хаотичных линий – явно Риана держала камень перед тем, как передать его мне. Персиковые разводы с мягкими волнистыми плетениями – остатки от соприкосновения с моей собственной аурой». Я, затаив дыхание, повернула камушек ещё немного и увидела неприметное серебристое мерцание с чётким ровным контуром. Интуиция подсказывала, что это след от ауры Бенефиса. Вчера, когда он мимолётно коснулся пальцами моей руки, я подсознательно запомнила его ауру, хотя и не считывала её. Нас, вещевиков-криминалистов натаскивали на то, чтобы воспринимать и запоминать чужие ауры автоматически. Чем больше аур следователь может распознать, тем яснее у него будет картина произошедшего преступления.
 
Крошечный след от руки Бенефиса походил на отпечаток кружева тонкой работы. «Должно быть он очень силён!» – я не сдержала своего восхищения, разглядывая плотное серебристое кружево. Затем вздохнула и стала поворачивать камень ещё, пытаясь найти отпечаток ауры убийцы. Уже почти отчаявшись, я заметила бледные землисто-серые линии, сливающиеся с цветом камня. «Вот же он!» – чуть было не воскликнула я, но быстро опомнилась, что нахожусь в людном месте. Линии отпечатка ауры были странными, переплетающимися, слегка запутанными. «Интересно… я ещё ни у одного человека не видела ничего похожего на такую ауру», – пробормотала я, вглядываясь и стараясь запомнить кусочек ауры убийцы.
– Твои бутерброды, горячий кофе и свежая газета! – выдернул меня из размышлений весёлый голос Тара. – Приятного аппетита, Лоли́. Ты наверно снова голодная как оборотень, – пошутил юноша.
И тут мне пришла в голову мысль: «А почему, собственно, я решила, что убийцей Влада и Джеммы должен быть человек? Да, в столице людей большинство, но как раз логично, если вампира захотел убить, скажем, другой вампир? Тогда и рана на шее Джеммы объяснима».
– Спасибо, Тар, – улыбнулась я подавальщику, думая о своём.
«И вот ведь даже рассказать не могу обо всём, что случилось в девятом номере этой ночью», – вздохнула я, положила ключ обратно в карман брюк и принялась то ли за ранний завтрак, то ли за поздний обед, кто его разберёт. Я надкусила вкуснейший бутерброд, отпила глоток кофе и раскрыла утреннюю газету.
На первых страницах как всегда располагалась сводка погоды на неделю. Осень в этом году начиналась рано, обещали проливные дожди и хмурое небо с редким солнышком ближайшие дни. На второй странице гневно обсуждалось, что понаехавшие в столицу кентавры без лицензий на право управления повозками демпингуют рынок, занижая цены на провоз пассажиров, а в ответ столичные возничие устроили забастовку и перекрыли центр. Я лишь хмыкнула. Эти столичные возничие всегда всем были недовольны и скорее брали втридорога, а теперь стоимость проезда стала очень даже рыночной. Нет, ну где это видано брать целый серебряный за то, чтобы довести меня от публичного дома мадам Жадрин всего пару кварталов до моего дома? Да, конечно, время ночное и тарифы совсем другие, но всё же? Я тогда почти со слезами отдала честно заработанные деньги и с тех пор ходила на работу пешком, несмотря на тёмное время суток.
Пролистав ещё несколько газетных страниц, мой глаз выхватил очень удачную фотографию Бенефиса Кёнигсберга, с которой он улыбался обаятельной улыбкой, а в его глазах плясали хитринки. В статье сообщалось, что глава департамента Особо Тяжких Преступлений и Убийств выследил и самолично захватил главарей преступной организации. Злоумышленники повадилась возить в столицу водоросли с Тристании с опасными наркотическими действиями через межмировые порталы, выдавая их за пряности к блюдам. Но теперь граждане столицы могут спать спокойно, ведь вся группировка была накрыта мощным колпаком магии. Разумеется, операция проводилась во главе с Бенефисом Кёнигсбергом лично.
«О-о-ох, какой мужчина!» – я услышала восхищённое женское восклицание, обернулась и увидела, что две подруги за соседним столом читают эту же статью. Я раздражённо помотала головой, вспоминая, с какой иронией и насмешкой на меня смотрел Бенефис на допросе. «Не хватало тебе, Лолианна, влюбиться в ещё одного самодовольного павлина, по которому сохнут сотни поклонниц», – одёрнула я саму себя и приступила ко второму бутерброду. После расставания с Майклом я зареклась встречаться с мужчинами, которые купаются в женском внимании.
На следующей странице меня привлекла короткая заметка о том, что в ближайшее время в наш мир приезжает делегация вампиров из Сумеречного мира. Представитель сильнейшего клана Крувицки подписывает договор о взаимовыгодным сотрудничестве с нашим государством. От нашей стороны король поручил вести переговоры начальнику Службы Безопасности по Иномирным Делам – Дариону Блэкширу. Заметка была крошечной и в самом низу мелким шрифтом.